Главная » Книги

Шекспир Вильям - Король Генрих Iv (Часть вторая), Страница 4

Шекспир Вильям - Король Генрих Iv (Часть вторая)


1 2 3 4 5 6

къ я говорю?
   Фольстэфъ. Да, не разъ слушали куранты по ночамъ, господинъ Свищъ.
   Свищъ. О, слушали, конечно, слушали! Какъ не слыхать!.. Нашимъ лозунгомъ было: "Эй, молодцы!" Сдѣлайте милость, пойдемте ко мнѣ откушать... Боже мой, как³е дни видали мы на своемъ вѣку! Идемте, дѣти! (Свищъ, Фольстэфъ и Молчокъ уходятъ).
   Телокъ. Добрый, господинъ капралъ Бардольфъ, будьте мнѣ другомъ... Если согласны, вотъ вамъ за это сорокъ шилинговъ французскими кронами. Для меня, сэръ, идти на войну, повѣрьте, то же, что повѣситься. Если бы дѣло шло только обо мнѣ одномъ, я, конечно, и хлопотать-бы не сталъ... а хлопочу я собственно болѣе потому, что съ пр³ятелями разставаться не хочется... а о себѣ собственно я и хлопотать бы не сталъ.
   Бардольфъ. Ну, хорошо; становись всторону.
   Слизь. Хоть не ради меня, добрѣйш³й господинъ капралъ, а ради моей бѣдной старухи, будьте мнѣ другомъ. Она стара; работать не можетъ, а безъ меня ухаживать за нею некому. Я готовъ предложить вамъ за это сорокъ шиллинговъ, сэръ.
   Бардольфъ. Хорошо; становись всторонку.
   Слабосилье. Честное слово, сэръ, войны я не боюсь; двухъ смертей не бывать, а одной не миновать; придется же когда-нибудь отдать долгъ Господу-Богу... Я не способенъ на трусость. Суждено умереть - хорошо; не суждено - еще того лучше!.. Обязанность каждаго - служить государю; тотъ, кто умретъ въ нынѣшнемъ году, избавленъ отъ этого въ будущемъ.
   Бардольфъ. Хорошо сказано; ты парень храбрый.
   Слабосилье. Да, могу похвалиться: душа у меня не куриная.
  

Фолтстэфъ, Свищъ и Молчокъ возвращаются.

  
   Фольстэфъ. Ну, господа, кто-же изъ нихъ поступитъ въ мой отрядъ?
   Свищъ. Вамъ слѣдуетъ получить четверыхъ; выбирайте, кого хотите.
   Бардольфъ (Тихо Фольстэфу). На пару словъ, сэръ... Я получилъ три фунта за то, чтобы освободить Слизь и Телка.
   Фольстэфъ (Тихо Бардольфу). Хорошо, ступай.
   Свищъ. Итакъ, сэръ Джонъ, кого-же вы выберете?
   Фольстэфъ. Выбирайте сами, кого хотите.
   Свищъ. Хорошо. Я выбираю Слизь, Телка, Слабосилье и Тѣнь.
   Фольстэфъ. Слизь и Телка... Ты, Слизь, оставайся дома и жди, пока совсѣмъ окажешься негоднымъ къ военной службѣ; а ты, Телокъ, жди, пока окажешься годнымъ. Вы мнѣ не годитесь.
   Свищъ. Полноте, полноте, сэръ Джонъ!- Вы поступаете во вредъ самому себѣ: эти двое - самые лучш³е, а мнѣ-бы хотѣлось, чтобы у васъ въ отрядѣ сдужили только самые хорош³е.
   Фольстэфъ. Ужъ не хотите-ли вы, господинъ Свищъ учить меня, какъ выбирать новобранцевъ? Какое мнѣ дѣло, до сложен³я, до силы, до роста и вообще до внѣшняго вида вербуемыхъ людей? Мнѣ нужна храбрость, господинъ Свищъ, вотъ что! Вотъ Прыщъ... Видите, какое у него жалкое сложен³е: совершенный заморышъ, а я убѣжденъ, что онъ будетъ дѣйствовать оруж³емъ не хуже, чѣмъ любой кузнецъ молотомъ; будетъ двигаться взадъ и впередъ проворнѣе пивовареннаго ведра... Или посмотрите на Тѣнь; онъ вѣчно стоитъ какъ будто въ полоборота, такъ что непр³ятелю очень трудно будетъ въ него цѣлить. Цѣлить въ него тоже, что въ остр³е ножа. А въ случаѣ отступлен³я, кто побѣжитъ быстрѣе женскаго портного Слабосилья? Нѣтъ, давайте мнѣ людей не особенно рослыхъ; этихъ вы оставляйте себѣ. Бардольфъ, дай ружье въ руки Прыщу.
   Бардольфъ. Ну, держи, Прыщъ! Вотъ такъ, такъ и такъ.
   Фольстэфъ. Посмотримъ, какъ ты будешь обращаться съ ружьемъ... Такъ, хорошо... Продолжай... Очень хорошо... Превосходно!.. Давайте мнѣ хоть самыхъ маленькихъ, старенькихъ, худощавенькихъ новобранцевъ, но чтобы только они такъ-же ловко стрѣляли, какъ Прыщъ. Такъ я говорю, Прыщъ, не правда-ли? Клянусь честью, ты великолѣпный стрѣлокъ, Прыщъ! Вотъ тебѣ шесть пенсовъ за это.
   Свищъ. А все-таки я вамъ скажу, что онъ въ этомъ дѣлѣ еще не мастеръ. Онъ далеко еще не ловокъ. Вотъ, помню. когда я былъ въ климентской школѣ, то въ Майлендъ-Грилѣ изображалъ Дагонета въ "Артуровыхъ играхъ"... былъ между участвующими небольшой проворный человѣкъ... Вотъ онъ - такъ умѣлъ дѣйствовать ружьемъ! Повертываетъ его, бывало, и такъ, и этакъ, и направо, и налѣво... Пафъ, пафъ! Отпрыгнетъ всторону и опять тутъ какъ тутъ!.. Такого ловкаго парня мнѣ ужъ потомъ и видѣть больше не приходилось.
   Фольстэфъ. Эти ребята, господинъ Свищъ, пригодятся... с вами-же, господинъ Молчокъ, я много словъ тратить не буду, а просто пожелаю вамъ всякаго благополуч³я... Прощайте, почтеннѣйш³е джентльмены: благодарю васъ обоихъ за радуш³е, а мнѣ еще надо сегодня до вечера миль двѣнадцать сдѣлать... Бардольфъ, выдай платье новобранцамъ.
   Свищъ. Сэръ Джонъ, да благословитъ васъ Господь и да пошлетъ вамъ успѣха во всѣхъ дѣлахъ вашихъ, а намъ пошли Онъ только миръ и тишину! Заѣзжайте ко мнѣ на возвратномъ пути; мы возобновимъ старое знакомство... Можетъ статься, и я тогда отправлюсь съ вами ко двору.
   Фольстэфъ. Я былъ-бы этому очень радъ, господни Свищъ.
   Свищъ. Я далъ слово и сдержу его. Счастливаго пути (Свищъ и Молчокъ уходятъ).
   Фольстэфъ (Имъ вслѣдъ). Прощайте, господа! Бардольфъ, уведи новобранцевъ (Бардольфъ и рекруты уходятъ). На возвратномъ пути я пощупаю мошну у этихъ судей; Свища-то я вижу насквозь!.. О, Господи! Почему это старые люди такъ преданы гнусному пороку лжи? Вотъ, напримѣръ, этотъ дышащ³й на ладанъ старикашка чего только не нахвасталъ про свою забубенную молодость и свои похожден³я среди разврата Торнбэльской улицы? Черезъ каждыя два слова третье - непремѣнно ложь, и онъ аккуратнѣе преподноситъ ее слушателю, чѣмъ турки взымаютъ подати. Помню я его въ климентской школѣ; онъ тогда очень похожъ былъ на человѣка вырѣзаннаго послѣ ужина изъ корки сыра, а безъ одежды его можно было принять за раздвоенную рѣдьку съ выточенной рожицей наверху. Онъ былъ такъ худъ и малъ, что близорук³й его и разглядѣть-бы не могъ. Онъ постоянно изображалъ изъ себя призракъ голода; сластолюбивъ былъ, какъ обезьяна, такъ что непотребныя женщины называли его мандрагоромъ. У моды онъ всегда стоялъ во хвостѣ и пѣлъ своимъ клейменымъ домовымъ хозяйкамъ пѣсни, которымъ научился у поденщиковъ да у извощиковъ, а потомъ выдавалъ за свои. И эта шутовская рапира теперь эскуайръ и туда-же разсуждаетъ о Джонѣ Гаунтѣ, какъ о своемъ закадычномъ пр³ятелѣ, а я готовъ, чѣмъ угодно, поклясться, что Гаунта-то онъ всего только разъ въ жизни и видѣлъ, а именно когда тотъ проломилъ ему голову за то, что онъ затесался въ число прислуги Маршала. Я видѣлъ, какъ его наказывали, и тутъ-же сказалъ Гаунту, что не стоитъ марать рукъ о такую мелюзгу, потому-что этого сморчка со всей его одеждой легко можно запрятать въ шкурку угря, и ему тамъ будетъ такъ же просторно, какъ во дворцѣ. Да, тогда для него футляръ отъ дудки и тотъ былъ-бы слишкомъ просторенъ, а теперь у него и земли есть, и быки. Я непремѣнно сведу съ нимъ дружбу, если только удастся вернуться, и будетъ совершеннымъ несчаст³емъ, если я не обращу его для себя въ философск³й камень... Если малый голецъ служитъ приманкой для старой щуки, то я не вижу никакого закона природы, препятствующаго мнѣ проглотить этого старикашку. Лишь-бы только случай представился - и дѣло съ концомъ.
  

ДѢЙСТВ²Е ЧЕТВЕРТОЕ.

СЦЕНА I.

Лѣсъ въ ²оркширѣ.

Входятъ Арх³епископъ ²оркск³й, Маубрэ, Гэстингсъ и друг³е.

  
   Арх³епископъ. Какъ называетеся этотъ лѣсъ?
   Гэстингсъ. Лѣсомъ Гуольтри, если угодно это знать вашему преподоб³ю.
   Арх³епископъ. Остановимся здѣсь, милорды. Пошлите лазутчиковъ развѣдать, какъ велика численность непр³ятельскихъ силъ?
   Гэстингсъ. Мы уже ихъ отправили.
   Арх³епископъ. Прекрасно сдѣлали... Друзья мои и собраты по великому этому предпр³ят³ю, я обязанъ сообщитъ вамъ, что получилъ новыя письма отъ Норсомберленда. Тонъ ихъ холоденъ и сухъ; таково-же и содержан³е. Онъ пишетъ, что желалъ бы присоединиться къ намъ, но не иначе какъ съ силами, достойными высокаго его положен³я, а таковыхъ набрать ему не удалось, поэтому онъ считаетъ за лучшее удалиться въ Шотланд³ю и выжидать тамъ минуты, когда его только еще растущее счаст³е созрѣетъ вполнѣ. Затѣмъ онъ добавляетъ, что молитъ Бога за нашъ успѣхъ и желаетъ, чтобы наша попытка пережила и грозное столкновен³е съ непр³ятелемъ, и всяк³я друг³я опасности.
   Маубрэ. Итакъ, всѣ наши надежды на него рушились, разбились въ дребезги.
  

Входитъ Гонецъ.

  
   Гэстингсъ. Что скажешь?
   Гонецъ. Непр³ятель находится не болѣе какъ въ одной мидѣ отсюда и приближается къ намъ въ полномъ боевомъ порядкѣ. Судя по тому пространству, которое онъ занимаетъ на западъ отъ этого лѣса, можно опредѣленно сказать, что его будетъ тысячъ до тридцати.
   Маубрэ. Какъ разъ-то число, какое мы предполагали. Двинемтесь-же и мы къ нему навстрѣчу и наступимъ на него въ долинѣ.
  

Входитъ Уэстморлендъ.

  
   Арх³епископъ. Кто этотъ военачальникъ, что въ полномъ вооружен³и приближается сюда?
   Маубрэ. Кажется, гордъ Уэстморлендъ.
   Уэстморлендъ. Нашъ полководецъ - принцъ Джонъ Ланкастрск³й посылаетъ вамъ привѣтъ и желаетъ вамъ добраго здрав³я.
   Арх³епископъ. Говорите съ миромъ, благородный лордъ Уэстморлендъ, чему обязаны вашимъ прибыт³емъ?
   Уэстмордендъ. Отвѣтная моя рѣчь будетъ главнымъ образомъ относиться къ вашему преподоб³ю. Если бы этотъ мятежъ явился такимъ-же, какимъ онъ бываетъ всегда, то-есть гнусными, омерзительными подчищами всякаго сброда подъ предводительствомъ одѣтой въ рубище молодежи и главнымъ образомъ состоящими изъ нищихъ мальчишекъ,- да, говорю я, если-бы проклятый мятежъ явился въ собственномъ своемъ, естественномъ и свойственномъ ему видѣ, ни вы, преподобный отецъ, ни вы, благородные лорды, не стали бы прикрывать гнуснаго, кровожаднаго бунта блестящимъ своимъ положен³емъ. Опорами вашего престола, лордъ-арх³епископъ, должны быть миръ и любовь. Миръ серебряною своею рукою уже коснулся вашей бороды; тотъ-же миръ далъ вамъ возможность посвятить себя наукѣ и обогатилъ васъ познан³ями. Бѣлое ваше облачен³е служитъ эмблемою голубиной кротости и благодатнаго духа мира; зачѣмъ-же переводите вы себя съ полнаго благодати языка мира и любви на несвойственный вашему сану грубый и суровый языкъ войны, обращая ваши книги въ могилы, чернила въ кровь, перья въ копья, а божественный языкъ въ громогласную трубу, въ грозный кличъ междоусобной войны?
   Арх³епископъ. Зачѣмъ я такъ поступаю?- Извольте, отвѣтъ готовъ. Мы всѣ больны; развратъ и всяк³я излишества довели насъ до злокачественной горячки, неотступно требующей кровопускан³я. Этою болѣзнью заразился покойный король Ричардъ, и она-то свела его въ могилу. Однако высокоблагородный лордъ Уэстморлендъ, сюда явился я не въ качествѣ врача, и если я нахожусь въ средѣ вооруженныхъ людей, то совсѣмъ не какъ заклятый врагъ мира. Нѣтъ, я только на время принимаю грозный обликъ войны, чтобы при помощи строгаго воздержан³я исцѣлить пресыщенные заболѣвш³е отъ избытка счаст³я умы и очистить ихъ отъ заваловъ, начинающихъ засорять въ насъ всѣ главнѣйш³е жизненные пути. Я выскажусь болѣе ясно. Я съ величайшею точностью и на однихъ и тѣхъ-же вѣсахъ взвѣсилъ и зло нашего возстан³я, и угнетающее насъ зло; это привело меня къ убѣжден³ю, что все то, отъ чего намъ приходилось терпѣть, далеко превышаетъ неблаговидность нашего возстан³я. Мы видимъ, куда течетъ рѣка времени, и почему бурный потокъ обстоятельствъ вынудилъ насъ противъ нашей воли разстаться съ покойными креслами. Когда настанетъ удобная минута, мы покажемъ длинный списокъ нанесенныхъ намъ оскорблен³й; съ этимъ спискомъ мы уже много-много времени тому назадъ желали познакомить короля, но, несмотря на всѣ старан³я, никакъ не могли этого добиться. Всяк³й разъ, когда мы искали случая пожаловаться королю на наносимыя намъ оскорблен³я, насъ упорно къ нему не допускали именно тѣ люди, отъ которыхъ приходилось выносить обиды. Слишкомъ еще недавно миновали опасности, память о которыхъ кровавыми, до сихъ поръ ясно видными буквами начертана на землѣ; вотъ эти-то опасности, какъ и многочисленные примѣры, повторяющ³еся съ каждой протекающей минутой, вынудили насъ развернуть знамя возстан³я, но не для того, чтобы сокрушить дерево мира или срубить хоть одну его вѣтвь, а затѣмъ, напротивъ, чтобы упрочить его, чтобы онъ существовалъ на дѣлѣ, а не на однихъ словахъ.
   Уэстморлендъ. Когда-же отвергали ваши жалобы? Чѣмъ обижалъ васъ король? Кто-же изъ близкихъ къ королю пэровъ Англ³и наносилъ вамъ оскорблен³я? Приведите хоть одинъ примѣръ, который далъ-бы вамъ право скрѣплять божественною печатью преступную, кровавую книгу бунта и освящать оруж³е мятежа?
   Арх³епископъ. А хоть-бы угнетен³я нашего брата - государства или жестокая расправа съ моимъ братомъ по крови, дѣлающ³я возстан³е моимъ личнымъ дѣломъ?
   Уэстморлендъ. Поправить этого уже нельзя, а если и можно, то не вамъ принадлежало-бы на это право.
   Маубрэ. А почему хоть-бы отчасти не ему и не намъ всѣмъ, до сихъ поръ чувствующимъ и болячки, нанесенныя намъ въ прошедшемъ, а въ настоящемъ - гнетъ тяжелой, лицепр³ятной руки, тяготѣющей надъ нашею честью?
   Уэстморлендъ. Любезнѣйш³й лордъ Маубрэ, разсмотрите время въ связи со всѣми его необходимостями, и вы увидите, что во всѣхъ вашихъ бѣдахъ виновато оно, а не король. Мнѣ кажется, что именно вамъ-то ни король, ни время не дали ни одного дюйма почвы, на которой было-бы можно основать хоть какой-нибудь поводъ къ неудовольств³ю. Развѣ вамъ не возвратили всѣхъ помѣст³й покойнаго герцога Норфолька, вашего благороднаго, блаженной памяти родителя?
   Маубрэ. А развѣ мой отецъ утратилъ при жизни хоть малѣйшую частицу своей чести, чтобы ее необходимо было оживлять и воскрешать во мнѣ? Покойный король его любилъ, хотя и вынужденъ былъ противъ своей воли изгнать его въ силу тогдашнихъ обстоятельствъ. И за что? Отецъ и Генрихъ Болинброкъ, вскочивъ на коней, укрѣпясь на сѣдлахъ, держа копья на перевѣсъ, сверкая глазами сквозь желѣзныя отверст³я опущенныхъ забралъ, горячили шпорами и безъ того уже горячихъ коней. Но вотъ грянули трубы, противники ринулись одинъ навстрѣчу другому, а когда ничто уже не могло удержать моего отца отъ груди Болинброка, король бросилъ жезлъ, а съ нимъ не только свою жизнь, но и жизнь всѣхъ тѣхъ, кто вслѣдств³е доносовъ и самоуправства меча погибъ съ воцарен³емъ Болинброка.
   Уэстморлендъ. Вы, лордъ Маубрэ, сами не знаете, что говорите. Въ то время герцогъ Гирфордъ слылъ однимъ изъ храбрѣйшихъ мужей всей Англ³и. Какъ знать, что было-бы далѣе, кому-бы еще улыбнулось счаст³е? Но даже и въ томъ случаѣ, если-бы тогда побѣда осталась за вашимъ отцомъ она не пошла-бы далѣе Ковентри, потому что вся Англ³я кричала въ одинъ голосъ:- "Мы его ненавидимъ!" Любовь всей страны принадлежала Гирфорду, за котораго къ небу возносились горяч³я молитвы. Народъ боготворилъ его и чествовалъ несравненно болѣе, чѣмъ короля. Но это отвлекаетъ насъ отъ настоящаго нашего разговора. Явился я къ вамъ отъ имени царственнаго нашего главнокомандующаго узнать, чѣмъ вы недовольны? и чтобы передать вамъ, что онъ согласенъ принять вашихъ уполномоченныхъ; если ихъ сѣтован³я окажутся справедливыми, всѣ вы получите полное удовлетворен³е. Мы желаемъ устранить все, что можетъ показаться вамъ враждебнымъ съ нашей стороны.
   Маубрэ. Предложен³е это все-таки вынуждено нами; оно слѣдств³е разсчета, а не любви.
   Уэстморлендъ. Лордъ Маубрэ, говоря такъ, вы оказываетесь черезчуръ самонадѣяннымъ. Предложен³е это вызвано милосерд³емъ, а не страхомъ. Смотрите, наше войско у васъ въ виду и, клянусь честью, оно слишкомъ хорошо увѣрено въ своей силѣ, чтобы поддаваться чувству страха. Въ нашихъ рядахъ болѣе громкихъ именъ, чѣмъ въ вашихъ, а наши солдаты лучше обучены военному дѣлу, чѣмъ у васъ. У нихъ нѣтъ основан³я трусить передъ вами, поэтому не воображайте, будто наши предложен³я внушены страхомъ.
   Маубрэ. Какъ-бы то ни было, если-бы это зависѣло отъ меня, я даже не вступилъ бы въ переговоры.
   Уэстморлендъ. Это служитъ только доказательствомъ, что вы стыдитесь собственнаго предпр³ят³я; одна гниль боится прикосновен³я.
   Гэстингсъ. Имѣетъ-ли, однако, принцъ Джонъ настолько широк³я полномоч³я отца, чтобы выслушать наши услов³я, принять и окончательно скрѣпить ихъ своимъ соглас³емъ?
   Уэстморлендъ. Полномоч³е это неразлучно съ самымъ зван³емъ главнокомандующаго. Такой ненужный съ вашей стороны вопросъ очень меня удивляетъ.
   Арх³епископъ. Возьмите эту записку; въ ней подробно изложены всѣ наши требован³я. Когда все, о чемъ въ ней говорится, будетъ исправлено; когда всѣ участники въ возстан³я, какъ находящ³еся на лицо, такъ и отсутствующ³е, будутъ оправданы законнымъ образомъ, а признан³е справедливости нашихъ требован³й рѣшено и подписано, мы тотчасъ-же возвратимся въ предѣлы долга и рукою мира закуемъ наше оруж³е.
   Уэстморлендъ. Я покажу вашу записку главнокомандующему. Затѣмъ, уважаемые лорды, прошу васъ сойтись съ нами въ виду обоихъ войскъ. Угодно будетъ Богу - покончимъ все миромъ; не угодно - предоставимъ все дѣло рѣшить мечу.
   Арх³епископъ. Мы явимся (Уэстморлендъ уходитъ).
   Маубрэ. Какое-то предчувств³е въ моей груди подсказываетъ, что ни при какихъ услов³яхъ миръ этотъ не будетъ проченъ.
   Гэстингсъ. Не бойтесь ничего. Если широк³я и вполнѣ опредѣленныя услов³я наши будутъ приняты, ручаюсь, что миръ окажется прочнѣе каменной стѣны.
   Маубрэ. Можетъ-быть, и такъ. Однако, подумайте, какого мнѣн³я останется о насъ король. Не забывайте, что ему по самымъ вздорнымъ, пустымъ, ничтожнымъ, ничего не значущимъ, ничего не стоющимъ поводамъ непремѣнно будетъ вспоминаться нашъ бунтъ. Хотя-бы наша преданность королю доходила до самоотвержен³я, до мученичества, насъ съумѣюгь обвѣять такимъ сильнымъ и грубымъ вѣтромъ, что даже наша пшеница окажется не тяжелѣй мякины, и хорошее зерно не будетъ отдѣлено отъ плохого.
   Арх³епископъ. Нѣтъ, нѣтъ, милордъ. Замѣтьте слѣдующее - королю уже надоѣли мелк³е наушническ³е навѣты. Онъ сознаетъ, что, отдѣлываясь отъ подозрѣн³й смертными казнями, онъ этими казнями вызываетъ у оставшихся въ живыхъ еще большую жажду мести. Поэтому онъ желаетъ вычеркнуть изъ своей записной книжки даже послѣдн³е слѣды того, что волновало его за послѣднее время, что мучило, что напоминало о пережитыхъ непр³ятностяхъ. Онъ отлично знаетъ, что нѣтъ никакой возможности исторгнуть изъ нашей земли всѣ тѣ сорныя травы, которыя въ силахъ угрожать его велич³ю. Онъ знаетъ, что и друзья, и враги его связаны между собою такъ тѣсно, что нельзя казнить врага безъ того, чтобы въ тоже время не покарать и друга. Наше государство похоже на сварливую женщину способную до того обозлить мужа, что онъ соберется ее поколотить; но она тотчасъ-же подставитъ ему ребенка и удержитъ этимъ его поднятую руку.
   Гэстингсъ. Помимо этого король переломалъ всѣ своя розги о прежнихъ обидчиковъ, такъ-что теперь у него недостатокъ даже въ оруд³яхъ казни. Его могущество, какъ левъ безъ когтей, можетъ только грозить, но растерзать никого уже не въ силахъ.
   Арх³епископъ. Совершенно вѣрно. Поэтому, добрѣйш³й лордъ-маршалъ, будьте увѣрены:- если мы договоримся до мира, онъ, какъ переломленная, но сросшаяся кость, сдѣлается еще крѣпче прежняго.
   Маубрэ. Хорошо, если такъ. Смотрите, лордъ Уэстморлендъ возвращается.
  

Входитъ лордъ Уэстморлендъ.

  
   Уэстморлендъ. Принцъ приближается къ вамъ. Угодно будетъ вамъ, милорды, встрѣтиться съ нимъ на равномъ разстоян³и отъ обоихъ войскъ?
   Маубрэ. Ну, съ Бож³ею помощью, пойдемте и мы, почтеннѣйш³й арх³епископъ.
   Арх³епископъ. Лордъ Уэстморлендъ, передайте нашъ привѣтъ его свѣтлости теперь-же. Мы явимся тотчасъ-же вслѣдъ за вами (Уходятъ).
  

СЦЕНА II.

Другая часть лѣса.

Съ одной стороны входятъ Маубрэ, Архѣепископъ, Гэстингсъ и др.; съ другой - принцъ Джонъ, Уэстморлендъ и свита.

  
   Принцъ Джонъ.Очень радъ встрѣчѣ съ вами, любезный кузенъ Маубрэ. Привѣтъ вамъ, лордъ-арх³епископъ, и вамъ, лордъ Гэстингсъ; привѣтъ мой и всѣмъ остальнымъ. Вы, милордъ, епископъ ²оркск³й, были несравненно болѣе достойны уважен³я въ тѣ дни, когда ваша паства, по призыву колокола, съ благоговѣн³емъ стекалась слушать ваши толкован³я священнаго писан³я, чѣмъ теперь, когда вы являетесь человѣкомъ, закованнымъ въ желѣзо, воодушевляющимъ барабаннымъ боемъ толпу крамольниковъ и при помощи меча превращающимъ жизнь въ смерть. Сколько бѣдъ можетъ натворить человѣкъ, взысканный королевскою милостью, процвѣтающ³й подъ лучами солнца, если ему вздумается злоупотребдять довѣр³емъ короля? Да, сколько бѣдъ можетъ онъ вызвать подъ сѣнью такого велич³я? Слова мои можно отнести и къ вамъ, арх³епископъ. Кому неизвѣстно, какъ высоко стояли вы въ Бож³ей книгѣ судебъ? Для насъ вы были вит³ею небеснаго парламента; для насъ вы были чистѣйшимъ гласомъ самого Господа; для насъ вы были истиннымъ передатчикомъ воли Бож³ей, ея посредникомъ между святою милостью небесъ и нашими грубыми земными помыслами. Кому-же могло придти въ голову, что вы, злоупотребляя святыней своего сана, довѣр³емъ и милостью небесъ, какъ наглый временщикъ, употребляющ³й во зло имя своего государя, воспользуетесь всѣмъ этимъ для совершен³я предосудительнаго дѣян³я. Вы, при помощи мнимаго соизволен³я Божьяго, возмутили противъ моего отца его подданныхъ, тогда какъ на землѣ онъ представитель самого Бога. Да, вы не только противъ своего государя, но и противъ небесъ возмутили тѣ безобразныя полчища, которыя мы видимъ передъ собою.
   Арх³епископъ. Добрѣйш³й принцъ Ланкастрск³й, я нисколько не желаю нарушать мира съ вашимъ отцомъ, но, - какъ я уже говорилъ лорду Уэстморленду, - чувство самосохранен³я, весьма понятное въ так³я смутныя времена, заставило насъ сплотиться въ несокрушимую твердыню, чтобы оградить отъ опасности самихъ себя. Я имѣлъ честь препроводить вашей свѣтлости подробный перечень нашихъ неудовольств³й, еще ранѣе отвергнутый дворомъ; это-то и вызвало гидру междоусобной войны. Но смертоносный взоръ этой гидры можетъ быть укрощенъ, какъ по волшебству, если нашимъ вполнѣ справедливымъ и законнымъ требован³ямъ сдѣлаютъ должныя уступки. Тогда наше вѣрноподданническое послушан³е, исцѣленное отъ своего негодован³я, тотчасъ-же преклонитъ колѣни передъ его величествомъ.
   Маубрэ. Если наши требован³я отвергнутъ, мы будемъ сражаться, пока живъ хоть одинъ человѣкъ.
   Гэстингсъ. Если мы падемъ, союзники заступятъ наше мѣсто. Падутъ они, ихъ замѣнятъ друг³е. Смуты не прекратятся, и вооруженный споръ до тѣхъ поръ будетъ переходить отъ отца къ сыну, пока въ Англ³и будутъ существовать родовитые люди.
   Принцъ Джонъ. У васъ, Гэстингсъ, зрѣн³е слишкомъ слабо, глаза слишкомъ близоруки для того,чтобы проникать въ глубину грядущаго.
   Уэстморлендъ. Не угодно-ли будетъ вашей свѣтлости прямо высказать свое мнѣн³е о ихъ требован³яхъ?
   Принцъ Джонъ. Одобряю ихъ и согласенъ на все. Клянусь честью моего рода, что намѣрен³я моего отца были поняты не такъ, какъ слѣдуетъ. Нѣкоторые изъ близкихъ ему людей уже черезчуръ произвольно истолковывали его мысли и черезчуръ неумѣренно пользовались его властью. Почтенные лорды, ваши неудовольств³я будутъ приняты къ свѣдѣн³ю, и, вы, клянусь душой, въ самомъ скоромъ времени получите полное удовлетворен³е. Если найдете возможнымъ, распустите свои войска, а мы распустимъ свои; пусть солдаты разбредутся по тѣмъ различнымъ графствамъ, откуда они родомъ, а затѣмъ въ виду обѣихъ арм³й выпьемъ и обнимемся по-дружески. Пусть взоры всѣхъ будутъ свидѣтелями нашего искренняго примирен³я.
   Арх³епископъ. Ваше царственное слово послужитъ мнѣ порукой, что наши требован³я будутъ исполнены.
   Принцъ Джонъ. А я даю вамъ это слово и ручаюсь, что оно будетъ исполнено. Пью за ваше здоровье.
   Гэстингсъ (Одному изъ своихъ приближенныхъ). Ступайте, капитанъ, сообщите войскамъ, что миръ заключенъ. Пусть они получатъ плату, а потомъ идутъ съ Богомъ. Я знаю, что ихъ обрадуетъ такая вѣсть. Ступайте-же, капитанъ (Капитанъ уходитъ).
   Арх³епископъ. За ваше здоровье, благородный лордъ Уэстморлендъ.
   Уэстморлендъ. Отвѣчаю вашему преподоб³ю тѣмъ-же. Если-бы вы знали, сколько труда я потратилъ на то, чтобы покончить дѣло миромъ, вы пили бы, не стѣсняясь. Но сочувств³е мое къ вамъ скоро проявится еще болѣе явно.
   Арх³епископъ. Нисколько въ васъ не сомнѣваюсь.
   Уэстморлендъ. Очень этому радъ. Добраго вамъ здоровья, дорогой лордъ и любезнѣйш³й кузенъ нашъ, Маубрэ.
   Маубрэ. Ваше пожелан³е какъ нельзя болѣе во время, потому что я внезапно почувствовалъ какое-то странное недомоганье.
   Арх³епископъ. Передъ бѣдой люди обыкновенно бываютъ веселы и наоборотъ - передъ счастливымъ событ³емъ ихъ томитъ тоска.
   Уэстморлендъ. Поэтому будьте веселы, кузенъ. Внезапная, безпричинная тоска всегда предвѣстница, что завтра васъ ожидаетъ большая радость.
   Арх³епископъ. Самъ-же я какъ нельзя болѣе въ веселомъ настроен³и духа.
   Маубрэ. Тѣмъ хуже для васъ, если ваше изречен³е справедливо (За сценой громк³е возгласы).
   Принцъ Джонъ. Слово "миръ" сдѣлало свое дѣло. Слышите, какъ ликуютъ войска?
   Маубрэ. Эти возгласы были бы пр³ятнѣе послѣ побѣды.
   Арх³епископъ. Миръ тоже своего рода побѣда. Тутъ обѣ стороны побѣждены и ни одна не осталась въ убыткѣ.
   Принцъ Джонъ. Ступайте, лордъ Уэстморлендъ, распустите также и наши войска (Уэстморлендъ уходитъ). А что, благородный лордъ-епископъ, не прикажете-ли вы своимъ войскамъ пройти мимо насъ, чтобы мы могли знать, съ кѣмъ намъ пришлось бы имѣть дѣло?
   Арх³епископъ. Лордъ Гэстингсъ, распорядитесь, чтобы войска, прежде чѣмъ разойтись, прошли мимо насъ (Гэстингсъ уѵодитъ).
   Принцъ Джонъ. Надѣюсь, добрѣйш³е лорды, что мы поведемъ эту ночь вмѣстѣ? (Уэстморлендъ возвращается). Что это значитъ, милордъ?- наши войска не трогаются съ мѣста?
   Уэстморлендъ. Начальники отрядовъ получили отъ васъ приказан³е стоять, не трогаясь съ мѣста, пока вы сами лично не отмѣните этого распоряжен³я.
   Принцъ Джонъ. Они знаютъ свою обязанность.
  

Гэстингсъ возвращается.

  
   Гэстингсъ. Принцъ, наше войско уже разбрелось. Всѣ они, словно молодые, выпряженные изъ ярма волы, устремились кто на востокъ, кто на западъ, кто на сѣверъ или югъ, или словно распущенныя школьники, кто на игры, кто домой.
   Принцъ Джонъ. Спасибо за пр³ятную вѣсть, лордъ Гэстингсъ. Благодаря ей, я получилъ возможность приказать взять тебя подъ стражу, какъ государственнаго измѣнника. И васъ, лордъ-епископъ и лордъ Маубрэ, я тоже арестую за государственную измѣну.
   Маубрэ. Какъ честенъ, какъ достоинъ принца такой поступокъ!
   Уэстморлендъ. А вашъ заговоръ честнѣе?
   Арх³епископъ. Вы нарушаете данное слово.
   Принцъ Джонъ. Никакого слова относительно васъ самихъ я вамъ не давалъ. Я обѣщалъ положить конецъ тѣмъ несправедливостямъ, на которыя вы жаловались, и исполню это обѣщан³е, какъ подобаетъ христ³анину. Что-же касается васъ, крамольники, васъ ожидаетъ должная кара за ваши гнусные поступки. Весь вашъ мятежъ начатъ былъ нелѣпо: вы привели свои войска необдуманно, а распустили ихъ безразсудно... Бейте въ барабаны, преслѣдуйте разбѣгающуюся сволочь! Не мы сами, а небо одержало сегодня за насъ побѣду. Пусть отрядъ стражи отведетъ этихъ измѣнниковъ на плаху, на это заслуженное ложе смерти, гдѣ измѣна испуститъ послѣдн³й свой вздохъ. (Всѣ уходятъ).
  

СЦЕНА III.

  

Другая часть лѣса.

Трубы и барабаны гремятъ; кое-гдѣ происходятъ стычки. Входитъ Фольстэфъ и встрѣчается съ Кольвилемъ.

  
   Фольстэфъ. Какъ ваше имя, сэръ? Скажите, пожалуйста, какое ваше зван³е и изъ какого вы мѣста?
   Кольвиль. Я рыцарь, сэръ. Зовутъ-же меня Кольвилемъ, изъ долины.
   Фольстэфъ. Хорошо; по имени вы Кольвиль, по зван³ю рыцарь, по мѣсту пребыван³я житель долины; отнынѣ-же имя Кольвиля по прежнему остается при васъ, но по зван³ю вы измѣнникъ; а мѣстомъ вашего пребыван³я будетъ тюрьма, а такъ какъ тюрьма долина достаточно глубокая, то вы попрежнему останетесь Кольвилемъ изъ долины.
   Кольвиль. Вы, должно-быть, сэръ Джонъ Фольстэфъ?
   Фольстэфъ. Кто-бы я ни былъ, я во всякомъ случаѣ человѣкъ, стоющ³й его... Что-жъ, сдаетесь вы, сэръ, или придется мнѣ изъ-за васъ потѣть еще? Если такъ, берегитесь: близкимъ вамъ людямъ, оплакивая вашу смерть, придется пролить столько-же слезъ, сколько съ меня упадетъ капель пота. Потому, чтобы заслужить отъ меня пощаду, пробудите въ себѣ и страхъ, и дрожь.
   Кольвиль. Мнѣ кажется,что вы сэръ Джонъ Фольстэфъ; въ этомъ лишь убѣжден³и я и сдаюсь вамъ.
   Фольстэфъ. Знайте, что въ этой утробѣ цѣлая школа языковъ, которые то и дѣло провозглашаютъ мое имя. Имѣй я животъ хоть сколько-нибудь обыкновенный, я просто былъ-бы самымъ дѣятельнымъ малымъ во всей Европѣ; но брюхо мое, брюхо выдаетъ меня. А, вотъ идетъ нашъ главный военачальникъ.
  

Входятъ принцъ Джонъ, Уэстморлендъ и друг³е.

  
   Принцъ Джонъ. Пылъ миновалъ; теперь можно прекратить преслѣдован³е. Лордъ Уэстмордендъ, велите войску вернуться А, Фольстэфъ! Гдѣ вы были все это время? Вы являетесь только тогда, когда все уже кончено. Благодаря вашимъ продѣлкамъ, вамъ не миновать петли.
   Фольстэфъ. Очень будетъ жаль, если такъ. Впрочемъ, я замѣчалъ не разъ, что выговоры и упреки всегда служатъ наградой за храбрость. Развѣ вы принимаете меня за ласточку, за стрѣлу или за пушечное ядро? Развѣ мое старое проворство можетъ обладать быстротою мысли? Я загналъ до смерти болѣе ста восьмидесяти почтовыхъ лошадей и, весь еще покрытый грязью отъ долгаго пути, во всей дѣвственной чистотѣ своего мужества, взялъ въ плѣнъ сэра Джона Кольвиля, изъ долинъ, самаго бѣшенаго рубаку и замѣчательно доблестнаго противника. Но все это для меня вздоръ! Онъ увидѣлъ меня и сдался сразу. Я теперь, по всей справедливости, вмѣстѣ съ крючконосымъ римляниномъ могу сказать: пришелъ, увидѣлъ, побѣдилъ!
   Принцъ Джонъ. Этимъ вы, конечно, болѣе обязаны его любезности, чѣмъ своей храбрости.
   Фольстэфъ. Не знаю чему, но вотъ онъ здѣсь, и здѣсь-то я держу его въ плѣну. Умоляю ваше высочество приказать записать и этотъ подвигъ въ число другихъ славныхъ дѣян³й сегодняшняго дня, иначе, клянусь Господомъ, изъ него сочинятъ балладу и издадутъ съ моимъ портретомъ на заголовкѣ. На картинкѣ будетъ изображено, какъ Кольвиль цѣлуетъ мнѣ ногу. Да, если вы вынудите меня на такую крайность, не вѣрьте честному слову дворянина, если вы всѣ не покажетесь рядомъ со мною позолоченными двухпенсовыми монетами, и если я, на свѣтломъ небѣ славы, не затмлю васъ такъ-же, какъ полный мѣсяцъ затмѣваетъ блескъ звѣздъ небесныхъ, кажущихся, сравнительно съ нимъ, просто булавочными головками. Воздайте-же мнѣ надлежащую справедливость; должна-же доблесть быть возвеличена.
   Принцъ Джонъ. Вашу доблесть возвеличить тяжело.
   Фольстэфъ. Такъ окружите ее с³ян³емъ.
   Принцъ Джонъ. Вы слишкомъ жирны, чтобы с³ять.
   Фольстэфъ. Такъ сдѣлайте для нея, что угодно, только, добрѣйш³й принцъ, непремѣнно что-нибудь, отъ чего-бы мнѣ была польза; свое-же благодѣян³е называйте потомъ, какъ хотите.
   Принцъ Джонъ. Твое имя Кольвиль?
   Кольвиль. Точно такъ, ваше высочество.
   Принцъ Джонъ. Въ такомъ случаѣ ты извѣстный бунтовщикъ, Кольвиль.
   Фольстэфъ. А въ плѣнъ его взялъ человѣкъ еще болѣе извѣстный.
   Кольвиль. Принцъ, я такой же, какъ и всѣ мои военачальники, приведш³е меня сюда. Если-бы на ихъ мѣстѣ былъ я, побѣда обошлась-бы вамъ дороже, чѣмъ теперь.
   Фольстэфъ. Не знаю, за сколько продали себя друг³е, но ты достался мнѣ даромъ, за что великое тебѣ спасибо!
  

Уэстморлендъ возвращается.

  
   Принцъ Джонъ. Что-же, остановили вы преслѣдован³е?
   Уэстморлендъ. И ему, и кровопролит³ю положенъ конецъ.
   Принцъ Джонъ. Велите отправить Кольвиля и его соумышленниковъ въ ²оркъ и тамъ казнить немедленно. Блонтъ, отведите ихъ туда и смотрите, чтобы они не убѣжали (Стража уводитъ Кольвиля и другихъ). Теперь, милорды, ѣдемъ скорѣе ко двору и сообщимъ обо всемъ происшедшемъ моему отцу; онъ, по дошедшимъ до меня свѣдѣн³ямъ, сильно нездоровъ. Нѣтъ, радостное наше извѣст³е должно прибыть раньше насъ; вы, кузенъ, отвезете его королю, чтобы обрадовать больного, а мы,- насколько позволятъ силы, будемъ слѣдовать за вами на недалекомъ разстоян³и.
   Фольстэфъ. Умоляю вашу свѣтлость, позвольте мнѣ вернуться черезъ Глостэрширъ, а когда вы, добрѣйш³й принцъ, вернетесь ко двору, не откажите замолвить доброе словечко и обо мнѣ.
   Принцъ Джонъ. Прощайте, Фольстэфъ. Уже по одному своему положен³ю я обязанъ отнестись о васъ лучше, чѣмъ вы того стоите (Всѣ уходятъ, кромѣ Фольстэфа).
   Фольстэфъ. Хорошо, если-бы у тебя хватило на это ума, и было-бы это лучше твоего герцогства. Могу душою поручиться, что этотъ хладнокровный молокососъ меня не любитъ и ни одинъ человѣкъ въ м³рѣ не въ силахъ разсмѣшить его... Что, впрочемъ, нисколько не удивительно, такъ какъ онъ вина не пьетъ. Въ этихъ благонравныхъ юношахъ никогда много прока не бываетъ, и блистательно они никогда не кончаютъ. Постное питье ихъ заодно съ значительнымъ употреблен³емъ въ пищу рыбы до того охлаждаетъ въ нихъ кровь, что заставляетъ ихъ страдать какимъ-то мужскимъ безкров³емъ, и когда они женятся, то превращаются въ женоподобныя существа. Всѣ они глуповаты, всѣ трусы; впрочемъ, мног³е и изъ насъ были-бы такими-же, если-бы не подкрѣплялись горячительными напитками. Хорош³й хересъ вдвойнѣ полезенъ. Во-первыхъ, онъ, бросаясь вамъ въ голову, высушиваетъ въ мозгу всѣ окружающ³е его глупые, пошлые и мрачные пары, дѣлаютъ его сметливымъ, живымъ, изобрѣтательнымъ, нарождаетъ въ немъ игривые, веселые, пылк³е образы, которые, переходя въ голосъ, т. е., на языкъ, принимаютъ видъ милыхъ, остроумныхъ шутокъ и выходокъ. Второе полезное дѣйств³е хорошаго хереса въ томъ, что онъ разгорячаетъ кровь. Безъ него печень бываетъ блѣдная,почти бѣлая, а это служитъ признакомъ слабодуш³я и трусости, хересъ-же разогрѣваетъ и заставляетъ кровь бросаться изнутри наружу, въ крайн³я оконечности. Онъ разцвѣчиваетъ лицо, которое, словно маякъ, всѣмъ силамъ маленькаго королевства, называемаго человѣкомъ, подаетъ знакъ вооружаться и ополчаться, и тогда всѣ мелк³я жизненныя полчища, всѣ второстепенные внутренн³е духи скопляются вокругъ главнаго своего предводителя - сердца, а оно, довольное и гордое такою свитой, отваживается на всевозможные подвиги. Да, вся храбрость человѣческая происходитъ отъ хереса, такъ что вся военная наука безъ хереса - нуль, потому что одинъ онъ приводитъ все въ дѣйств³е, а вся ученость - золотая шахта, охраняемая дьяволомъ, пока хересъ не примется разрабатывать ее и не придастъ ей цѣну. Вотъ оттого принцъ Герри и храбръ, что онъ холодную кровь, перешедшую къ нему по наслѣдству отъ отца, словно тощую, безплодную и обнаженную почву, смачиваетъ и воздѣлываетъ такимъ плодотворнымъ средствомъ, какъ хересъ. Да, потому-то онъ и горячъ, и храбръ. Имѣй я даже тысячу сыновей, первое житейское правило мудрости, которое я постарался-бы внушить имъ, было-бы:- бойся водянистаго пойла и утоляй жажду только горячительными напитками (Входитъ Бардольфъ). Что новаго, Бардольфъ?
   Бардольфъ. Все войско распущено и уже разбрелось домой.
   Фольстэфъ. Пусть себѣ разбрелось! Я же отправлюсь черезъ Глостэрширъ и заѣду въ гости къ нѣкоему эскуайру, господину Роберту Свищу. Я уже порастеръ его немного между большимъ и указательнымъ пальцами, и скоро буду изъ него печати лѣпить. Идемъ отсюда. (Уходятъ).
  

СЦЕНА IV.

Уэстминстэръ. Комната во дворцѣ.

Входятъ Король Генрихъ, принцы Клерэнсъ и Гомфри, Уорикъ и друг³е.

   Король. Теперь, милорды, лишь бы небо позволило окончательно подавить междоусобицу, обагряющую кровью наши пороги, мы поведемъ наше юношество на болѣе славныя поля битвъ и будемъ обнажать только освященные богомъ мечи. Суда готовы, войска набраны; намѣстникъ на время нашего отсутств³я назначенъ. Только собственное наше недомоган³е заставляетъ насъ откладывать этотъ походъ до полнаго возстановлен³я нашего здоровья и до полнаго подчинен³я крамольниковъ нашей власти.
   Уорикъ. Мы убѣждены, что и то, и другое скоро обрадуетъ ваше величество.
   Король. Любезный нашъ сынъ Гомфри Глостэръ, гдѣ твой старш³й братъ?
   Гомфри. Мнѣ кажется, государь, онъ отправился въ Уиндзоръ на охоту.
   Король. Съ кѣмъ?
   Гомфри. Не знаю, государь.
   Король. Твой братъ Клерэнсъ не съ нимъ?
   Гомфри. Нѣтъ, Клерэнсъ передъ лицомъ вашего величества.
   Клерэнсъ. Что желаетъ мой отецъ и повелитель?
   Король. Ничего, кромѣ добра тебѣ, Томасъ Клерэнсъ. Какъ же случилось, что ты не съ твоимъ братомъ, принцемъ Уэльсскимъ? Онъ тебя любитъ, а ты отъ него удаляешься. Къ тебѣ онъ расположенъ болѣе, чѣмъ къ другимъ братьямъ; сынъ мой, не пренебрегай его расположен³емъ. Послѣ моей смерти, ты въ состоян³и будешь принесть большую пользу братьямъ своимъ посредничествомъ между ними и его величествомъ. Поэтому не сторонись отъ него, не притупляй его любви, не лишай себя, кажущеюся холодностью, небрежнымъ отношен³емъ къ его желан³ямъ, значительныхъ выгодъ, сопряженныхъ съ его расположен³емъ. Онъ очень милостивъ, когда къ нему внимательны; чужое горе способно вызвать у него слезы, а рука его щедра, какъ день, въ дѣлахъ милосерд³я; однако, не смотря на это, стоитъ его прогнѣвить, и онъ становится жесткимъ, какъ кремень, суровымъ, какъ зима, и бываетъ такъ же рѣзокъ, какъ порывы предразсвѣтнаго вѣтра. Необходимо во всемъ сообразоваться съ его нравомъ. Можешь иногда и пожурить его за ошибки, но только почтительно и только тогда, когда замѣтишь, что онъ расположенъ шутить. Когда же онъ угрюмъ, не трогай его; пусть страсти, словно китъ на мели, уходятся отъ собственныхъ усил³й. Научись этому, Томасъ, и ты будешь твердой защитой для своихъ друзей, золотымъ обручемъ, связующимъ твоихъ братьевъ, такъ что общ³й сосудъ ихъ крови, ни течи не дастъ и не дозволитъ проникнуть въ него яду наговоровъ, которые со временемъ явятся непремѣнно, будь этотъ ядъ также безпощаденъ, какъ аконитъ, и дѣйствуй онъ такъ же быстро, какъ порохъ.
   Клерэнсъ. Я буду относиться къ нему заботливо и съ любовью.
   Король. Почему ты не отправился съ нимъ въ Уиндзоръ Томасъ?
   Клерэнсъ. Онъ не въ Уиндзорѣ; онъ обѣдаетъ въ Лондонѣ.
   Король. Знаешь, съ кѣмъ?
   Клерэнсъ. Въ обществѣ Пойнца и другихъ постоянныхъ своихъ спутниковъ.
   Король. Чѣмъ почва плодороднѣе, тѣмъ болѣе родитъ он

Другие авторы
  • Щелков Иван Петрович
  • Гликман Давид Иосифович
  • Глинка В. С.
  • Котляревский Иван Петрович
  • Дудышкин Степан Семенович
  • Гайдар Аркадий Петрович
  • Бенедиктов Владимир Григорьевич
  • Готфрид Страсбургский
  • Бернс Роберт
  • Кущевский Иван Афанасьевич
  • Другие произведения
  • Шекспир Вильям - В. А. Лебедев. Знакомство с Шекспиром в России до 1812 года
  • Жукова Мария Семеновна - Жукова М. С.: Биобиблиографическая справка
  • Полежаев Александр Иванович - Человек. Послание к Байрону
  • Мережковский Дмитрий Сергеевич - Еврейский вопрос как русский
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Королёк
  • Измайлов Александр Алексеевич - Пародии
  • Гончаров Иван Александрович - Мильон терзаний
  • Ганзен Петр Готфридович - П. Г. Ганзен: биографическая справка
  • Тихомиров Лев Александрович - О смысле войны
  • Петриченко Кирилл Никифорович - К. Н. Петриченко: краткая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 219 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа