Главная » Книги

Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих - Пикколомини, Страница 5

Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих - Пикколомини


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

nbsp;     Намъ это
             Показываютъ опыты его.
  
                       МАКСЪ.
  
             Да, люди таковы! Отъ глубины
             Немедленно со страхомъ отступаютъ;
             Имъ хорошо лишь тамъ, гдѣ только плоскость
             Открытая.
  
                   ОКТАВ²О (Квестенбергу).
  
                         Оставьте, другъ мой; вамъ
             Его не переспорить.
  
                       МАКСЪ.
  
                             Кличутъ духа
             Они къ себѣ въ часы бѣды; a чуть
             Явился онъ - уже ихъ страхъ объемлетъ.
             Необычайное и даже то,
             Что самое есть высшее, должно бы,
             По вашему, свершаться точно такъ же,
             Какъ повседневное. На бранномъ полѣ,
             Гдѣ настоящее всѣмъ движетъ, тамъ должно
             Господствовать лишь личное начало,
             Глазъ собственный - все видѣть. Полководецъ
             Нуждается во всемъ, что есть въ природѣ
             Великаго; такъ дайте же ему
             И жить въ ея услов³яхъ великихъ.
             Оракуломъ его быть долженъ духъ,
             Внутри его живущ³й, a не книги
             Отживш³я, не сгнивш³я бумаги,
             Не старые законы.
  
                       ОКТАВ²О.
  
                             Милый сынъ,
             Не относись съ презрѣньемъ къ этимъ старымъ,
             Стѣснительнымъ законамъ; ихъ должно
             Высоко чтить! Безцѣнно дорогая
             Они узда, которую связалъ
             Тѣснимый человѣкъ, насилье воли
             Тѣснителей своихъ. Вѣдь произволъ
             Всегда губилъ людей, a путь закона,
             Хотя бы онъ извилинами шелъ -
             Есть не окольный путь. Прямой дорогой
             И молн³я несется, и ядро,
             И съ быстротой доносятся до цѣли -
             Но сокрушивъ все, что встрѣчалось имъ
             Въ губительномъ пути... Мой сынъ, дорога,
             Которую свершаетъ человѣкъ,
             Которая благословеньемъ свыше
             Осѣнена,- вдоль по теченью рѣкъ
             Она идетъ, вдоль по долинъ изгибамъ,
             Обходитъ осторожно и поля
             Съ колосьями, и лозы винограда,
             Почтительно не трогая границъ
             Владѣн³я чужого. Такъ до цѣли
             Она хотя позднѣе, но вѣрнѣй
             Доводитъ насъ.
  
                       KBECTEHБЕРГЪ.
  
                       О, слушайте вы рѣчи
             Отца - его, что вмѣстѣ и герой,
             И человѣкъ.
  
                       ОКТАВ²О.
  
                       Дитя войны устами
             Твоими говоритъ. Воспитанъ ты
             Пятнадцатигодичною войною.
             Ты никогда не видѣлъ мира. Есть,
             Мой милый сынъ, достоинство и выше
             Военнаго. Въ самой войнѣ война
             Не есть вѣдь цѣль конечная. Не силы
             Велик³я и быстрыя дѣла,
             Не чудеса минуты, изумленья |
             Достойныя, намъ въ жизни создаютъ
             И счаст³е, и то, что прочно въ мощномъ
             Спокойств³и своемъ. Спѣша, солдатъ
             Изъ полотна свой легк³й городъ строитъ;
             И тутъ сейчасъ движен³е и шумъ,
             И рынокъ оживился, и товары
             На улицахъ, на корабляхъ; кипитъ
             Промышленность... Но вотъ внезапно сняты
             Палатки съ мѣстъ, орда ушла впередъ,
             И вымершимъ, какъ кладбище, лежитъ
             Съ растоптаннымъ своимъ посѣвомъ поле,
             И жатва сгублена на цѣлый годъ.
  
                       МАКСЪ.
  
             О, батюшка, пусть дастъ намъ императоръ
             Скорѣе миръ! Кровавый лавръ отдамъ
             Я радостно за первую ф³алку,
             Что принесетъ намъ мартъ - душистый даръ,
             Залогъ, что вновь земля воскресла къ жизни!
  
                       ОКТАВ²О.
  
             Максъ, что съ тобой? Какое вдругъ волненье?...
  
                       МАКСЪ.
  
             Я никогда не видѣлъ мира? Нѣтъ,
             Отецъ мой престарѣлый, миръ я видѣлъ;
             Я только что оттуда... путь мой шелъ
             Чрезъ земли тѣ, куда не проникала
             Еще война... О, въ жизни чары есть,
             Какихъ, отецъ, мы никогда не знали.
             Въ богатой красотами жизни мы
             Лишь къ берегамъ пустыннымъ подплывали,
             Какъ скопище пиратовъ кочевыхъ,
             Которые, столпившись въ тѣсномъ суднѣ,
             Жизнь дикую ведутъ средь дикихъ волнъ,
             И на обширной сушѣ знаютъ только
             Тѣ гавани, гдѣ воровской пр³ютъ
             Имъ находить не страшно. Но сокровищъ,
             Хранящихся внутри ея долинъ,
             О, ихъ, отецъ, въ своемъ блужданьи буйномъ,
             Не видѣли еще ни разу мы.
  
             ОКТАВ²О (становится внимательнымъ).
  
               И это все теперь поѣздка эта
             Открыла предъ тобою?
  
                       МАКСЪ.
  
                             Для меня
             То первый былъ досугъ отрадный въ жизни.
             Скажи, отецъ, въ чемъ цѣль, награда въ чемъ
             Того труда тяжелаго, что юность
             Мою унесъ, пустымъ оставилъ сердце,
             Не усладивъ ума, лишивъ его
             Прекраснѣйшихъ даровъ образованья?
             Вѣдь этотъ весь шумъ лагерной тревоги
             И звуки трубъ, и ржан³е коней,
             И по часамъ размѣренная служба,
             Учен³я, команда - это все
             Отнюдь не утоляетъ жажды сердца,
             И нѣтъ души въ занят³и пустомъ!"."
             Иныя радости, иное счастье
             Даетъ намъ жизнь.

 []

                       ОКТАВ²О.
  
                       Ты многому, мой сынъ,
             Въ такомъ пути короткомъ научился.
  
                       МАКСЪ.
  
             О, какъ прекрасенъ день, когда солдатъ
             Вновь наконецъ вернуться можетъ къ жизни,
             Въ среду людей. Когда веселый маршъ
             Трубитъ ему походъ домой, на отдыхъ;
             Когда войска развѣяли знамена
             Для радостнаго шеств³я; когда
             Украсила всѣ шляпы, шлемы зелень
             Весенняя - послѣдняя добыча
             Съ цвѣтущихъ нивъ! Ворота городовъ
             Сами собой раскрылись,- имъ петарды
             Для этого ужъ не нужны; народъ
             На всѣхъ стѣнахъ привѣтствуетъ сердечно;
             На башняхъ всѣхъ звучатъ колокола,
             Вѣщая, что смѣнился день кровавый
             Прекрасною вечернею зарей;
             Изъ городовъ, изъ селъ толпы стремятся
             Ликующимъ потокомъ, путь войскамъ
             Любовно замедляя рвеньемъ встрѣчи;
             Вернувшемуся сыну руку жметъ
             Старикъ отецъ, счастливый тѣмъ, что дожилъ
             До этихъ дней; и воинъ какъ чужой,
             Въ свой домъ, давно покинутый, вступаетъ.
             Широкими вѣтвями приняло
             Его подъ тѣнь то дерево, что гнулось,
             Какъ тонк³й прутъ, когда онъ уходилъ;
             И дѣвушкой-красавицей стыдливо
             Ему теперь навстрѣчу вышла та,
             Которая тогда кормилась грудью!..
             О, счастливы всѣ тѣ, кого здѣсь ждутъ
             И домъ родной, и нѣжныя объятья!
  
                   КВЕСТЕНБЕРГЪ (растроганный).
  
             Ахъ, отчего рисуете вы день
             Не нынѣшн³й, не завтрашн³й, но время
             Далекое, далекое!..
  
             МАКСЪ (рѣзко обращаясь къ нему).
  
                             A ктожъ
             Тому виной, какъ не вы сами въ Вѣнѣ?
             Да, Квестенбергъ, сознаюсь вамъ. Когда
             Я васъ увидѣлъ здѣсь, - негодованье
             Мнѣ сжало грудь: препятств³е для мира -
             Вы, только вы! И воинамъ - его
             Приходится насильно добиваться!
             Усердно вы старались отравлять
             Жизнь герцогу; вы шагъ его малѣйш³й
             Стѣсняете; черните вы его -
             За что? За то, что благо всей Европы
             Ему цѣннѣй двухъ-трехъ клочковъ земли,
             Которые прибудутъ иль убудутъ
             У Австр³и! Послушать васъ, такъ онъ
             И бунтовщикъ, и Богъ вѣсть что похуже,-
             Все оттого, что онъ щадитъ саксонцевъ,
             Что y врага старается добыть
             Довѣр³е къ себѣ,- путь къ миру
             Единственный: коли въ самой войнѣ
             Не кончится война, откуда жъ можетъ
             Явиться миръ?- Что жъ! Продолжайте такъ,
             Какъ начали! Но я - я такъ же сильно,
             Какъ доброе люблю,- васъ ненавижу
             И здѣсь клянусь кровь сердца моего
             По каплѣ всю пролить за Валленштейна,
             И прежде, чѣмъ паден³е его
             Вамъ наконецъ торжествовать пр³йдется!
                       (Уходитъ).
  

ЯВЛЕН²Е V.

Квестенбергъ. Октав³о Пикколомини.

  
                       КВЕСТЕНБЕРГЪ.
  
             О, горе намъ! Вотъ до чего дошло!
                   (Настойчиво и нетерпѣливо).
               Другъ, неужели въ этомъ заблужденьѣ
             Дадимъ ему уйти, не позовемъ
             Сейчасъ назадъ, и здѣсь же не откроемъ
             Ему глаза?
  
             ОКТАВ²О (выходя изъ глубокаго раздумья).
  
                       Мнѣ онъ открылъ глаза,
             И то, что я увидѣлъ - не отрадно.
  
                       КВЕСТЕНБЕРГЪ.
  
             Что жъ это, другъ?
  
                       ОКТАВ²О.
  
                             Будь проклята поѣздка!
  
                       КВЕСТЕНБЕРГЪ.
  
             Какъ? Почему?
  
                       ОКТАВ²О.
  
                       Идемте! Долженъ я
             Немедленно ходъ злополучный дѣла
     

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 240 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа