Главная » Книги

Шекспир Вильям - Сон в летнюю ночь, Страница 9

Шекспир Вильям - Сон в летнюю ночь


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

div>
  И эльфу приказала отнести
  
  
  Его в мою волшебную беседку.
  
  
  Теперь он мой, и с глаз моей царицы
  
  
  Я слепоту презренную сниму.
  
  
  Ты, милый Пак, афинского невежду
  
  
  От головы искусственной избавь.
  
  
  Проснувшись, пусть воротится с другими
  
  
  В Афины он, и там пускай они
  
  
  Припоминают все об этой ночи
  
  
  Не иначе, как о виденьях сна.
  
  
  Но прежде надо снять с царицы чары.
  
  
  (Выжимает цветок на глаза Титании.)
  
  
  Будь, чем ты всегда была,
  
  
  Видь, как видела ты прежде!
  
  
  Сок Дианина ростка
  
  
  Уничтожит в миг всю силу
  
  
  Купидонова цветка.
  
  
  Теперь, моя Титания, проснись!
  
  
  Проснись, моя любезная царица!
  
  
  
  
  Титания
  
  
  
   (просыпаясь)
  
  
   Мой Оберон, какие сновиденья
  
  
   Имела я! Сейчас казалось мне,
  
  
   Что будто бы я влюблена в осла.
  
  
  
  
  Оберон
  
  
  Вот здесь лежит твой милый.
  
  
  
  
  Титания
  
  
  
  
  
  
  Как все это
  
  
  Могло случиться? О, как нестерпимо
  
  
  Смотреть глазам на эту образину!
  
  
  
  
  Обepон
  
  
  Молчанье на минуту! Ну, Робин,
  
  
  Избавь его от этой головы.
  
  
  Титания, пусть музыка играет,
  
  
  Пускай сильней, чем сон обыкновенный,
  
  
  Всех пятерых она здесь усыпит.
  
  
  
  
  Титания
  
  
  Эй, музыка! Эй, музыка, сюда!
  
  
  Скорей играй и очаруй здесь спящих!
  
  
  
  
   Пак
  
  
   (снимая ослиную голову с Основы)
  
  
  По-прежнему, проснувшись, ты гляди
  
  
  Своими глупыми глазами!
  
  
  
  
  Обepон
  
  
  Ну, музыка, играй!
  
  
  Раздается тихая и мелодичная музыка.
  
  
  
  
   Моя царица,
  
  
  Возьмемся за руки с тобой и землю
  
  
  Под спящими заставим трепетать.
  
  
  Теперь опять мы в дружбе. Завтра в полночь
  
  
  Торжественно мы будем танцевать
  
  
  У герцога Тезея в пышном замке -
  
  
  И мы его наполним мирным счастьем.
  
  
  Любовников две верные четы
  
  
  Там женятся с Тезеем в то же время -
  
  
  И будут все счастливы и довольны.
  
  
  
  
   Пак
  
  
  Властитель, скоро рассветет:
  
  
  Уж, рея, жавронок поет!
  
  
  
  
  Обеpон
  
  
  Мы вслед за ночью полетим,
  
  
  Среди священной тишины,
  
  
  Быстрей блуждающей луны.
  
  
  
  
  Титания
  
  
  Лететь с тобой готова я;
  
  
  Ты ж мне расскажешь, как случилось,
  
  
  Что ночью здесь уснула я
  
  
  И вдруг средь смертных очутилась.
  
  
  
  
  Исчезают.
  
  
  За сценой слышны крики охотников.
  
  
   Входят Тезей, Ипполита, Эгей и
  
  
  
  
  свита.
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  Один из вас пусть сходит отыскать
  
  
  Лесничего. Теперь обряды наши
  
  
  Окончены. Но так как мы еще
  
  
  В начале дня, то милая моя
  
  
  Моих собак музыку будет слышать.
  
  
  Спустите их всех к западной равнине.
  
  
  Скорее! Я сказал, чтобы нашли
  
  
  Лесничего. А мы с тобой, царица
  
  
  Прекрасная, пойдем на эту гору
  
  
  И будем там свободнее внимать
  
  
  Чудесному смешенью голосов
  
  
  Моих собак и эха.
  
  
  
  
  Ипполита
  
  
  
  
   Помню я,
  
  
  При мне однажды Геркулес и Кадм
  
  
  Спартанскими собаками травили
  
  
  Медведя в Критском лесе. Никогда
  
  
  Приятнее я звуков не слыхала.
  
  
  Поверишь ли, не только что кусты,
  
  
  Но небеса, окрестности, ручьи
  
  
  Звучали все единым, общим криком.
  
  
  Да, никогда не слыхивала я
  
  
  Такого музыкального разлада,
  
  
  Такого усладительного шума!
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  Но и мои к спартанской же породе
  
  
  Принадлежат, и у моих собак
  
  
  Большая пасть и шерсти цвет песочный;
  
  
  На головах их уши так висят,
  
  
  Что ими даже утреннюю росу
  
  
  Они сметают; выгнуты их ноги,
  
  
  Подгрудки же у них, как у быков
  
  
  Фессалии. И если на угонку
  
  
  Они не так-то быстры, уж зато
  
  
  Их голоса подобраны друг к другу,
  
  
  Как колокольчики. О, никогда
  
  
  В Фессалии, иль в Спарте, иль на Крите
  
  
  Охотничьи рога не возбуждали
  
  
  Собой собак, столь сильно сладкозвучных!
  
  
  Суди сама, когда услышишь их.
  
  
  Но тише! Тсс! Что это здесь за нимфы?
  
  
  
  
   Эгей
  
  
  Мой государь, да это дочь моя,
  
  
  А здесь лежит Лизандер; вот Деметрий,
  
  
  А с ними и Елена, дочь Недара.
  
  
  Я удивлен, что нахожу их здесь
  
  
  Всех вместе.
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  
  
  Да, они так рано встали,
  
  
  Чтоб майские обряды совершить.
  
  
  Услышав о намерении нашем,
  
  
  Они пришли сюда, чтоб с нами вместе
  
  
  Здесь праздновать. Скажи-ка мне, Эгей,
  
  
  Не нынче ли срок Гермии назначен?
  
  
  Дай свой ответ.
  
  
  
  
   Эгей
  
  
  
  
   Так точно, государь.
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  Поди, скажи, чтоб звуками рогов
  
  
  Охотники их тотчас разбудили.
  
  За сценою раздаются звуки охотничьих рогов и крики.
  
   Деметрий, Лизандер, Гермия и Елена просыпаются
  
  
  
   и вскакивают.
  
  
  А, здравствуйте, друзья! Ночь Валентина
  
  
  Уже прошла; а вы, лесные птички,
  
  
  Лишь начали, никак, слетаться вместе?
  
  
  
  
  Лизандер
  
  
  Простите, государь!
  
  Лизандер и прочие становятся на колени перед Тезеем.
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  
  
  
  Прошу всех встать.
  
  
  Я знаю, что соперники вы двое:
  
  
  Откуда же согласие такое
  
  
  Между двумя врагами? Отчего
  
  
  Так ненависть от страха далека,
  
  
  Что с ненавистью спит и не боится,
  
  
  Что дух вражды над ними?
  
  
  
  
  Лизандер
  
  
  
  
  
   Государь!
  
  
  Я нахожусь в каком-то полусне
  
  
  И отвечать вам буду с удивленьем.
  
  
  Но я клянусь, что не могу сказать вам
  
  
  С подробностью, как я попал сюда.
  
  
  Как кажется - желал бы вам сказать
  
  
  Всю истину теперь припоминаю,
  
  
  Как это все случилось... Точно так!
  
  
  Я с Гермией пришел сюда - хотели
  
  
  Мы из Афин бежать, чтоб скрыть себя
  
  
  От строгости афинского закона.
  
  
  
  
   Эгей
  
  
  Довольно, о, довольно! Государь,
  
  
  Вы слышали довольно. Я зову
  
  
  Закон, закон на головы виновных.
  
  
  Они бежать хотели. О Деметрий,
  
  
  Они чрез то хотели нас лишить:
  
  
  Тебя - жены, меня - законной воли
  
  
  Женить тебя на дочери моей!
  
  
  
  
  Деметрий
  
  
  Мой государь, прекрасная Елена
  
  
  Открыла мне намерение их
  
  
  Бежать и здесь пока в лесу укрыться.
  
  
  Я, в бешенстве, последовал за ними;
  
  
  Прекрасную ж Елену повлекла
  
  
  За мной любовь. Но, добрый государь,
  
  
  Не знаю я, какой чудесной силой -
  
  
  А сила здесь какая-то была -
  
  
  Вдруг к Гермии любовь моя исчезла,
  
  
  Растаяла внезапно, будто снег, -
  
  
  И я теперь о ней припоминаю,
  
  
  Как о пустой игрушке, о которой
  
  
  Безумствовал я в детстве. Вся любовь
  
  
  И все, что есть святого в этом сердце,
  
  
  Принадлежит теперь одной Елене.
  
  
  Она одна - предмет и радость глаз!
  
  
  С ней, государь, я сговорен был прежде,
  
  
  Чем увидал я Гермию; потом,
  
  
  Как будто бы в болезни, эта пища
  
  
  Мне сделалась несносною; теперь же
  
  
  Я, как больной в своем выздоровленье,
  
  
  Вновь получил естественный мой вкус.
  
  
  Теперь ее люблю, ее ищу,
  
  
  Теперь о ней вздыхаю и хочу
  
  
  Я верным ей остаться до могилы!
  
  
  
  
  Тезей
  
  
  Прекрасные четы, я счастлив,
  
  
  Что встретил вас. Но после обо всем
  
  
  Расскажете вы нам. Тебе, Эгей,
  
  
  Придется подчиниться нашей воле.
  
  
  Пусть с нами вместе эти две четы
  
  
  В одном навек соединятся храме.
  
  
  Но утро уж почти прошло, и мы
  
  
  Намеренье охотиться отложим.
  
  
  Отправимся в Афины. Три и три!
  
  
  О, праздник наш великолепен будет!
  
  
  Пойдем же, Ипполита!
  
  
  Тезей, Ипполита, Эгей и свита уходят.
  
  
  
  
  Деметрий
  
  
  
  
  
  Это все
  
  
  Мне кажется столь бледным и неясным,
  
  
  Как абрис гор, столь сходных с облаками.
  
  
  
  
  Геpмия
  
  
  Мне кажется, что я на все смотрю
  
  
  Раздельными глазами: предо мною
  
  
  Двоится все.
  
  
  
  
  Елена
  
  
  
  
  Я то же ощущаю:
  
  
  Мне кажется, что будто я нашла
  
  
  Деметрия, как камень дорогой,
  
  
  Который мой, а вместе и не мой!
  
  
  
  
  Деметрий
  
  
  Я думаю, что мы все спим и бредим.
  
  
  Но не был ли здесь герцог? За собой
  
  
  Он нам идти не приказал ли?
  
  
  
  
  Геpмия
  
  
  
  
  
  
  Да,
  
  
  И мой отец был с ним.
  
  
  
  
  Елена
  
  
  
  
  
  И Ипполита.
  
  
  
  
  Лизандер
  
  
  Он нам велел идти за ним во храм.
  
  
  
  
  Деметрий
  
  
  Так, стало, мы не спим! Итак пойдемте
  
  
  За герцогом скорее и расскажем
  
  
  Дорогою друг другу наши сны.
  
  
  
  
  Уходят.
  
  
  
  
  Основа
  
  
  
   (просыпаясь)
  Когда придет моя очередь, позовите меня - и я буду отвечать. Мне надо говорить тотчас после этих слов: "мой прекраснейший Пирам!" Эй! Го-го! Питер Пигва! Флейта, продавец раздувальных мехов! Рыло, медник! Выдра! Господи помилуй! Они все улизнули и оставили меня спящим. Я видел престранный сон. Я видел сон... не достанет человеческого ума, чтоб рассказать, какой это был сон. Осел тот человек, который пустится объяснять этот сон. Мне казалось, что я был... Ни один человек не может сказать, что мне казалось! Мне казалось, что я был... Мне казалось, что я имел... Но был бы пестрым шутом тот человек, который бы осмелился сказать, что мне казалось! Глаз человеческий не слыхал, ухо человеческое не видало, рука человеческая не способна вкусить, язык человеческий не способен понять, а сердце человеческое не способно выразить, что такое был мой сон! Я попрошу Питера Пигву написать балладу из этого сна. Эту балладу назовут "Сном Основы", потому что в этом сне нет никакой основы. Я пропою эту балладу перед герцогом, в самом конце пьесы. Может быть, чтобы придать ей более приятности, я пропою ее тотчас после смерти Фисби. (Уходит.)
  
  
  
  
  СЦЕНА II
  
  
   Афины. Комната в доме Пигвы.
  
  
  Входят Пигва, Флейта, Рыло и Выдра.
  
  
  
  
  Пигва
  Послали ли в дом Основы? Воротился ли он домой?
  
  
  
  
  Выдpа
  О нем нет и слуху. Без сомнения, он околдован.
  
  
  
  
  Флейта
  Если он не воротится, то наша пьеса пропала. Без него она не может идти, не правда ли?
  
  
  
  
  Пигва
  Невозможно! Кроме него у вас нет во всех Афинах человека, который был бы способен взять на себя роль Пирама.
  
  
  
  
  Флейта
  Нет, он просто-напросто самый сильный ум из всех афинских мастеровых.
  
  
  
  
  Пигва
  Да, и вместе с тем самый красивый мужчина. Он истинный любовник по своему приятному голосу.
  
  
  
  
  Флейта
  Вы бы должны были сказать: истинный образчик совершенства. Любовник! Боже нас упаси! Это самая ничтожная вещь!
  
  
  
   Входит Бурав.
  
  
  
  
  Бурав
  Господа, герцог возвращается из храма; там же обвенчаны два или три кавалера, две или три дамы. Если наша пьеса пойдет, наше счастье у нас в руках!
  
  
  
  
  Флейта
  О мой любезный крикун Основа! Это навсегда лишает тебя шести пенсов в день. Он непременно получил бы шесть пенсов в день. Я хочу быть повешен, если бы герцог не назначил ему по шесть пенсов в день за то, что он сыграл роль Пирама - и он бы заслужил их. Шесть пенсов в день за Пирама или ничего!
  
  
  
   Входит Основа.
  
  
  
  
  Основа
  Где они, мои молодчики? Где они, мои милые?
  
  
  
  
  Пигва
  Основа! О торжественнейший день! О счастливейший час!
  
  
  
  
  Основа
  Господа, я могу рассказать вам чудеса, но не спрашивайте у меня, какие чудеса, потому что если я вам расскажу, то я не буду истинный афинянин. Я расскажу вам все точь-в-точь, как случилось.
  
  
  
  
  Пигва
  Говори, говори, любезный Основа!
  
  
  
  
  Основа
  Ни слова обо мне. Все, что я скажу вам теперь, - это что герцог откушал. Надевайте ваши костюмы, привяжите хорошие шнурки к вашим бородам и новые ленты к вашим башмакам. Сейчас отправляйтесь во дворец. Пусть всякий заглянет хорошенько в свою роль, ибо - коротко и ясно - наша пьеса будет представлена. Пусть Фисби на всякий случай наденет чистое белье; да не позволяйте тому, кто должен представлять льва, грызть свои ногти; пусть он выставит их, как львиные когти! Да еще, возлюбленные актеры, не кушайте луку или чесноку, потому что дыхание наше должно быть приятно. Я не сомневаюсь, что мы услышим похвалы нашей комедии. Ни слова более. Отправляемся! Марш!
  
  
  
   Все уходят.
  
  
  
  
  АКТ ПЯТЫЙ
  
  
  
  
  СЦЕНА I
  
  
   Афины. Комната во дворце Тезея.
  
  
  Входят Тезей, Ипполита, Филострат,
  
  
  
  придворные и свита.
  
  
  
  
  Ипполита
  
  
  Как странны, мой Тезей, рассказы их!
  
  
  
  
  Тезе

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 258 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа