Главная » Книги

Кюхельбекер Вильгельм Карлович - Иван, купецкий сын, Страница 5

Кюхельбекер Вильгельм Карлович - Иван, купецкий сын


1 2 3 4 5 6 7 8 9

fy">  
  
   Я холоп
   Велений Публики...
  
  
  П о э т
  
  
  Но глас Рассудка -
  
  
  Д и р е к т о р
   Рассудок мне не платит.
  
  
  П о э т
  
  
  
   Пулю в лоб
   Всажу себе!
  
  
  Д и р е к т о р
  
  
  Стара, мой милый, шутка:
   Не кончена старухой паркой нить
   Бесценных ваших дней, питомец Феба!
   Ведь пороху вам не на что купить.
  
  
  П о э т
   Так утоплюсь, повешусь!
  
  
  Д и р е к т о р
  
  
  
  Ради хлеба,
   Который доставляю вам!
  
  
  П о э т
  
  
  
   В обрез!
  
  
  Д и р е к т о р
   Помилуйте, сударь: я же не Крез!
   Уж эти мне пииты! ввек не сыты.
   Но разбудите нашу госпожу:
   Я вам прибавлю.
  
  
  П о э т
  
  
   Музы и хариты!
  
  
  Д и р е к т о р
   Луна и Солнце!
  
  
  П о э т
  
  
   Средств не нахожу...
   Однако... Страстный монолог, Андана!
  
  
  Д и р е к т о р
   Не монолог,- нет, грохот барабана
   И треск трубы тут нужен, блеск мечей,
   Проклятья, вопли, с дюжину смертей...
   А! слава богу! - слышу конский топот.
   Андана, полно! что за смех и шепот
   С monsieur Иваном? - К нам Булат летит;
   Ну, докажи, что есть у нас актрисы!
   А я и эти стулья и пиит -
   Мы скромно удалимся за кулисы.
  
  (Уходит с Поэтом.)
   Булат верхом, позади у него хан бухарский.
  
  
  К и з л я р - А г а
   В оковы, воины, изменника-купца!
   А ты, царевна, в дом державного отца
   Благоволи со мной обратный путь направить.
  
  
  И в а н
   Булат, Булат, спеши нас, гибнущих, избавить!
  
  Булат сходит с коня и снимает хана.
  
  
  Б у л а т
   Стой, мерзостный скопец! нечистою рукой
   Царевны не коснись, или мне головой
   Поплатишься! - Купца оставьте: вы Булата,
   Надеюсь, знаете!
  
  
  И в а н
  
  
   Спасибо! - не богата,
   Мой друг, казна моя, но будешь награжден.
   Да где ты был?
  
  
  Б у л а т
  
  
   Или не видишь? полонен,
   Со мною прибыл к вам сам хан земли бухарской
   Чалма упала в прах, и деву крови царской
   В Газеме я узнал - и мигом на коня!..
   Да вправо взял евнух и обошел меня;
   Отряд же хана мне попал как раз навстречу,
   Пускай тебе другой опишет нашу сечу;
   Без хвастовства скажу: я хана взял в полон;
   Но отпущу домой и тотчас, если он
   Прекрасной дочери здесь даст благословенье
   На брак с тобой.
  
  
  Х а н
  
  
   Увы, какое униженье!
   Срам, вечный срам! Сойду от бешенства с ума!
   Но, так и быть, Булат: когда она сама,
   Мое дитя, мой свет, мой рай, моя Андана,
   Когда царевна, дочь блистательного хана,
   Решилась быть рабой презренного купца,-
   Не стану клясть ее; а боле от отца
   Не требуй: не могу.
  
  
  А н д а н а
  
  
  
  Родитель!
  
  
  Х а н
  
  
  
  
  Ax! Андана!
  
  
  Д и р е к т о р
  
   (из-за кулис)
   Проснулась публика: сказать же, что впопад
   Удалый богатырь примчал седого хана!
  
  Но, ради бога, без тирад!
  
  
  Занавесь опускается.
  
  
  
  
  
  
  
   ДЕЙСТВИЕ III
  
   Выходит Кикимора до поднятия занавеси.
  
  
   <К и к и м о р а>
   Вступает в должность хор-повествователь;
   Прошу покорно слушать: обладатель
   Земли бухарской более венца
   Любил свое дитя, свою Андану.
   Распространяться я о том не стану,
   Что душу мучило несчастного отца,
   Когда без дочери, единственной и милой,
   В свою столицу ехал он назад...
   В груди страдальца был терзаний целый ад,
  
  И он шептал: "Зачем могилой
   Я не был взят до горестного дня,
   В который жизнь проклясть заставила меня
   Ты, хладных дней моих последняя услада!
  
  Ах! мне заснуть бы навсегда!"
   Откуда ни возьмися, вдруг засада:
   Нагрянула несметная орда
   Пустыни диких чад, вскормленных грабежами,
   И стражу хана вмиг засыпала стрелами;
  
  Их кони рвут коней зубами;
   Их острые, смертельные мечи
   Среди ненастной и глухой ночи
   И вьются и блестят и, будто змеи, свищут,
   Горячей крови понапиться ищут.
   Бледнеют ратники; Кизляр-Ага убит;
  
  Но хан бухарский не дрожит:
   Он дряхл и слаб; он царства повелитель,
  
  А бьется как простой воитель,
   Как юноша. - Вот засучил рукав,
   Вот бороду он закусил седую,
   Кривую саблю над чалмой подняв,
   Он, будто с неба гром, упал стремглав
   В толпу злодеев самую густую;
   Летит и колет, рубит, топчет их.
   Он хочет пасть; пусть и отвык от боя,
  
  Он жаждет вечного покоя...
   Вот что из старика творит героя!
  
  Вдруг древний богатырь притих:
   Крылатая стрела его пронзила;
   Его кровавый труп возьмет могила.
   Но перед переходом через мост,
   Ведущий в рай пророка Магомета,
   Душа убитого, в прозрачный пар одета,
   Который примет вид и взгляд его и рост,
   Трепеща, явится могучему Булату.
   Булат все, что угодно, только прост,
   Да и заносчив,- и получит плату
   За то, что дураку-мерзавцу услужил.
   Всегда и всюду, не спросяся броду,
   Герой философ так и лезет в воду:
   Царя, отца всему бухарскому народу,
   И не желал, а все наш Дон-Кишот сгубил.
  
  А вот покоится Андана,
   Дитя благого, доблестного хана,
   В объятьях - чьих? купца, ничтожного Ивана!
  
  Чье это дело? великана,
   Кому рассудку мало, много сил
   Судьба причудливая даровала!
   Булат не спит; на бег полуночных светил
   Глядит, задумчив: грусть ему на сердце пала.
  
  
   Явление 1
  
   Степь. Ночь. Иван и Андана спят.
  
  
  Б у л а т
   (сидя на кургане)
  
  Тихо все; погружена
  
  Безрубежная пустыня
  
  В океан немого сна;
  
  На меня глядит одна
  
  Звезд бесчисленных святыня,
  
  Да туманится луна,
  
  С тверди взор угасший мещет.
  
  В общей, в вещей тишине
  
  Сердце бьется и трепещет:
  
  Что пророчит сердце мне?
   Откуда холодный неведомый трепет
   В моей богатырской широкой груди?
   Духов полуночи мне слышится лепет:
   По Млечному носятся духи пути...
   На облако кто-то спорхнул со светила,
   Товарища кличет и шепчет: "Лети!"
   Средь синевы движутся легкие крила.
   Ко мне ли хотят из эфира сойти?
   Добро пожаловать!- Кто прав, кто чист душою...
  
  
  Т е н ь х а н а
  
  (выступает из тумана)
   Душою прав и чист? - а я сгублен тобою!
  
  
  Б у л а т
   Кто ты, из серой мглы всплывающий мертвец?
  
  
  Т е н ь
   Не узнаешь, Булат? - Анданы я отец,
   Убитый степи хищными сынами,
   Ваш хан я, прозванный когда-то добрым вами.
  
  
  Б у л а т
   О царь моей земли! болезнует Булат
   О горестной твоей, безвременной кончине.
   Но припиши ее своей судьбине,
  
   Не я в ней виноват.
  
  
  Т е н ь
   Булат! отчаянье в меня излил не ты ли?
   Не ты ли отнял дочь у сироты-отца;
   Не ты ли бросил в руки подлеца
   Ее, кумир мой, а твои глаза открыли
   Тогда уже всю низость... для чего?
   В надежде ли обресть признательность его?
  
  Не то, безумец, положили
  
  Уставы вечные судеб:
   Нет, горек, полн отравы будет хлеб,
   Который от бездушного получишь;
   Чтоб услужить ему, себя измучишь,
   Спасешь его,- а он, трусливый твой тиран,
   Найдет и тут измену и обман.
   И что ж? А ты молчи, ни слова в оправданье,
  
  Хотя бы был его упрек
   Немилосерд, как ад, как казнь бесов, жесток,-
   За нестерпимое мое страданье
   Булату вот какое воздаянье
   Определил неумолимый рок:
  
  Если, потеряв терпенье,
  
  Молвишь: "Я в такой-то час
  
  Не губил тебя, а спас!"-
  
  Знай и помни: в то ж мгновенье
  
  Дух-каратель претворит
  
  Ноги у тебя в гранит;
  
  Если повторить посмеешь,
  
  По пояс окаменеешь;
  
  В третий раз - твой друг Иван
  
  Вдруг увидит пред собою
  
  Не тебя, но истукан,
  
  Дивный лик с живой душою.
  
  
  Б у л а т
  
  Жестокий жребий! но его
  
  Я заслужил и ничего
  
  Не молвлю в оправданье:
   Приму, безмолвствуя, смиряясь, наказанье,
   А пред тобою, горестная тень,
   Бледнеющая в утреннем тумане,
   Клянусь, что каждый мне судьбою данный день
  
  Я посвящу твоей Андане!
  
  
  
  
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ 2
   В Новегороде, в доме Иванова отца; образная.
  
  
  А м ф и з а, мачеха Ивана
  
   (одна)
   Я к себе прилучила купца:
   Старый черт на мне вздумал жениться...
   Теперь только бы сбыть молодца,
   Его сына, не дать воротиться
   На сторонушку нашу ему!
   Заживу-ко тогда в их дому!
   Я, спасибо, не хуже наседки,
   Под защиту родного крыла
   Всех же вас до единого, детки,
   Вас, цыплятки мои, собрала!
   Пусть купчина трудится, хлопочет,
   Пусть за сына мешки свои прочит,-
   Коли промаха только не дам,
   Они, батька, достанутся нам!
   Ведь ребят-то не много, не мало,
   У меня их две дюжинки есть;
   Знай же, хворенький дедушка, честь:
   Век не свой тебе жить не пристало!
   Но еще не пробил твой часок;
   Толковать про тебя, мой голубчик,
   Ныне, видеть изволишь, не срок.
   Расторопный, молоденький купчик,
   За тебя я примуся, сынок!
   Вот же, свет, чтобы дело шло ладом,
   В уголку во святом образа
   Наперед обернуть надо задом...
   Так и жгут Николая глаза!
   Тут же спас и двумя мне перстами
   Со стены над лампадкой грозит;
   С ним Предтеча,- сказали: "Убит,
   Обезглавлен"; а как же глядит
   Вниз со блюда живыми зрачками?
  
   Погашу я лампадку теперь,
   Да замкну на замок свою дверь,
   На полу начертила я круг...
   И одна-то я здесь и сам-друг:
   Невидимка-малютка со мной...
   Слышу хохот его над собой:
   То Кикимора мой дорогой!
   Не мешай же мне, крохотный друг:
   Не входи в очарованный круг;
   Мне с тобою шутить недосуг:
   Гостя жду, и тебя познатней,-
   Вот опять засмеялся злодей:
   Негодяй, убирайся же! - ты ль
   Позабыл ту большую бутыль?
   Просидел же ты, маленький, в ней
   Триста, помнится, дней и ночей?
   Полюбилося, что ли, тебе
   Проживать в той хрустальной избе?
   На плите разложу огонек,
   К огонечку придвину горшок,
   А в горшок-то сухой порошок
   Из человечьих я брошу костей;
   Не забудь, молодица, прилей
   Струйку собственной крови своей!
   Струйку ту из-под левой груди
   В желтый череп жида нацеди;
   Подболтай мухомору - и брось:
   Вот и вспыхнуло, вот и зажглось!
   Затрещал, зазмеился огонь...
   Понесло! чародейская вонь!
  
  
   Начнем,
  
   Кругом
  
   Махнем
  
   Ножом!
   Сколько? три раза:
  
   А раз -
  
   То глаз.
  
  
  Удар грома.
  
  
   Другой-
  
   Убой.
  
  
  Другой удар.
  
  
  Третий - зараза...
  
   Усиленные удары грома; ведьма под них пляшет.
  
   Зараза, зараза, зараза-чума,
   Зараза мне тетка, чума мне кума!
  
  (Останавливается.)
  
  Поднялся пар:
  
  Я силой слов,
  
  Я силой чар
  
  Сварила вар...
  
  Мой пир готов;
  
  Силен мой зов:
  
  Он досягнул,
  
  О Вельзевул!
  
  В твой темный дом.
  
  К рабе своей
  
  Рогатым лбом
  
  Стезю пробей;
  
  В дыму, в огне
  
  Явися мне!..
  
  
  В е л ь з е в у л
  
   (из-под земли)
   Явлюся тебе ни в дыму, ни в огне,
   Нет, иные дарованы способы мне
   Окунуть окаянную в трепет:
   Воскрешу пред тобой и кривлянье и лепет
   Передсмертный седого отца твоего!
   Ты, змея, подползла ко кровати его,
   И померкли при черном убийстве светила:
  
  Душегубка и дочь,
  
  В ту ужасную ночь
   Старика ты подушкой душила!
  
   (Садится в волшебный круг в виде дряхлого старика
  
   в саване.)
   Ай, спасибо! исполать!
   Свет Амфиза, ты вся в мать:
   Я за что любил старуху?
   Встанет, сварит варенуху,
   Встану - и начну хлебать!
  
  
  А м ф и з а
  
   (с ужасом)
   Это он! отец мой бедный!
   Он с бородкою седой,
   Он с трясучей головой,
   Лысый весь, сухой и бледный.
  
  
  В е л ь з е в у л
   Что же, дитятко, с тобой?
   Что не молвишь: "Просим рушать,
   Хлеба-соли нашей кушать!"
   Я в гостях не у чужой;
   Я ж и приглашен тобой.
  
  
  А м ф и з а
  
  (приходя в себя)
   В мире нет страшнее зрака!
   Хитрый бес, владыко мрака,
   Раб и царь мой, черный бог!
   Только ты придумать мог,
   Как обдать Амфизы члены
   Стужей яростной геенны!
   Но - прошло: я вновь сильна,
   Я в аду закалена;
   Верх взяла я над тобою,
   Устояла, и сей раз
   Будь же ты моим слугою,
   Да исполни мой приказ.
   Едет с молодой женою
   В этот город молодец;
   Молодцу мой муж отец...
   Бес! построй мне колымагу,
   На пути их повстречай,
   От меня поклон отдай,
   Пригласи их сесть - и тягу,
   И прямехонько к оврагу,
   Да в овраг, что силы, бух:
   Выбей, вышиби их дух!
  
  
  В е л ь з е в у л
   Ведьма, и тебе не стыдно
   Вызывать для пустяков
   Князя тьмы, вождя бесов?
   Сатаной клянусь, обидно!
   Казначей я бед и зла.
   У меня беду на славу
   Ты бы выпросить могла:
   Книгу, дум людских отраву,
   Трус, потоп или войну,
   Бич на целую страну...
   А то черта беспокоить,
   Чтоб карету ей состроить!
  
  
  А м ф и з а
   Что же, коли так хочу?
  
  
  В е л ь з е в у л
   Поневоле замолчу:
   Будет же тебе карета,
   Яхонт, изумруд, алмаз,
   Заглядение для глаз,
   Чудо красоты и света!
   Превращу ж и трех духов,
   Не из крупных, мне подвластных,
   В тройку бешеных, прекрасных,
   Легконогих жеребцов.
   Лишь бы муж с женою сели,
   Я, извозчик Вельзевул,
   По коням, и - полетели!
   Только пыль и визг и гул...
   Не к отцу помчатся в гости,
   Не отец им будет рад;
   Понесутся прямо в ад:
   В порошок смелю их кости!
  
  
  А м ф и з а
   Буду благодарна я,
   Куманечек, за услугу:
   Дам опять тебе подругу;
   Та подружка дочь моя.
   На метле на шабаш ведем,
   С дочкой мать, мы с ней поедем:
   С дочкой там тебе плясать;
   Здесь возьми покуда мать.
  
   Начинает вертеться с бесом, скрыпка сама собой играет,
   повиснув в воздухе; Кикимора смотрит вне круга.
  
   В воздухе повисла скрыпка,
   Скачет сам по ней смычок;
   Пляшет рак, и пляшет рыбка:
   Прыг и скок, скок и прыжок.
   Эх! вертися, куманек!
   В пляске скорой, в пляске шибкой
   Слишком низко стан мой гибкий
   Обхватил старик ошибкой...
   А Кикимора-пролаз
   С нас не сводит быстрых глаз
   С злой, насмешливой улыбкой.
   Нам же ровно ничего.
   Наплевать бы на него!
  
   В воздухе повисла скрыпка, и пр.
  
   Спеть я пасынку-злодею
   Песню славную сумею;
   Я над ним с его женою
   Песню славную завою...
   Гибель, гибель, гибель им,
   Им и всем врагам моим!
   Чтобы жатвы их посохли,
   Чтобы их стада подохли,
   Чтобы с нужды и печали
   В корчах дети их пропали,
   Чтобы сами сохли, чахли,
   Гробом заживо запахли!
  
  
  В е л ь з е в у л
   Прыг и скок, скок и прыжок:
   Пляшет с стрекозой сверчок,
   Толстый жук с проворной мухой -
   Старый дьявол с молодухой.
  
  
  А м ф и з а
   Расхрабрился старичок,
   Рад вертеться с молодухой...
   Полно, полно, вислоухый,
   Дай мне отдохнуть часок!
   (Падает без чувства на пол.)
  
  
  К и к и м о р а
   Какова твоя колдунья!
   Я устал, глядя на вас.
   Чтоб издохнуть ей! шалунья
   С бесом пляшет целый час.
   Только худо знает нас:
   Дур дурачить не тебе ли?
   Ты ей молвил: "Лишь бы сели!"
   Что же? ты ее надул:
   Ведь не сядут, Вельзевул?
  
  
  В е л ь з е в у л
   Плут, ты чуть ли не смекнул!
  
  
  К и к и

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 193 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа