Главная » Книги

Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих - Смерть Валленштейна, Страница 4

Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих - Смерть Валленштейна


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

align="justify">   Не доброй волей, а нужды суровой
  
  
   Законом ты поставлен был на место,
  
  
   Что отняли б охотно у тебя.
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Да, это так; я не любви его
  
  
   Обязан властью, пользоваться ею
  
  
   Не значило б обманывать доверье.
  
  
  
  
  Графиня
  
  
   Доверье! Ты был надобен ему:
  
  
   _Нужда_, та притеснительница злая,
  
  
   Которой требуются не статисты
  
  
   И не пустые имена, которой
  
  
   Нужны _деянья, а не внешний вид_,
  
  
   Найдет того, кто больше всех и лучше,
  
  
   И будь он ею даже взят из черни,
  
  
   Его поставит у руля; она
  
  
   Тебя назначила на это место.
  
  
   Пока возможно, венценосцев племя
  
  
   К продажным, рабским душам прибегает,
  
  
   К послушным марьонеткам; но лишь крайность
  
  
   Жестокая прядет и блеск пустой
  
  
   Бессилен защитить, оно спешит
  
  
   В объятья мощные природы, духа
  
  
   Гигантского, который лишь себе
  
  
   Покорствует, который договора
  
  
   Не хочет знать и с ними по своим,
  
  
   А не по их законам поступает.
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Каким я был, тем и казался, правда.
  
  
   Не обманул я их, - желаний смелых
  
  
   Я никогда не думал и скрывать.
  
  
  
  
  Графиня
  
  
   Напротив, ты всегда являлся грозным.
  
  
   Не ты виновен, - верен оставался
  
  
   Ты самому себе; виновен тот,
  
  
   Кто власть тебе дал в руки, хоть страшился
  
  
   Тебя в душе. Не подлежит упреку,
  
  
   Кто действует в ладу с самим собой
  
  
   И сообразно со своей природой:
  
  
   Неправ лишь тот, в ком есть противоречье.
  
  
   Иль был другим ты восемь лет назад,
  
  
   Когда прошел по всей земле Германской,
  
  
   Неся огонь и меч, поднявши плеть
  
  
   Над странами, глумясь над их законом?
  
  
   Когда по бедственному праву силы
  
  
   Ты попирал, что люди почитали,
  
  
   Чтоб увеличить твоего султана
  
  
   Могущество? Тогда была пора
  
  
   Сломить твою неистовую волю,
  
  
   Тебя обуздывать; но император
  
  
   Не сетовал на то, в чем пользу видел
  
  
   И выгоду себе, и допускал
  
  
   Он молча зло. Что было справедливо,
  
  
   Когда в угоду делалось ему,
  
  
   То грех ли будет, если повторится
  
  
   Ему во вред теперь?
  
  
  
   Валленштейн
  
  
  
  
  (вставая)
  
  
  
  
  
   Не приходила
  
  
   Мне эта мысль. Оно и вправду так:
  
  
   Моей рукой он совершил деянья
  
  
   Вне всякого закона и порядка;
  
  
   И титул мой - награда за услуги,
  
  
   Которым мир даст имя преступлений.
  
  
  
  
  Графиня
  
  
   Признайся же, что дело между вами
  
  
   Не о правах и верности идет,
  
  
   А об удобном случае и силе!
  
  
   Тому, что жизнь тебе должна осталась,
  
  
   Теперь ты можешь подвести итог;
  
  
   Аспекты над тобой победоносны,
  
  
   Пророчат счастие тебе планеты,
  
  
   С высот небес глася: "Приспело время!"
  
  
   Напрасно ль ты весь век свой измерял
  
  
   Теченье звезд? Напрасно ль ты квадрантом
  
  
   И циркулем владел? Изобразил ли
  
  
   Небесный шар и знаки зодиака
  
  
   На этой ты стене вокруг себя
  
  
   Поставил ли, в таинственном подобье,
  
  
   Ты семерых властителей судьбы,
  
  
   Чтоб сделать их пустою лишь игрушкой?
  
  
   Ужель приборы эти бесполезны,
  
  
   Ужель ничто наука вся твоя,
  
  
   Не веришь ты в нее и в час решенья
  
  
   Весь смысл ее безвластен над тобой?..
  
  
  
   Валленштейн
  
   (в продолжение последней речи графини ходивший
  
  
  взад и вперед, напряженно размышляя,
  
   внезапно останавливается перед графиней и
  
  
  
   прерывает ее)
  
  
   Позвать мне Врангеля! Пусть три гонца
  
  
   Немедленно седлают!
  
  
  
  
   Илло
  
  
  
  
  
   Слава богу!
  
  
  
   (Поспешно уходит.)
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Его и мой недобрый это гений!
  
  
   Ему он казнь готовит чрез меня,
  
  
   Свершителя его корыстных видов;
  
  
   Но мщенья сталь и для моей груди
  
  
   Уже наточена. Отрадной жатвы
  
  
   Не жди, посеявший дракона зубы!
  
  
   Злодейство каждое под сердцем носит
  
  
   И мстителя - недобрую надежду.
  
  
   Мне верить он не может, но тогда
  
  
   И я вернуться не могу. Да будет,
  
  
   Что быть должно! Нельзя велений рока
  
  
   Избегнуть человеку; сердце в нас
  
  
   Их ревностный, могучий исполнитель!
  
  
  
   (К Терцки.)
  
  
   Мне шведа приведи в мой кабинет,
  
  
   Гонцов я сам отправлю. Да позвать
  
  
   Октавио ко мне.
  
   (К графине, принявшей торжествующий вид.)
  
  
  
  
   Не торжествуй!
  
  
   Одарена судьба ревнивой властью;
  
  
   Кто будущему радуется счастью,
  
  
   Ее гневит. Мы ей вручаем семя, -
  
  
   Добра иль бед, - то обнаружит время.
  
  
  
  
  (Уходит.)
  
  
  
  
  Занавес
  
  
  
   ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
  
  
  
  
  Комната.
  
  
  Валленштейн. Октавио Пикколомини.
  
  
   Вскоре потом Макс Пикколомини.
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Он пишет мне из Линца, будто болен;
  
  
   Но получил я весть, что спрятан он
  
  
   У графа Галласа во Фрауэнберге.
  
  
   Схвати обоих и пришли сюда.
  
  
   Ты во главе полков испанских встанешь,
  
  
   Но пусть конца твоим не будет сборам;
  
  
   А станут принуждать тебя, чтоб против
  
  
   Меня ты выступил, скажи: иду!
  
  
   А сам ни с места. Знаю, что тебе
  
  
   Услугу окажу я, в стороне
  
  
   Тебя оставив, - ты наружный вид,
  
  
   Пока возможно, любишь соблюдать
  
  
   И до шагов ты крайних не охотник;
  
  
   Так для тебя я выбрал эту роль.
  
  
   Своим бездействием ты будешь мне
  
  
   Всего полезней. Если ж я меж тем
  
  
   Верх одержу, свое ты знаешь дело.
  
  
  
  Макс Пикколомини входит.
  
  
   Ступай же, старина! Отбыть ты должен
  
  
   Сегодня в ночь. Возьми моих коней.
  
  
   Макс остается здесь. Прощаться долго
  
  
   Вам не к чему. Мы скоро все, надеюсь,
  
  
   Вновь радостно увидимся.
  
  
  
  
  Октавио
  
  
  
  
  (сыну)
  
  
  
  
  
  
  С тобой
  
  
   Еще поговорю я.
  
  
  
  
  (Уходит.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
  
  
  
   Валленштейн. Макс.
  
  
  
  
   Макс
  
  
  
   (подходит к нему)
  
  
  
  
  
  Генерал!
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Я для тебя не генерал, коль служишь
  
  
   Ты императору.
  
  
  
  
   Макс
  
  
  
  
   Так все же войско
  
  
   Оставить хочешь ты?
  
  
  
   Валленштейн
  
  
  
  
  
  Я отказался
  
  
   От службы императору.
  
  
  
  
   Макс
  
  
  
  
  
   Ты хочешь
  
  
   Покинуть войско?
  
  
  
   Валленштейн
  
  
  
  
   Крепче я, напротив,
  
  
   Его к себе надеюсь привязать.
  
  
  
  
  (Садится.)
  
  
   Да, Макс. Тебе я не хотел открыться,
  
  
   Покуда действий час не наступил.
  
  
   В дни юности легко понять, что право,
  
  
   И любо над несложною задачей
  
  
   Испытывать суждение свое. -
  
  
   Но где из двух определенных зол
  
  
   Одно избрать нам надо, где в борьбе
  
  
   Обязанностей сохранить не можем
  
  
   Мы целость сердца, там счастливец тот,
  
  
   Кому нет выбора; благодеяньем
  
  
   Становится тогда необходимость.
  
  
   Она явилась. Не смотри назад,
  
  
   Тебе нет пользы в том. Смотри вперед!
  
  
   Не рассуждай! И действовать готовься!
  
  
   Двор погубить меня намерен; я же
  
  
   Его хочу предупредить. В союз
  
  
   Со шведами мы вступим. Это люди
  
  
   Хорошие и верные друзья.
  
  
  (Останавливается в ожидании ответа
  
  
  
   Пикколомини.)
  
  
   Я удивил тебя. Не отвечай!
  
  
   Опомниться тебе даю я время.
  
  
  (Встает и отходит в глубину сцены.)
   Макс долгое время стоит неподвижно, охваченный величайшей
  
   скорбью; при первом его движении Валленштейн
  
   возвращается и останавливается перед ним.
  
  
  
  
   Макс
  
  
   Благодаря тебе сегодня, герцог,
  
  
   Я совершеннолетним стал. Досель
  
  
   Не надо было путь мне выбирать -
  
  
   Вслед за тобой я шел беспрекословно.
  
  
   Взгляд на тебя один мне говорил,
  
  
   Что путь мой верен. Должен я впервые
  
  
   Теперь прибегнуть к самому себе,
  
  
   И к выбору меня ты принуждаешь
  
  
   Между тобой и совестью моей.
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Лелеяла досель тебя судьба:
  
  
   Свои обязанности мог, играя,
  
  
   Ты исполнять, свободно предаваться
  
  
   Всегда благим стремлениям своим
  
  
   И действовать, в душе борьбы не зная.
  
  
   Так дальше быть не может, путь двоится,
  
  
   Долг спорит с долгом; надо государя
  
  
   Тебе держаться твоего иль друга,
  
  
   Когда война меж ними началась.
  
  
  
  
   Макс
  
  
   Война ли это? Нет! Война ужасна,
  
  
   Как божий бич, оно, так же как и он,
  
  
   Небесное она определенье.
  
  
   В войне ли честной будешь угрожать
  
  
   Ты императору его же войском?
  
  
   О боже мой! Какая перемена!
  
  
   Мне ль так с тобою говорить? С тобою,
  
  
   Который, как Полярная звезда,
  
  
   Жизнь озарил лучом мне путеводным?
  
  
   О, как мне сердце разрываешь ты!
  
  
   Ото всего, что с ним срослось издавна,
  
  
   От моего к тебе благоговенья
  
  
   И от святой привычки к послушанью
  
  
   Насильственно отречься должен я!
  
  
   Нет, не гляди ты на меня! Мне это
  
  
   Лицо всегда божественным казалось;
  
  
   Власть надо мной оно свою не может
  
  
   Утратить вдруг: мое осталось чувство
  
  
   В твоих цепях, хоть, обливаясь кровью,
  
  
   Моя душа с себя их сорвала!
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Макс! выслушай меня.
  
  
  
  
   Макс
  
  
  
  
  
   Не совершай
  
  
   Злосчастного деянья. Благородным
  
  
   Твоим чертам неведомо оно,
  
  
   И лишь твое воображенье им
  
  
   Запятнано. Невинность удалиться
  
  
   Не хочет с величавого чела.
  
  
   Сотри ты с сердца черное пятно!
  
  
   Пусть это злым лишь будет сном, намеком
  
  
   Для праведных о близости греха.
  
  
   Такие есть минуты, но над ними
  
  
   Добра понятье верх берет в душе.
  
  
   Нет! Ты не кончишь _так_! Возвел бы этим
  
  
   Ты клевету на все, что на земле
  
  
   Одарено и волею и силой,
  
  
   Ты подкрепил бы пошлый взгляд, который
  
  
   Свободы благородство отрицает
  
  
   И доверяет одному бессилью.
  
  
  
   Валленштейн
  
  
   Меня осудит строго мир - я знаю.
  
  
   Что можешь ты сказать, уже я сам
  
  
   Себе сказал. И кто же рад бы не был
  
  
   Не доходить до крайности? Но здесь
  
  
   Нет выбора, я вынужден прибегнуть
  
  
   К насилию иль претерпеть его:
  
  
   Возможности другой не остается.
  
  
  
  
   Макс
  
  
   Пусть будет так! Начальство удержи
  
  
   Ты силой, императору противься;
  
  
   Коль иначе нельзя, взбунтуй ты войско;
  
  
   Не похвалю я этого поступка,
  
  
   Но извиню его, я в том решусь
  
  
   Участвовать, чего не одобряю.
  
  
   Но лишь _изменником_ не будь! Да, слово
  
  
   Промолвлено, - изменником не будь!
  
  
   Не прегрешенье это, не ошибка,
  
  
   В которую впадать отвага может
  
  
   В избытке сил. Нет! Здесь другое дело -
  
  
   Оно черно, оно черно, как ад!
  
  
  
   Валленштейн
  
  
  (мрачно наморщив лоб, но сдержанно)
  
  
   Быстра на слово молодость, которым
  
  
   Владеть трудней, чем лезвием ножа,
  
  
   И бойко пылкой головой оценку
  
  
   Дает вещам, чья мера в них самих.
  
  
   У вас все тотчас честно иль постыдно,
  
  
   Добро иль зло, и что воображенье
  
  
   Вмещает в эти темные слова,
  
  
   Вы прилагаете к вещам и людям.
  
  
   _Тесна_ вселенная, а ум _обширен_,
  
  
   Легко сосуществуют мысли в нем;
  
  
   В пространстве ж вещь всегда помеха вещи;
  
  
   Тут завладеть чужим лишь можно местом:
  
  
   Иль вытесняй, иль вытеснят тебя;
  
  
   Тут вечный спор, и верх берет в нем сила.
  
  
   Да, кто свой путь проходит без желаний,
  
  
   Кто отказаться

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 218 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа