Главная » Книги

Островский Александр Николаевич - Козьма Захарьич Минин, Сухорук, Страница 4

Островский Александр Николаевич - Козьма Захарьич Минин, Сухорук


1 2 3 4 5 6 7 8

sp;  Я думала, что ты уж и забыл!

Поспелов

   А ты б и рада?

Марфа Борисовна

   Да не то что рада,
   А все не время, некогда подумать.

Поспелов

   Об чем тут думать, голову ломать!

Марфа Борисовна

   Кто ж за меня подумает?

Поспелов

   Все я же,
   И за себя и за тебя.

Марфа Борисовна

   Какой ты
   Догадливый! Спасибо, что избавил
   Меня от тяжкой думы, от заботы!
   Позволь спросить, по-твоему-то как же
   Выходит?

Поспелов

   Помолясь, да по рукам.
   Сиротским делом сходим на могилку
   Родителям почившим поклониться,
   А там, как водится, честным пирком
   Да и за свадебку.

Марфа Борисовна

   Не долго думал,
   А хорошо сказал.

Поспелов

   А нечто худо?

Марфа Борисовна

   Ты лучше знаешь.

Поспелов

   Значит, так и быть,
   По-моему?

Марфа Борисовна

   Да ну, уж ладно, ладно.

Поспелов

   Утешила меня ты. Точно камень
   Лежал на сердце, отлегло теперь,
   А то, бывало, сердце, ровно голубь,
   Так и колотится без перемолку.

Марфа Борисовна

   Ты помолчи пока, мой друг сердечный!

Поспелов

   Зачем молчать? Кого же мы боимся!

Марфа Борисовна

   Что прежде времени молву пускать!
   Не к спеху дело, погодим немного.

Поспелов

   Чего еще? Ты развяжи меня!

Марфа Борисовна

   Ну, что на улице за разговоры!
   Не мало дней у Бога; потолкуем
   И после, без помехи, на досуге.
   Ступай себе! Вон, видишь, из собора
   Татьяна Юрьевна выходит. Плачет
   Об муже, бедная. Прощай, голубчик!
   Пойду я к ней, разговорю немного.

Поспелов уходит. Выходят Татьяна Юрьевна и две женщины.

   ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Марфа Борисовна, Татьяна Юрьевна и две женщины.

1-я женщина

   Поверь, что с глазу, больше ни с чего.

2-я женщина

   А то испортил кто-нибудь. По ветру
   Болезнь пущают злые люди часто.

(Обе проходят.)

Марфа Борисовна

   Татьяна Юрьевна, оставь кручину!
   Напрасным страхом сердце не томи!
   Пройдет невзгодье, мирно Бог устроит
   И миром оградит святую Русь,
   Тогда Кузьма Захарьич перестанет
   Печалиться, здоров и весел будет.
   Не плачь, греха на душу не бери!

Татьяна Юрьевна

   Как мне не плакать! Ты бы поглядела,
   Что сталось с ним. Как ярый воск, он тает.
   От сна, от пищи, от всего отстал
   И буйную головушку повесил.
   И все молчит. Вот иногда и спросишь:
   "О чем ты, мил-сердечный друг, тоскуешь?"
   Не скажет; нет, не скажет, промолчит,
   Махнет рукой, а иногда заплачет,
   Так и уйдет. Посмотришь вслед ему,
   Да и зальешься горючьми слезами.

Марфа Борисовна

   Молись, Татьяна Юрьевна, молись!
   Да меньше плачь! Господь ему поможет.

Татьяна Юрьевна

   Да что же он молчит-то! Я жена,
   А не чужая.

Марфа Борисовна

   Что же будет проку
   Тебе сказать-то! Посуди сама:
   Короток женский ум, от нас совету
   Не ждать им; ну, а праздно толковать
   О деле важном - тоже не годится!

Татьяна Юрьевна

   Головушка кручинная моя!

(Качает головой и задумывается.)

   Ты видела, стоял он у вечерни.
   На что похож! Ведь краше в гроб кладут.
   Глаза горят, лицо как саван белый,
   Засохшие не шевелятся губы;
   Как вкопанный он не сводил с иконы
   Очей; крестом сложенные персты
   До ясного чела не подымались;
   И только слезы, как ручьи весною,
   Бежали по щекам, по бороде
   И капали. Убогонький Гришутка
   Стал рядом с ним, как лист дрожит и плачет,
   То на него, то на икону взглянет.
   К добру ли это? Говорят, за кем
   Убогий ходит, тот на белом свете
   Уж не жилец. А Гриша, как нарочно,
   Не отстает ни шагу от него.

Марфа Борисовна

   И, полно ты! Кого убогий любит,
   Тот человек угоден, значит, Богу.

Татьяна Юрьевна

   Кто Господу угоден, тех Господь
   К себе берет.

Марфа Борисовна

   Отчаянье - грех смертный!

Татьяна Юрьевна

   О! загляни ты в грудь, что там творится?
   Тогда и осуждай!

Молчание.

   Сегодня ночью
   На малый час он не уснул и только
   В соборный ранний благовест забылся;
   Как звоны отошли, он вдруг проснулся,
   Вскочил с постели, разбудил весь дом.
   Велел зажечь все свечи, все лампады
   И до свету молился со слезами.
   И мы молились. "Чудо! чудо Божье!" -
   Он все твердил, а не сказал какое.

Марфа Борисовна

   На вас нисходит благодать Господня,
   Ваш дом он избрал для чудес своих.
   Ты радуйся, не плачь! Молебны пойте!
   Из всех церквей иконы поднимите!
   И крестным ходом город весь пойдет
   С хвалебным пением и со свечами
   На место свято.

Татьяна Юрьевна

   Проводи меня!

Марфа Борисовна

   А где же муж?

Татьяна Юрьевна

   В соборе с протопопом
   Остановился, говорят о чем-то.

Марфа Борисовна

   Пойдем, Татьяна Юрьевна, пойдем!

Уходят. Выходят Аксенов, Темкин, Губанин, Лыткин и разные торговые и посадские люди.

   ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Аксенов, Темкин, Губанин, Лыткин и народ.

Аксенов

   Ну, так как же, ребятушки, а? Ну вот теперь нас много сошлось, давайте поговорим толком!

Лыткин

   И то надо толком. А то что это! Господи Боже мой! Тот говорит: "Давай денег!" Другой говорит: "Давай денег!" А для чего - никто толком не скажет.

Темкин

   Тебе только все разговаривать, лясы точить, а дела-то делать, видно, ты не любишь! Мало еще, что ли, разговору-то было! Сорок дней со днем сходимся да толкуем.

Губанин

   Уж и не говори! Срам! То есть, кажется, не глядел бы людям в глаза от стыда, особливо Кузьме Захарьичу. Он о земском деле печалится, а мы... Ах, стыдобушка!

Аксенов

   Значит, ребята, как в последний раз говорили, так и быть: третью деньгу.

Голоса

   Третью деньгу. - Что ж, мы не прочь! - Так тому и быть! - Что сказано, то свято!

Губанин

   Все, дедушка, согласны, все. (К народу.) Не стыдите, братцы! (Аксенову.) Дедушка! Спорщиков нет.

Аксенов

   Постой ты, погоди! От трех денег - деньгу, от рубля - десять алтын, от трех рублей - рубль.

Голоса

   Ладно! Ладно! (Разговор в толпе.) С десяти рублев выходит - три рубля да десять алтын. - А от сорока? Долго ль счесть! - С пятидесяти рублев - пятнадцать рублев. - Не пятнадцать, а шестнадцать рублев двадцать два алтына. - Ишь ты, счетчик! Да уж ладно, ладно!

Лыткин

   Стойте! Как же это? Значит, все одно, что семейный, что одинокий?

Губанин

   Как тебе не грех рот-то разевать! Ужли один против всех пойдешь?

Аксенов

   Тебе что за дело до одиноких! Одинокий-то, может, все отдаст, да и сам своей головой пойдет!

Темкин

   Ах ты, жила! Прости, Господи!

Лыткин

   Да что жила! Кому ж своего не жаль!

Губанин

   На земское-то дело? Экой срам! Ну уж...

Аксенов

   Стало быть, и делу конец. Отслужить молебен, да и собирать.

Губанин

   У нас в рукавичном ряду уж и деньги готовы.

Голоса

   В железном ряду хотят собирать. - Толкуют и в хлебном.-И в горшечном. - И в мясном. - И рыбаки.

Лыткин

   А как же теперь товар?

Темкин

   Прикинем.

Голоса

   Известно, прикинем, что чего стоит. - Долго ль прикинуть. - В цену поставим.

Лыткин

   А кто приценивать будет?

Темкин

   Все мы же.

Голоса

   Промеж себя выберем. - Всякий в своем ряду. - Свой суд короче.

Лыткин

   Да как же я поверю чужому человеку свое добро ценить?

Аксенов

   Мы не без креста ходим.

Темкин

   Самому тебе не счесть, как мы сочтем.

Голос из толпы

   Мы торговые люди, друг у дружки каждую деньгу насквозь видим.

Лыткин

   Что ж такое! Лучше ложись да умирай!

Темкин

   Ну и умирай! Ну, умирай!

Аксенов

   Ты для себя для одного, что ли, жить хочешь? Так ступай в лес, да и живи себе. С людьми живешь, так и слушай, что мир говорит. Больше миру не будешь! Мир никто не судит, один Бог. Велит мир, так и всё отнимут.

Темкин

   Да и отнимем, силой отнимем.

Лыткин

   Да ведь это разор!

Темкин

   Ну, да что на него смотреть, Петр Аксеныч! Как сказано, так и будет. На том все и станем.

Голоса

   Все! - Все!

Темкин

   Есть тут кто-нибудь из немцев?

Немец

   Я.

Темкин

   Ты согласен?

Немец

   Да!

Темкин

   Вот видишь ты, Василий! Ну скажи ты мне теперь, есть в тебе душа али нет?

Губанин

   Брось ты его!

Темкин

   Зреть не могу таких людей; вся душа во мне поворачивается.

Голоса

   Кузьма Захарьич идет! - Кузьма Захарьич!

Входит Минин. Все кланяются.

   ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Те же и Минин.

Аксенов

   Что ты невесел, голову повесил?
   Аль что неладно? Али прихворнул?
   Какие вести есть?

Минин

   Вестей довольно.

Аксенов

   Что пишут?

Минин

   Все одно и то же, точно
   Как сговорились. Все хотят быть с нами
   В любви, в совете и в соединенье,
   На разорителей хрестьянскои веры
   Единомышленно идти готовы.
   Теперь лететь бы к матушке Москве!
   Подняться нечем, спутала нужда,
   Узлом орлиные связала крылья.
   Видна добыча, а тяжелых крыльев
   Не отдерешь, и бейся оземь грудью
   И алую точи по капле кровь!

Аксенов

   Мы положили третью деньгу брать
   От денег, от товару тоже.

Минин

   Мало.

Аксенов

   И те с трудом, а больше не сберешь.

Минин

   Я знаю.

Аксенов

   Тяжело одним. Помогут
   Другие города.

Минин

   Плохая помощь!
   Все обнищали. Рады бы помочь,
   Да нечем.

Аксенов

   Так и быть. На нет - суда нет.
   Что есть, с тем и пойдем. Наймем подмогу,
   Стрельцов бродячих да казаков конных.

Минин

   Ждать нечего, пойдемте умирать
   За Русь святую! Сходим к воеводе,
   Челом ударим, чтобы вел к Москве;
   А не пойдет, так выберем другого.
   Мне ждать нельзя. Мне Бог велел идти.
   Смотрите на меня! Теперь не свой я,
   А Божий. Не пойдет никто, один
   Пойду. На перепутьях буду кликать
   Товарищей. В себе не волен я.
   Послушайте!

Все обступают его.

   Сегодня поздней ночью,
   Уж к утру близко, сном я позабылся,
   Да и не помню хорошенько, спал я
   Или не спал. Вдруг вижу: образница
   Вся облилася светом; в изголовье
   Перед иконами явился муж
   В одежде схимника, весь в херувимах,
   Благословляющую поднял руку
   И рек: "Кузьма! иди спасать Москву!
   Буди уснувших!" Я вскочил от ложа,
   Виденья дивного как не бывало;
   Соборный благовест волной несется,
   Ночная темь колышется от звона,
   Оконницы чуть слышно дребезжат,
   Лампадки, догорая, чуть трепещут
   Неясным блеском, и святые лики
   То озарялися, то померкали,
   И только разливалось по покоям
   Благоуханье.

Аксенов

   Слава в вышних Богу!
   Но кто же старец? Рассмотрел ли ты?
   Угодников ты подлинники знаешь.

Входит Hефед.

   ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Те же и Нефед.

Hефед

   Где батюшка?

Минин

   Что надо? Что случилось?

Hефед

   Гонцы от Троицы живоначальной,
   От Сергия-угодника пришли.

Минин

   От Сергия-угодника? И старец,
   Явившийся мне, грешному, был Сергий.

Голоса

   Перст Божий! - Божья воля! - Чудеса!
   Еще от нас Господь не отступился.

Hефед

   У них письмо отца архимандрита
   И келаря.

Минин

   На воеводский двор
   Ступай, Аксеныч, прямо к воеводе!
   Оповести его! А вы сбирайте
   Дворян, детей боярских, и голов,
   И сотников стрелецких и казацких,
   И земских старост, и гостей, и всяких
   Людей служилых к воеводе в дом.
   Не соберутся, так в набат ударим.
   А ты, Нефед, домой! Веди гонцов!
   Как есть с дороги, так пускай и идут.
   Теперь в последний раз, друзья, пойду я
   Боярам, воеводам поклониться.
   Молитесь Богу, чтоб смягчил он сердце
   Властителей, смирил гордыню их,
   Чтобы помог мне двинуть кротким словом
   На дело Божье сильных на земле.

Голоса

   Господь поможет. - Он тебе поможет. -
   Молиться будем! Господа умолим.

Все уходят.

   СЦЕНА ВТОРАЯ
  
   ЛИЦА:
  
   Воевода, Андрей Семенович Алябьев.
   Биркин.
   Семенов.
   Минин.
   Аксенов.
   Поспелов.
   Колзаков.
   Роман Пахомов.
  
   Дворяне, дети боярские, головы, старосты, богатые посадские люди.

Большая богатая изба в воеводском доме.

   ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

В избу входят постепенно разные лица, всё более пожилые и зажиточные, потом Аксенов. Вновь пришедшие кланяются молча с теми, которые пришли прежде. Говорят вполголоса.

Голоса

   Зачем нас собирают? Аль беда какая? - Нет, грамоту из Сергиева монастыря привезли. - Верно, не легко, коли грамоты пишут? - Какая легость! Видимая смерть! Наша рать разошлась, а к врагу на подмогу сила подходит. - Что же в грамоте пишут? - Подожди малость, всё узнаем.

Входит Аксенов.

   Кто привез грамоту?

Аксенов

   Роман Пахомыч. Кому же больше!

Один голос

   Эка голова!

Аксенов

   Сам великий господин патриарх называет их, его да Родиона Мосеича, бесстрашными людьми. Так и пишет: "А пришлите мне тех бесстрашных людей!"

Один из толпы

   Говорят, Пахомов от всякой напасти заговорен.

Аксенов

   Толкуй тут! Известно, божьим произволением. К патриарху ходит, благословение принимает, а ты: "заговорен!". Нешто такие заговоренные-то бывают?

Другой из толпы

   Заговоренный-то который - и креста не носит, а не то что к благословению идти.

Аксенов

   Да еще к кому? К самому патриарху!

Входят Минин, Поспелов и Роман Пахомов.

   ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Те же, Минин, Поспелов и Роман Пахомов.

Голоса

   Роман Пахомыч, здравствуй! - Здравствуй! - Как тебя Бог милует? Здорово ли доехал? - Чай, устал?

Роман Пахомов

   Немножко есть. Последние две ночи не ночевал, все ехал.

Аксенов

   Где ехал?

Роман Пахомов

   От Троицы на Суздаль, оттуда на Балахну.

Аксенов

   Чиста дорога?

Роман Пахомов

   Ничего, Бог миловал.

Голоса

   Что в Москве? -Что в Москве, Роман Пахомыч?

Роман Пахомов

   Плохо.

Голоса

   А что? - Что такое?

Роман Пахомов

   Пожжено, разорено, хлеба мало.

Голос

   Ужли и хлеба мало?

Роман Пахомов

   Мало. Я стоял у одного посадского, у Яузских ворот, - бедствует.

Голоса

   Ах, сердечные! - Эка беда! - Эка причина!

Аксенов

   Скажи ты мне на милость, пуще мне всего: к патриарху ходу нет?

Роман Пахомов

   Теперь нет, крепко держат.

Аксенов

   И все вор Андронов?

Роман Пахомов

   Все хороши.

Голоса

   А что Трубецкой? - Что Заруцкий с войском?

Роман Пахомов

   Какое это войско! Вор на воре! Содом!

Входят Воевода, Биркин, Семенов, Колзаков и несколько народа.

   ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Тe же, Алябьев, Биркин, Семенов, Колзаков и другие.

Воевода садится за стол; некоторые садятся; некоторые стоят. Роман Пахомов подает грамоту Воеводе.

Воевода

   Здорово ли доехал?

Роман Пахомов

   Ничего.

Воевода

   Ну, молодец же ты, Роман Пахомов!
   Хвала и честь тебе! Чай, отдохнуть
   С дороги-то захочешь?

Роман Пахомов

   Да когда уж!
   Велели к вам заехать, да в Казань.
   Уж отдохну, вернувшись из Казани.

(Отходит).

Воевода

   Все собралися?
  

Голоса

   Все.

Воевода

(отдает грамоту Семенову)

   Читай, Василий!

Семенов

   Сначала тут, как водится, все власти
   Казанские и весь народ помянут:
   Татары, черемиса, вотяки
   И прочие.

(Читает.)

   "Не раз мы вам писали
   О нашей гибели и разоренье;
   И снова молим вас: не позабудьте,
   Что вы родились в православной вере,
   Святым крещением знаменовались.
   Сего-то ради положите подвиг
   Страданья вашего за ваших братий!
   Молите всем народом христианским
   Людей служилых быть в соединенье
   И заодно стоять против врагов
   И всех предателей хрестьянской веры.
   Вы сами видите, что всем близка
   От тех врагов конечная погибель.
   В которых городех они владели,
   Какое разоренье учинили!
   Где Божьи образы и где святыня?
   Не все ли разорили до конца
   И обругали наглым поруганьем!
   Где множество бесчисленное в градех?
   Не все ли люто горькими смертями
   Скончалися! Где в селах наши чада,
   Работные? Не все ли пострадали
   И в плен разведены! Не пощадили
   И престаревших возрастом. Седин
   Не усрамились старцев многолетних
   И душ незлобивых младенцев. Все
   Испили чашу праведного гнева.
   Попомните и смилуйтесь над нами,
   Над общей гибелью, чтоб вас самих
   Та лютая погибель не постигла!
   Не мешкая, идите в сход к Москве!
   Вы сами знаете, всему есть время,
   Без времени бездельно начинанье
   И суетно. А если есть меж вас
   Какое недовольство - отложите!
   Соединитесь все, забыв обиды,
   И положите подвиг пострадать
   Для избавленья православной веры!
   Незакосненно сотворите дело,
   Казною и людями помогите!
   Чтоб скудостью и гладным утесненьем
   Боярам, воеводам и всем людям
   Порухи никакой не учинилось.
   О том вас молим много со слезами
   И от всего народа бьем челом!"

Воевода

   Вели списать ты список слово в слово,
   А грамоту отдай свезти в Казань.

Минин

   А что ответим?

Семенов

   Знают воеводы
   Про то, а наше дело будет - слушать.

Минин

   Послушаем.

Воевода

   Мы рады бы идти,
   Да нас походы разорили вовсе.
   Давно ль ходил князь Александр Андреич,
   И я ходил; без дела не сидели!
   Казны да войска просят. Где ж нам взять?

Аксенов

   Поищем, так найдем.

Семенов

   А где найдешь ты?

Аксенов

   Промеж себя найдем; сберем, что можем.

Семенов

   Да много ль денег?

Минин

   Сколько ни на есть!
   Уж это наше дело.

Воевода

   Доброй воли
   Я не снимаю с вас. Сбирайте с Богом!

Семенов

   Ну, может быть, кой-что и соберете;
   Что ж делать будете?

Аксенов

   Тебя не спросим.

Минин

   Наймем людей служилых да стрельцов,
   Да и пошлем к Москве.

Семенов

   Без воеводы?

Минин

   Как преж того водил Андрей Семеныч,
   Так и теперь ему челом ударим.

Воевода

   Я не пойду, устал.

Минин

   Андрей Семеныч!
   Ты вздумай, если нашим нераденьем
   Московскому крещеному народу
   Конечная погибель учинится,
   Иссякнет корень христианской веры,
   И благолепие церквей господних
   В Московском государстве упразднится -
   Какой ответ дадим мы в оный день,
   В день страшного суда?

Воевода

   А кто порукой.
   Что наше войско враг не одолеет,
   Что врозь оно не разбежится, прежде
   Чем мы Москву перед собой увидим?
   Не хуже нас ходили воеводы!
   Со всех концов бесчисленное войско
   Шло под Москву громовой черной тучей.
   Рязанцы шли с Прокопом Ляпуновым,
   Из Мурома с окольничим Масальским,
   Из Суздаля с Андреем Просовецким,
   Из городов поморских шел Нащокин,
   С Романова, с татарами-мурзами
   И с русскими, шли Пронский да Козловский,
   С Коломны и с Зарайска князь Пожарский,
   Петр Мансуров вел галицких людей,
   Из Костромы пошли с Волконским-князем,
   Из Нижнего князь Александр Андреич.
   Да не дал Бог; все розно разошлись.
   Так как же хочешь ты, чтоб с горстью войска
   Я шел к Москве? Мне с Господом не спорить!

Минин

   Мы все на Бога. Сами виноваты,
   А говорим: "Бог не дал". Да за что
   Ему и дать-то нам! Такое дело
   Великое как делалось, сам знаешь.
   Когда-то соберутся да пойдут,
   Как точно через пень колоду валят.
   А соберутся, - споры да раздоры:
   Да не о том, кто первый помереть
   За Русь святую хочет, - разбирают,
   Кто старший, набольший, кто чином больше,
   Кто стольник, видишь ты, а кто боярин.
   Другой боярин-то, гляди, в Калуге
   Боярство-то от вора получил.
   Поспорят, покричат, дойдет до драки;
   До смертного убивства доходило!
   Потом и разойдутся нас же грабить,
   Врагу на радость, царству на погибель.
   Да ты не осердись, Андрей Семеныч!

Воевода

   За что сердиться! Правду говоришь.

Минин

   А там и говорят, что не дал Бог.
   Что за корысть великим воеводам
   За нас, за маленьких людей, сражаться,
   За дело земское стоять до смерти!
   Им хочется пожить да погулять!
   Им хорошо везде. С царем повздорил,
   Так в Тушино, - там чин дадут боярский;
   Повздорил там, опять к царю с повинной:
   Царь милостив, простит; а то так в Польшу.
   Да и целуют крест кому попало,
   Не разбирая; на году раз пять
   Господне имя всуе призывают.
   И все они, прости меня Господь,
   Для временные сладости забыли
   О муке вечной. Им ли нас спасать!
   Такими ли руками Русь очистить
   И в ней Господне царство обновить!

Голоса

   Что правда - правда. - Что греха таить!

Воевода

   Кому ж стоять теперь за Русь святу

Другие авторы
  • Зарин Андрей Ефимович
  • Величко Василий Львович
  • Волховской Феликс Вадимович
  • Дерунов Савва Яковлевич
  • Бычков Афанасий Федорович
  • Дурова Надежда Андреевна
  • Голиков Владимир Георгиевич
  • Катаев Иван Иванович
  • Вяземский Петр Андреевич
  • Вонлярлярский Василий Александрович
  • Другие произведения
  • Бестужев-Марлинский Александр Александрович - Фрегат "Надежда"
  • Бажин Николай Федотович - Бажин Н. Ф.: Биографическая справка
  • Белый Андрей - (Дополнения к "Петербургу")
  • Семевский Михаил Иванович - Материалы к русской истории 18 века
  • Свенцицкий Валентин Павлович - Гласное обращение к членам комиссии по вопросу о церковном Соборе
  • Щепкина-Куперник Татьяна Львовна - Щепкина-Куперник Т. Л.: биобиблиографическая справка
  • Загоскин Михаил Николаевич - Загоскин М. Н.: биобиблиографическая справка
  • Венгеров Семен Афанасьевич - Статья, предваряющая Полное собрание сочинений Шекспира
  • Шекспир Вильям - Король Джон
  • Воровский Вацлав Вацлавович - Съезд писателей
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 176 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа