Главная » Книги

Шекспир Вильям - Король Генрих Vi, Страница 57

Шекспир Вильям - Король Генрих Vi



bsp;        Глостеръ.
  
             Ты корчишься? Такъ вотъ! Умри скорѣе.

(Закалываетъ его).

  
                       Кларенсъ.
  
             A вотъ тебѣ за твой упрекъ въ измѣнѣ.

(Закалываетъ его).

  
                       Маргарита.
  
             Убейте и меня.
  
                       Глостеръ.
  
                       Изволь. Готовъ.

(Хочетъ убыть ее).

  
                       Король Эдуардъ.
  
             Стой! Мы и такъ свершили слишкомъ много.
  
                       Глостеръ.
  
             Къ чему ей жить? М³ръ наполнять словами?
  
                       Король Эдуардъ.
  
             Лишилась чувствъ? Привесть ее въ сознанье.
  
                       Гластеръ (Кларенсу).
  
             Пусть извинятъ меня король и братъ.
             Спѣшу сейчасъ за важнымъ дѣломъ въ Лондонъ.
             Къ вамъ до прибытья вѣсти долетятъ.
  
                       Кларенсъ.
  
             Что? Что? Как³я?
  
                       Глостеръ.
  
                       Тоуэръ! Тоузръ!

(Уходитъ).

  
                       Маргарита.
  
             Нэдъ, милый Нэдъ! Скажи хоть слово, мальчикъ!
             Не можешь ты? Измѣнники! Уб³йцы!
             Кто Цезаря убилъ - не пролилъ крови,
             Не согрѣшилъ, не заслужилъ упрекъ,
             Когда сравнить его дѣянья - съ этимъ.
             Тотъ мужемъ былъ, a тутъ - почти ребенокъ.
             На дѣтяхъ мужъ не вымещаетъ ярость.
             И есть ли слово хуже, чѣмъ уб³йца,
             Чтобъ я могла назвать васъ этимъ словомъ?
             Заговорю - и сердце разорвется;
             Пусть разорвется - стану говорить!
             О, мясники, злодѣи, людоѣды,
             Безвременно какой вы цвѣтъ скосили!
             Вы, мясники, бездѣтны, a не то
             О дѣтяхъ мысль могла-бъ внушить вамъ жалость.
             A будете имѣть ихъ - берегитесь,
             Чтобъ въ юности ихъ такъ же не убили,
             Какъ вами, палачи, загубленъ принцъ.
  
                       Король Эдуардъ.
  
             Убрать ее! Насильно уведите!
  
                       Маргарита.
  
             Оставьте! Здѣсь покончите со мной.
             Сюда вонзи свой мечъ, и смерть мою
             Тебѣ прощу. Нѣтъ? Ты исполни, Кларенсъ.
  
                       Кларенсъ.
  
             Клянусь: тебѣ я милости такой
             Не окажу.
  
                       Маргарита.
  
                       О, добрый, милый Кларенсъ!
  
                       Кларенсъ.
  
             Я поклялся, что этого не будетъ.
  
                       Маргарита.
  
             Да, но привыкъ ты клятвы нарушать.
             То - грѣхъ въ быломъ, теперь же это - милость.
             Не хочешь? Гдѣ же дьявольск³й рѣзникъ,
             Жесток³й Ричардъ? Ричардъ, гдѣ же ты?
             Въ твоихъ глазахъ уб³йство - подаянье.
             Ты не откажешь тѣмъ, кто проситъ крови.
  
                       Король Эдуардъ.
  
             Убрать ее! Приказываю вамъ.
  
                       Маргарита.
  
             Тебѣ, твоимъ - да будетъ такъ, какъ принцу.

(Ее уводятъ силой).

  
                       Король Эдуардъ.
  
             Гдѣ Ричардъ?
  
                       Кларенсъ.
                   Онъ отбылъ поспѣшно въ Лондонъ,
             Чтобъ въ Тоуэрѣ кровавый ужинъ сдѣлать.
  
                       Король Эдуардъ.
  
             Онъ скоръ, когда онъ что-нибудь задумалъ.
             Идемъ на Лондонъ, a простой народъ -
             Благодарить и съ платой отпустить.
             Тамъ свидимся мы съ нашей королевой,
             Она мнѣ вѣрно сына подарила.

(Уходятъ).

 []

  

СЦЕНА VI.

Лондонъ. Покой во дворцѣ.

Король Генрихъ сидитъ съ книгою въ рукѣ, передъ нимъ комендантъ. Входитъ Глостеръ.

                       Глостеръ.
  
             Привѣтъ, милордъ. Вы погрузились въ чтенье?
  
                       Король Генрихъ.
  
             Да, добрый лордъ. Нѣтъ, лучше ужъ: милордъ.
             Лесть - это грѣхъ, a слово добрый - лесть.
             Вѣдь "добрый Глостеръ" - то, что добрый дьяволъ!
             Немыслимы какъ тотъ, такъ и другой.
  
                       Глостеръ.
  
             Оставьте насъ, поговорить намъ нужно.

(Комендантъ уходитъ).

  
                       Король Генрихъ.
  
             Пастухъ безпечный такъ бѣжитъ отъ волка,
             Свое руно такъ подставляютъ овцы
             И вслѣдъ затѣмъ - и горло мяснику.
             Какой родъ смерти Росц³й разыграетъ?
  
                       Глостеръ.'
  
             Виновный духъ смущаютъ подозрѣнья,
             И за кустами стражей видитъ воръ.
  
                       Король Генрихъ.
  
             Но пойманной въ кустахъ однажды птицѣ -
             Сомнѣн³е внушаетъ каждый кустъ,
             И отъ него летитъ она пугливо.
             Такъ предъ собой - отецъ несчастный - вижу
             Теперь того, кѣмъ бѣдный мой птенецъ
             Былъ заманенъ, захваченъ и убитъ.
  
                       Глостеръ.
  
             Какимъ глупцомъ былъ критск³й царь, что сына
             Хотѣлъ какъ птицу научить летать,
             Но съ крыльями безумецъ утонулъ.
  
                       Король Генрихъ.
  
             Да, я - Дедалъ; Икаръ - мой бѣдный мальчикъ;
             Миносъ, летѣть мѣшавш³й - твой отецъ,
             A солнце то,- что крылья растопило
             У сына моего - твой братъ Эдвардъ.
             Ты - море, чьей завистливой пучиной
             Поглощена жизнь сына моего.
             Убей меня оружьемъ, не словами.
             Груди отраднѣй лезв³е кинжала,
             Чѣмъ слуху моему - разсказъ ужасный.
             Зачѣмъ пришелъ ты? За моею жизнью?
  
                       Глостеръ.
  
             Считаешь ты меня за палача?
  
                       Король Генрихъ.
  
             Гонитель ты, я въ этомъ убѣжденъ,
             И если убивающ³й невинныхъ
             Свершаетъ казнь, конечно ты - палачъ.
  
                       Глостеръ.
  
             Твой сынъ за дерзость мною былъ убитъ.
  
                       Король Генрихъ.
  
             Будь ты убитъ за первую же дерзость -
             Ты не убилъ бы сына моего.
             Я предрекаю: тысячи людей,
             Которымъ страхъ мой нынѣ неизвѣстенъ,
             Тоскующ³е старцы и вдовицы,
             И сироты, чьи взоры полны слезъ,
             Отцы, дѣтей лишенные, и жены -
             Мужей своихъ, безвременно жестоко
             Родителей утративш³я дѣти -
             Всѣ проклянутъ часъ твоего рожденья.
             Тогда сова кричала - знакъ плохой!
             Смѣялся филинъ, предвѣщая бѣды,
             И выли псы, и вихрь ломалъ деревья,
             A на трубѣ усѣлся воронъ. Хоромъ
             Болтливыя сороки стрекотали;
             Страдала мать отъ материнскихъ мукъ
             Сильнѣй другихъ, но меньше всѣхъ имѣла
             Утѣхи материнской: ты родился
             Уродливымъ комкомъ, не походившимъ
             На плодъ такого гордаго ствола.
             Родился ты съ зубами въ знакъ того,
             Что м³ръ кусать явился ты, и если
             Все прочее, что говорилось - вѣрно,
             Явился съ тѣмъ...
  
                       Глостеръ.
  
                       Не стану больше слушать.
             Умри, пророкъ, среди твоихъ пророчествъ.

(Закалываетъ его).

             Вотъ для чего я также призванъ былъ.
  
                       Король Генрихъ.
  
             Для множества другихъ еще уб³йствъ;
             Меня помилуй, Боже, и его.

(Умираетъ).

  
                       Глостеръ.
  
             Какъ? Гордая Ланкастерская кровь
             Не брызжетъ вверхъ, она впиталась въ землю!
             Какъ плачетъ мечъ о смерти короля!
             Пусть плачутъ всѣ кровавыми слезами,
             Кто пожелалъ паденья дому ²орковъ!
             Когда въ тебѣ осталась искра жизни -
             Скажи въ аду, что я тебя послалъ.

(Снова колетъ его).

             Я - чуждый страха, жалости, любви.
             Все истина, что Генрихъ мнѣ сказалъ:
             Отъ матери я слышалъ зачастую,
             Что въ м³ръ явился я впередъ ногами.
             Не нужно ли мнѣ было торопиться
             Тѣхъ погубить, кто захватилъ вѣнецъ?
             Дивилась бабка, женщины кричали:
             - Спаси, Христосъ! Онъ родился съ зубами!-
             И то былъ знакъ, что долженъ я собаку
             Изображать, кусаться и рычать.
             Но если небо станъ мой искривило -
             Пусть также адъ мнѣ душу искривитъ.
             Нѣтъ братскихъ чувствъ, нѣтъ братьевъ y меня,
             И та любовь, которую священной
             Зовутъ сѣдые старцы - пусть живетъ
             Она въ другихъ, похожихъ другъ на друга,
             Но не во мнѣ: съ собой я одинокъ.
             Ты заграждаешь свѣтъ мнѣбойся, Кларенсъ!
             Я черный день устрою для тебя;
             Распространю так³я предсказанья,
             Что Эдуардъ за жизнь страшиться станетъ.
             Чтобъ страхъ прогнать - явлюсь твоею смертью.
             Ни Генриха, ни принца нѣтъ въ живыхъ,
             Теперь - тебѣ, затѣмъ - другимъ чередъ.
             Пусть низш³й я, пока не стану высшимъ.
             Въ другой покой я тѣло отнесу;
             Ликую я въ день гибели твоей.

(Уходитъ, унося тѣло).

 []

  

СЦЕНА VII.

Покой во дворцѣ.

Трубы. Король Эдуардъ сидитъ на престолѣ, королева Елизавета. Няня съ маленькимъ принцемъ на рукахъ. Кларенсъ, Глостеръ, Гастингсъ и др.

  
       &

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 246 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа