Главная » Книги

Чехов Антон Павлович - Безотцовщина, Страница 5

Чехов Антон Павлович - Безотцовщина


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

div>
  А н н а  П е т р о в н а. Ступай, милый, ступай! Женат... Ведь меня любишь? Зачем же тут про жену толковать? Марш! После поговорим, часика через два... Теперь ты находишься в припадке лжи...
  П л а т о н о в. Лгать я вам не умею... (Тихо ей на ухо.) Если бы я умел тебе лгать, то давно уже я был бы твоим любовником...
  А н н а  П е т р о в н а (резко). Убирайтесь!
  П л а т о н о в. Врете, не сердитесь... Это вы так только... (Уходит в дом.)
  А н н а  П е т р о в н а. Чудак человек! (Садится.) Сам не понимает, что говорит... Всякую любовь подтасовывать под известный род любви... Чепуха какая! Точно любовь писателя к писательнице...
  
  
  
  
  Пауза. Невыносимый человек! Этак мы до страшного суда с тобой, друг милый, проболтаем! Не взяла честью, силой возьму... Сегодня же! Пора уже обоим выйти из этого глупого выжидательного положения... Надоело... Возьму силой... Это кто идет? Глагольев... меня ищет...
  
  
   Входит  Г л а г о л ь е в  1.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XIV
  
  А н н а  П е т р о в н а  и  Г л а г о л ь е в  1.
  Г л а г о л ь е в  1. Скучно! Говорят эти люди о том, что я годы тому назад слышал; думают то, о чем я в детстве думал... Всё старо, ничего нового... Поговорю с ней и уеду.
  А н н а  П е т р о в н а. О чем это вы бормочете, Порфирий Семеныч? Можно узнать?
  Г л а г о л ь е в  1. Вы здесь? (Идет к ней.) Я браню себя за то, что я здесь лишний...
  А н н а  П е т р о в н а. Не потому ли, что на нас не похожи? Полноте! Мирятся люди с тараканами, помиритесь и вы с нашими людьми! Подсаживайтесь-ка, потолкуем!
  Г л а г о л ь е в  1 (садится рядом). Я вас искал, Анна Петровна! Мне нужно с вами поговорить кое о чем...
  А н н а  П е т р о в н а. И давайте говорить...
  Г л а г о л ь е в  1. Мне хотелось бы с вами поговорить... Мне хочется узнать ответ моему... письму...
  А н н а  П е т р о в н а. Гм... На что я вам сдалась, Порфирий Семеныч?
  Г л а г о л ь е в  1. Я, знаете ли, отрешаюсь... от прав мужа... Не до прав мне! Мне нужен друг, умная хозяйка... У меня есть рай, но нет в нем... ангелов.
  А н н а  П е т р о в н а (в сторону). Что ни слово - то сахару кусок! (Ему.) Часто я задаю себе вопрос, что я буду в раю делать, я - человек, а не ангел, если попаду в него?
  Г л а г о л ь е в  1. Можете ли вы знать, что вы будете делать в раю, если не знаете, что будете делать завтра? Хороший человек везде найдет себе работу, и на земле, и на небе...
  А н н а  П е т р о в н а. Всё это прекрасно, но будет ли мое житье у вас стоить того, что я за него буду получать? Немножко странно, Порфирий Семеныч! Извините меня, Порфирий Семеныч, но мне ваше предложение кажется очень странным... Для чего вам жениться? Для чего вам сдался друг в юбке? Не мое дело, извините... но уж на то пошло, договорю. Будь я в ваших летах, имей я столько денег, ума и правды, сколько вы имеете, я ничего не искала бы на этом свете, кроме общего блага... то есть, как бы так выразиться, я ничего не искала бы, кроме удовлетворения любви к ближним...
  Г л а г о л ь е в  1. Не умею я биться за благополучие людей... Для этого нужны воля железная и уменье, а их-то и не дал мне бог! Я родился для того только, чтобы любить великие дела и наделать массу грошовых, ничего не стоящих... Только любить! Пойдемте ко мне!
  А н н а  П е т р о в н а. Нет. Не говорите больше ни слова об этом... Не придавайте моему отказу жизненного значения... Суета, мой друг! Если бы мы владели всем тем, что мы любим, то у нас не хватило бы места... для наших владений... Значит, не совсем неумно и нелюбезно поступают, когда отказывают... (Хохочет.) Вот вам и философия на закуску! Что это за шум? Слышите? Бьюсь об заклад, что это Платонов бунтует... Что за характер!
  
   Входят  Г р е к о в а  и  Т р и л е ц к и й.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XV
  А н н а  П е т р о в н а, Г л а г о л ь е в  1, Г р е к о в а 
  
  
  
  и  Т р и л е ц к и й.
  Г р е к о в а (входя). Это выше всяких оскорблений! (Плачет.) Выше! Молчать могут, видя это, одни только испорченные люди!
  Т р и л е ц к и й. Верю, верю, но при чем же я тут? Я-то тут при чем? Не идти же мне на него с дубиной, согласитесь сами!
  Г р е к о в а. Должны были идти с дубиной, если не имеете других средств! Отойдите от меня! Я, я, женщина, не молчала бы, если бы при мне оскорбляли вас так низко, так бесстыдно и незаслуженно!
  Т р и л е ц к и й. Но ведь я же того... Рассуждайте умно!.. Чем виноват я?..
  Г р е к о в а. Вы трус, вот кто вы! Ступайте от меня прочь к вашему отвратительному буфету! Прощайте! Не трудитесь ездить ко мне больше! Не нужны мы друг другу... Прощайте!
  Т р и л е ц к и й. Прощайте, сделайте милость, прощайте! Надоело всё это, опротивело без конца! Слезы, слезы... А, боже мой! У меня у самого в голове вертеж... coenurus cerebralis! Э-э-э... (Машет рукой и уходит.)
  Г р е к о в а. Coenurus cerebralis... (Идет.) Оскорбил... За что? Что я сделала?
  А н н а  П е т р о в н а (подходит к ней). Марья Ефимовна... Не держу вас... Я сама бы ушла отсюда на вашем месте... (Целует ее.) Не плачьте, моя дорогая... Большая часть женщин создана для того, чтобы сносить всякие гадости от мужчин...
  Г р е к о в а. Только не я... Я его... уволю! Он не будет здесь учителем! Он не имеет права быть учителем! Завтра же поеду к директору народных училищ...
  А н н а  П е т р о в н а. Полноте... На днях я побываю у вас, и мы вместе осудим Платонова, а пока успокойтесь... Перестаньте плакать... Вы будете удовлетворены... На Трилецкого же вы не сердитесь, моя дорогая... Он не заступился за вас потому, что он слишком добр и мягок, а такие люди не в состоянии заступаться... Что он вам сделал?
  Г р е к о в а. Он при всех поцеловал... назвал дурой и... и... пхнул на стол... Не думайте, что это пройдет ему безнаказанно! Или он сумасшедший, или же... Я покажу ему! (Уходит.)
  А н н а  П е т р о в н а (ей вслед). Прощайте! Скоро увидимся! (Якову.) Яков! Подать экипаж Марье Ефимовне! Ах, Платонов, Платонов... Добуянится он когда-нибудь до беды...
  Г л а г о л ь е в  1. Прекрасная девушка! Не взлюбил ее наш добрейший Михаил Васильич... Обижает...
  А н н а  П е т р о в н а. Ни за что! Сегодня обижает, а завтра извиняется... Барская струнка!
  
  
   Входит  Г л а г о л ь е в  2.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XVI
  
  
   Те же и  Г л а г о л ь е в  2.
  Г л а г о л ь е в  2 (в сторону). С ней! Опять с ней! Это, наконец, уж черт знает что такое? (Смотрит в упор на отца.)
  Г л а г о л ь е в  1 (после паузы). Что тебе?
  Г л а г о л ь е в  2. Ты здесь сидишь, а тебя там ищут! Иди, тебя там зовут!
  Г л а г о л ь е в  1. Кто меня там зовет?
  Г л а г о л ь е в  2. Люди!
  Г л а г о л ь е в  1. Знаю, что люди... (Встает.) Как хотите, а я не отстану от вас, Анна Петровна! Авось другое заговорите, когда поймете меня! Увидимся... (Уходит в дом.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XVII
  
  А н н а  П е т р о в н а  и  Г л а г о л ь е в  2.
  Г л а г о л ь е в  2 (садится рядом). Старый барсук! Осел! Его никто не зовет! Это я надул его!
  А н н а  П е т р о в н а. Когда вы поумнеете, вы сильно ругнете себя за отца!
  Г л а г о л ь е в  2. Шутите... Вот зачем я сюда пришел... Два слова... Да или нет?
  А н н а  П е т р о в н а. То есть?
  Г л а г о л ь е в  2 (смеется). Будто бы не понимаете? Да или нет?
  А н н а  П е т р о в н а. Решительно не понимаю!
  Г л а г о л ь е в  2. Сейчас поймете... При помощи злата всё понимается... Если "да", то не угодно ли вам будет, генералиссимус души моей, залезть ко мне в карман и вытащить оттуда мой бумажник с папашиными деньгами?.. (Подставляет боковой карман.)
  А н н а  П е т р о в н а. Откровенно... Да ведь за такие речи умным людям пощечины дают!
  Г л а г о л ь е в  2. От приятной дамы приятно и пощечину получить... Сперва пощечину даст, а потом немного погодя и "да" скажет...
  А н н а  П е т р о в н а (встает). Берите вашу шапку и убирайтесь отсюда сию же секунду!
  Г л а г о л ь е в  2 (встает). Куда?
  А н н а  П е т р о в н а. Куда угодно! Убираться и не сметь показываться сюда!
  Г л а г о л ь е в  2. Фи... Для чего же сердиться? Я не уйду, Анна Петровна!
  А н н а  П е т р о в н а. Ну так я прикажу вас вывести! (Уходит в дом.)
  Г л а г о л ь е в  2. Какая вы сердитая! Я ведь ничего не сказал такого, особенного... Что же я сказал? Сердиться не нужно... (Уходит за ней.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XVIII
  П л а т о н о в  и  С о ф ь я  Е г о р о в н а  выходят из дома.
  П л а т о н о в. В школе я и доселе пребываю в качестве занимающего не свое место, а место учителя... Вот что было после того, как мы расстались!.. (Садятся.) Не говорю про людей, что я сделал лично для себя? Что я в себе посеял, что взлелеял, что возрастил?.. А теперь! Эх! Страшное безобразие... Возмутительно! Зло кишит вокруг меня, пачкает землю, глотает моих братьев во Христе и по родине, я же сижу, сложив руки, как после тяжкой работы; сижу, гляжу, молчу... Мне двадцать семь лет, тридцати лет я буду таким же - не предвижу перемены! - там дальше жирное халатничество, отупение, полное равнодушие ко всему тому, что не плоть, а там смерть!! Пропала жизнь! Волосы становятся дыбом на моей голове, когда я думаю об этой смерти!
  
  
  
  
  Пауза. Как подняться, Софья Егоровна?
  
  
  
  
  Пауза. Вы молчите, не знаете... Да и знать ли вам? Софья Егоровна, не жалко мне себя! Черт с ним, с этим мной! Но что с вами поделалось? Где ваша чистая душа, ваша искренность, правдивость, ваша смелость? Где ваше здоровье? Куда вы дели его? Софья Егоровна! Проводить целые годы в безделье, мозолить чужие руки, любоваться чужими страданиями и в то же время уметь прямо глядеть в глаза - это разврат!
  
  
  
  Софья Егоровна встает. (Сажает ее.) Это последнее слово, постойте! Что сделало вас жеманной, ленивицей, фразеркой? Кто научил вас лгать? А какой вы были прежде! Позвольте! Я сейчас отпущу вас! Дайте договорить! Как вы были хороши, Софья Егоровна, как велики! Голубушка, Софья Егоровна, может быть, вам еще можно подняться, не поздно! Подумайте! Соберите все ваши силы и поднимайтесь ради самого бога! (Хватает ее за руку.) Дорогая моя, скажите мне откровенно, ради того нашего общего прошлого, что заставило вас выйти замуж за этого человека? Чем прельстило вас это замужество?
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Он прекрасный человек...
  П л а т о н о в. Не говорите того, во что вы не верите!
  С о ф ь я  Е г о р о в н а (встает). Он мой муж, и я просила бы вас...
  П л а т о н о в. Будь он чем ему угодно, а я скажу правду! Сядьте! (Сажает ее). Отчего вы не выбрали себе труженика, страдальца? Отчего не взяли себе в мужья кого-нибудь другого, а не этого пигмея, погрязшего в долгах и безделье?..
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Оставьте! Не кричите! Идут...
  
  
  
   Проходят гости.
  П л а т о н о в. Черт с ними! Пусть все слышат! (Тихо.) Извините меня за резкость... Но ведь я любил вас! Я любил вас больше всего на свете, а потому вы и теперь мне дороги... Я так любил эти волосы, эти руки, это лицо... Для чего вы пудритесь, Софья Егоровна? Бросьте! Эх! Попадись вы другому человеку, вы скоро бы поднялись, а здесь вы еще больше погрязнете! Бедная... Будь у меня, несчастного, силы, вырвал бы я с корнем и себя и вас из этого болота...
  
  
  
  
  Пауза. Жизнь! Отчего мы живем не так, как могли бы?!
  С о ф ь я  Е г о р о в н а (встает и закрывает руками лицо). Оставьте меня!
  
  
  
   В доме шум. Отойдите! (Идет к дому.)
  П л а т о н о в (идет за ней). Отнимите от лица руки! Вот так! Вы не уедете? Ведь нет? Будемте друзьями, Софи! Ведь не уедете? Мы будем еще беседовать? Да?
  
   В доме усиленный шум и беганье по лестнице.
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Да.
  П л а т о н о в. Будемте друзьями, моя дорогая... Зачем нам быть врагами? Позвольте... Еще пару слов...
  
  Выбегает из дома  В о й н и ц е в  и за ним гости.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XIX
  
   Те же, В о й н и ц е в  с  г о с т я м и,
   потом  А н н а  П е т р о в н а  и  Т р и л е ц к и й.
  В о й н и ц е в (вбегая). Ах... Вот они, самые главные! Идем фейерверки зажигать! (Кричит.) Яков, к реке марш! (Софье Егоровне.) Не передумала, Софи?
  П л а т о н о в. Не уедет, здесь останется...
  В о й н и ц е в. Да? В таком случае ура! Руку, Михаил Васильич! (Пожимает Платонову руку.) Я всегда верил в твое красноречие! Идем огни зажигать! (Идет с гостями в глубину сада.)
  П л а т о н о в (после паузы). Да, такие-то дела, Софья Егоровна... Гм...
  Г о л о с  В о й н и ц е в а. Maman, где вы? Платонов!
  
  
  
  
  Пауза.
  П л а т о н о в. Пойду-ка, черт возьми, и я... (Кричит.) Сергей Павлович, подожди, не зажигай без меня! Пошли, братец, Якова ко мне за шаром! (Убегает в сад.)
  А н н а  П е т р о в н а (выбегает из дома). Подождите! Сергей, подожди, еще не все сошлись! Стреляйте пока из пушки! (Софье.) Идите, Софи! Чего приуныли?
  Г о л о с  П л а т о н о в а. Сюда, барынька! Затянем старую песню, не начиная новой!
  А н н а  П е т р о в н а. Иду, моншер! (Убегает.)
  Г о л о с  П л а т о н о ва. Кто со мной в лодку? Софья Егоровна, не хотите ли со мной на реку?
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Идти или не идти? (Думает.)
  Т р и л е ц к и й (входит). Эй! Где вы? (Поет.) Иду, иду! (Смотрит в упор на Софью Егоровну.)
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Что вам нужно?
  Т р и л е ц к и й. Ничего-с...
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Ну так и отойдите! Я не расположена сегодня ни беседовать, ни слушать...
  Т р и л е ц к и й. Знаю, знаю...
  
  
  
  
  Пауза. Мне ужасно почему-то хочется провести пальцем по вашему лбу: из чего он у вас сделан? Ужасно хочется!.. Не для того, чтобы оскорбить вас, а так... для контенансу...
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Шут! (Отворачивается.) Не комик, а шут, паяц!
  Т р и л е ц к и й. Да... Шут... За шутовство я и харчи получаю от генеральши... Ну да-с... И деньги карманные... А когда надоем, меня с позором выгонят из этих местов. Ведь верно говорю-с? Впрочем, это не я один говорю... Это говорили и вы, когда изволили гостить у Глагольева, этого масона нашего времени...
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Хорошо, хорошо... Очень рада, что вам передали... Теперь вы знаете, значит, что я умею отличать шутов от остроумных людей! Будь вы актером, вы были бы фаворитом райка, но партер шикал бы вам... Я вам шикаю.
  Т р и л е ц к и й. Острота удачна до сверхъестественности... Похвально... Честь имею кланяться! (Кланяется.) До приятного свидания! Побеседовал бы еще с вами, но... робею, поражен! (Идет в глубину сада.)
  С о ф ь я  Е г о р о в н а (стучит ногой). Негодный! Не знает он, какого я о нем мнения! Пустой человечишка!
  Г о л о с  П л а т о н о ва. Кто на реку со мной?
  С о ф ь я  Е г о р о в н а. Ээ... Чему быть, тому не миновать! (Кричит.) Иду! (Убегает.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XX
  Г л а г о л ь е в  1  и  Г л а г о л ь е в  2  выходят из дома.
  Г л а г о л ь е в  1. Лжешь! Лжешь, скверный мальчишка!
  Г л а г о л ь е в  2. Что за глупости? С какой стати я буду врать? Спроси ее самое, если не веришь! Как только ты ушел, я вот на этой самой скамье шепнул ей два-три слова, обнял, чмокнул... Попросила сначала три тысячи, ну а я поторговался и сошелся на тысяче! Дай же мне тысячу рублей!
  Г л а г о л ь е в  1. Кирилл, дело идет о чести женщины! Не пачкай этой чести, она свята! Замолчи!
  Г л а г о л ь е в  2. Клянусь честью! Не веришь? Клянусь всем святым! Дай же тысячу рублей! Я сейчас же поднесу ей эту тысячу...
  Г л а г о л ь е в  1. Ужасно... Лжешь ты! Она пошутила с тобой, с глупцом!
  Г л а г о л ь е в  2. Но... Обнял ее, тебе говорят! Что же тут удивительного? Все женщины теперь таковы! Не верь их невинности! Знаю я их! А ты еще тоже жениться хотел! (Хохочет.)
  Г л а г о л ь е в  1. Ради бога, Кирилл! Ты знаешь, что такое значит клевета?
  Г л а г о л ь е в  2. Дай тысячу рублей! Я при тебе вручу ей эту тысячу! На этой самой скамье я обнял ее, поцеловал и поторговался... Клянусь! Чего же тебе еще нужно? Для того я и прогнал тебя, чтобы с нею поторговаться! Он не верит, что я умею побеждать женщин! Предложи ей две тысячи, и она твоя! Знаю я женщин, брат!
  Г л а г о л ь е в  1 (вынимает из кармана бумажник и бросает его на землю). Возьми!
  
  Глагольев 2 поднимает бумажник и считает деньги.
  Г о л о с  В о й н и ц е в а. Я начинаю! Maman, стреляйте! Трилецкий, полезай на беседку! Кто это на коробку наступил? Вы!
  Г о л о с  Т р и л е ц к о г о. Лезу, черт меня подери! (Хохочет.) Кто это? Бугрова раздавили! Я Бугрову на голову наступил! Где спички?
  Г л а г о л ь е в  2 (в сторону). Я отмщен! (Кричит.) Ура-а-а! (Убегает.)
  Т р и л е ц к и й. Кто это там орет? Дайте ему по шеям!
  Г о л о с  В о й н и ц е в а. Начинать?
  Г л а г о л ь е в  1. (хватает себя за голову). Боже мой! Разврат! Гной! Я молился ей! Прости ее, господи! (Садится на скамью и закрывает лицо руками.)
  Г о л о с  В о й н и ц е в а. Кто веревочку взял? Maman, как вам не стыдно? Где моя веревочка, что тут лежала?
  Г о л о с  А н н ы  П е т р о в н ы. Вот она, ротозей!
  Г л а г о л ь е в  1 (валится со скамьи).
  Г о л о с  А н н ы  П е т р о в н ы. Вы! Кто вы? Не топчитесь здесь! (Кричит.) Дай сюда! Дай сюда!
  
  
  Вбегает  С о ф ь я  Е г о р о в н а.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ XXI
  
  
  С о ф ь я  Е г о р о в н а (одна).
  С о ф ь я  Е г о р о в н а (бледная, с помятой прической). Не могу! Это уж слишком, выше сил моих! (Хватает себя за грудь.) Гибель моя или... Счастье! Душно здесь!.. Он или погубит, или... вестник новой жизни! Приветствую, благословляю... тебя, новая жизнь! Решено!
  Г о л о с  В о й н и ц е ва (кричит). Берегись!
  
  
  
   Фейерверк.
  
  
  
   КАРТИНА ВТОРАЯ
  Лес. Просека. У начала просеки, с левой стороны - школа. По просеке, теряющейся вдали, тянется полотно железной дороги, которое возле школы
   поворачивает направо. Ряд телеграфных столбов. Ночь.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ I
  С а ш а (сидит у открытого окна) и  О с и п (с ружьем через
  
  
   спину, стоит перед окном).
  О с и п. Как это случилось? Очень просто... Иду я по узлеску, недалече отсюда, смотрю, а она стоит в балочке: подсучила платье и лопухом из ручья воду черпает. Зачерпнет да и выпьет, зачерпнет да и выпьет, а потом голову помочит... Я спустился вниз, подошел близко да и гляжу на нее... Она и внимания не обращает: дурак, мол, ты, мужик, мол, зачем же мне на тебя внимание обращать в таком Случае? "Сударыня, говорю, ваше превосходительство, попить холодной водицы, знать, захотели?" - "А тебе, говорит, какое дело? Ступай отсюда туда, откуда пришел!" Сказала и не смотрит... Я обробел... Меня и стыд взял, и обидно стало, что я из мужицкого звания... "Чего смотришь на меня, дуралей? Не видал, говорит, никогда людей, что ли?" И посмотрела на меня проницательно... "Аль, говорит, понравилась?" - "Страсть, говорю, понравились! Уж такая вы, ваше превосходительство, благородная, чувствительная особа, такая красавица... Красивей вас, говорю, отродясь не видал... Наша деревенская красавица Манька, сотского дочка, говорю, супротив вас лошадь, верблюд... Нежности в вас сколько! Поцеловал бы кажись, говорю, да и помер бы на этом самом месте!" Она засмеялась... "Что ж, говорит. Целуй, коли хочешь!" Меня после этих самых слов в жар бросило. Подошел я к ней, взял ее тихонько за плечико и поцеловал со всего размаху вот тут, в это самое место, в щечку и в шейку зараз...
  С а ш а (хохочет). Она же что?
  О с и п. "Ну теперь, говорит, проваливай! Умывайся, говорит, почаще да ногти себе не запускай!" Я и отошел.
  С а ш а. Какая она смелая! (Подает Осипу тарелку щей.) На, кушай! Присядь где-нибудь!
  О с и п. Не велик барин, и постою... Очень вам благодарен за ваше дружелюбие, Александра Ивановна! Я вам когда-нибудь за ваши ласки одолжение сделаю...
  С а ш а. Сними шапку... В шапке грешно есть. Ты с молитвой кушай!
  О с и п (снимает шапку). Давно уж я этих святостей не соблюдал... (Ест.) И с той поры я как будто очумел... Верите ли? Не ем, не сплю... Всё она у меня перед глазами... Закрою, бывало, глаза, а она перед глазами... Такую нежность на себя напустил, что хоть вешайся! Чуть было не утопился от тоски, генерала хотел подстрелить... А когда овдовела, начал я всякие поручения исполнять... Куропаток ей стрелял, перепелов ловил, беседочку ей разноцветными красками выкрасил... Волка ей однажды живого привел... Всякое удовольствие ей доставлял... Бывало, что ни прикажет, всё исполняю... Приказала бы самого себя слопать, себя бы слопал... Нежные чувства... Ничего с ними не поделаешь...
  С а ш а. Да... Я когда полюбила Михаила Васильича и не знала еще, что он меня любит, тоже ужасно тосковала... Несколько раз у бога, грешница, смерти даже просила...
  О с и п. Вот видите-с... Чувства такие... (Выпивает из тарелки.) Не пожалуете ли еще щец? (Подает тарелку.)
  С а ш а (уходит и через полминуты появляется у окна с кастрюлькой). Щей нет, а вот не хочешь ли картофли? Жареная на гусином жиру...
  О с и п. Мерси... (Берет кастрюльку и ест.) Страсть, как наелся! И вот этак ходил я, ходил, как очумелый... Я все про то же, Александра Ивановна... Ходил, ходил... Приношу ей в прошлом годе после Святой зайчика... "Вот извольте, говорю, ваше превосходительство... Косого зверинца вам принес!" Она взяла его на руки, погладила да и спрашивает меня: "Правду ли говорят, Осип, что ты разбойник?" - "Истинная, говорю, правда. Не станут люди понапрасну говорить..." Взял и рассказал ей всё... - "Надо, говорит, тебя исправить. Ступай, говорит, пешком в Киев. Из Киева ступай в Москву, из Москвы в Троицкую Лавру, из Троицкой Лавры в Новый Иерусалим, а оттуда домой. Сходи и через год ты другой человек будешь". Напустил я на себя убожество, надел сумочку и пошел в Киев... Не тут-то было! Исправился, да не совсем... Славная картошка! Связался под Харьковом с почтенной компанией, пропил денежки, подрался и воротился назад. И пачпорт даже потерял...
  
  
  
  
  Пауза. Теперь ничего от меня не берет... Сердится...
  С а ш а. Почему ты в церковь не ходишь, Осип?
  О с и п. Я пошел бы, да того... Народ смеяться станет... Ишь, скажет, каяться пришел! Да и ходить около церкви днем страшно. Народу много - убьют.
  С а ш а. Ну, а за что ты бедных людей обижаешь?
  О с и п. А за что их не обижать? Не вашего ума это дело, Александра Ивановна! Не вам рассуждать о грубостях. Не вам понять. А Михаил Васильич никого не обижает?
  С а ш а. Никого! Он если и обидит кого-нибудь, то нехотя, нечаянно. Он добрый человек!
  О с и п. Я, признаться, его более всех уважаю... Генералчонок Сергей Павлыч глупый человек, неумный; братец ваш тоже неумный, хоть и в докторах, ну а в Михайле Васильиче много умственных способностей! У него есть чин?
  С а ш а. А как же? Он коллежский регистратор!
  О с и п. Ну?
  
  
  
  
  Пауза. Молодчина! Так у него и чин есть... Гм... Молодчина! Доброты у него только мало... Все у него дураки, все у него холуи... Нешто можно так? Ежели б я был хорошим человеком, то я так бы не делал... Я этих самых холуев, дураков и жуликов ласкал бы... Самый несчастный народ они, заметьте! Их-то и нужно жалеть... Мало в нем доброты, мало... Гордости нет, запанибрата со всяким, а доброты ни-ни... Не вам понять... Покорнейше благодарю! Век бы целый такую картошку ел... (Подает кастрюльку.) Благодарю...
  С а ш а. Не за что.
  О с и п (вздыхает). Славная вы женщина, Александра Ивановна! За что вы меня каждый раз кормите? У вас, Александра Ивановна, есть хоть капелька женской злобы? Благочестивая! (Смеется.) В первый раз такую вижу... Святая Александра, моли бога о нас грешных! (Кланяется.) Радуйся, святая Александра!
  С а ш а. Михаил Васильич идет.
  О с и п. Обманываете... Он в настоящий момент с молодой барыней про нежные чувства рассуждает... Красивый он у вас человек! Коли б захотел, так за ним весь женский пол пошел... Краснобай такой... (Смеется.) Всё к генеральше ластится... Ну та и нос натрет, не посмотрит, что он красивый... Он хотел бы, может быть, да она...
  С а ш а. Ты уж начинаешь лишнее болтать... Я не люблю этого... Иди с богом!
  О с и п. Сейчас пойду... Вам давно уже пора спать... Небось мужа поджидаете?
  С а ш а. Да...
  О с и п. Хорошая жена! Платонов, должно быть, такую жену себе десять годов искал, со свечками да с понятыми... Нашел-таки где-то... (Кланяется.) Прощайте, Александра Ивановна! Спокойной ночи!
  С а ш а (зевает). Ступай с богом!
  О с и п. Пойду... (Идет.) Пойду к себе домой... Мой дом там, где пол земля, потолок небо, а стены и крыша неизвестно в каком месте... Кого бог проклял, тот и живет в этом доме... Велик он, да негде голову положить... Только и хорош тем, что за него в волость поземельных платить не надо... (Останавливается.) Спокойной ночи, Александра Ивановна! В гости пожалуйте! В лес! Спросите Осипа, каждая птица и ящерица знает! Посмотрите-ка, как пенек светится! Как будто мертвец из гроба встал... А вон другой! Моя мать мне говорила, что под тем пеньком, который светится, грешник зарыт, а светится пень для того, чтоб молились... И надо мной будет пень светиться... Я тоже грешник... А вон и третий! Много же на этом свете грешников! (Уходит и минуты через две свистит.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ II
  
  
  
  
  С а ш а.
  С а ш а (выходит из школы, со свечой и книгой). Как долго Миши нет... (Садится.) Как бы он себе здоровья не испортил... Эти гулянья ничего не дают, кроме нездоровья... Да и мне уже спать хочется... Где я остановилась? (Читает.) "Пора, наконец, снова возвестить о тех великих, вечных идеалах человечества, о тех бессмертных принципах свободы, которые были руководящими звездами наших отцов и которым мы изменили, к несчастью". Что это значит? (Думает.) Не понимаю... Отчего это не пишут так, чтоб всем понятно было? Далее... Ммм... Пропущу предисловие... (Читает.) "Захер Мазох"... Какая смешная фамилия!.. Мазох... Должно быть, не русский... Далее... Миша заставил читать, так надо читать... (Зевает и читает.) "Веселым зимним вечером"... Ну, это можно пропустить... Описание... (Перелистывает и читает.) "Трудно было решить, кто играл и на каком инструменте... Сильные величавые звуки органа под железной мужской рукой вдруг сменялись нежной флейтой как бы под прелестными женскими устами и наконец замирали..." Тссс... Кто-то идет... (Пауза.) Это Мишины шаги... (Тушит свечу.) Наконец-то... (Встает и кричит.) Ау! Раз, два, раз, два! Левой, правой, левой, правой! Левой! левой!
  
  
   Входит  П л а т о н о в.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ III
  
  
   С а ш а  и  П л а т о н о в.
  П л а т о н о в (входя). Назло тебе; правой! правой! Впрочем, милая моя, ни правой, ни левой! У пьяного нет ни права, ни лева; у него есть вперед, назад, вкось и вниз...
  С а ш а. Пожалуйте сюда, пьяненький, садитесь сюда! Вот я вам покажу, как шагать вкось да вниз! Садитесь! (Бросается Платонову на шею.)
  П л а т о н о в. Сядем... (Садится.) Ты чего же это не спишь, инфузория?
  С а ш а. Не хочется... (Садится рядом.) Поздно же тебя отпустили!
  П л а т о н о в. Да, поздно... Пассажирский уж прошел?
  С а ш а. Нет еще. Товарка с час тому назад прошла.
  П л а т о н о в. Значит, нет еще двух часов. Ты давно оттуда?
  С а ш а. Я в десять часов была уже дома... Пришла, а Колька ревет на чем свет стоит... Я ушла не простившись, пусть извинят... Танцы после меня были?
  П л а т о н о в. И танцы были, и ужин был, и скандалы были... Между прочим... знаешь? При тебе это случилось? С Глагольевым стариком удар случился!
  С а ш а. Что ты?!
  П л а т о н о в. Да... Твой братец кровь пускал и вечную память пел...
  С а ш а. Отчего же это? Что с ним? Он кажется здоровый такой на вид...
  П л а т о н о в. Легенький удар... Легенький к его счастью и к несчастью его осленка, которого он по глупости величает сыном... Домой отвезли... Ни один вечер без скандала не обходится! Такова наша судьба, знать!
  С а ш а. Воображаю, как перепугались Анна Петровна и Софья Егоровна! А какая славная Софья Егоровна! Я таких хорошеньких дамочек редко вижу... Что-то в ней такое особенное...
  
  
  
  
  Пауза.
  П л а т о н о в. Ох! Глупо, мерзко...
  С а ш а. Что?
  П л а т о н о в. Что я наделал?! (Закрывает руками лицо.) Стыдно!
  С а ш а. Что ты наделал?
  П л а т о н о в. Что наделал? Ничего хорошего! Когда я делал то, чего впоследствии не стыдился?
  С а ш а (в сторону). Пьян, бедненький! (Ему.) Пойдем спать!
  П л а т о н о в. Гадок был, как никогда! Уважай себя после этого! Нет более несчастья, как быть лишенным собственного уважения! Боже мой! Нет ничего во мне такого, за что можно было бы ухватиться, нет ничего такого, за что можно было бы уважать и любить!
  
  
  
  
  Пауза. Ты вот любишь... Не понимаю! Нашла, значит, во мне что-то такое, что можно любить? Любишь?
  С а ш а. Что за вопрос! Может ли быть, чтоб я тебя не любила?
  П л а т о н о в. Знаю, но назови мне то хорошее, за что ты меня так любишь! Укажи мне то хорошее, что ты любишь во мне!
  С а ш а. Гм... За что я тебя люблю? Какой же ты сегодня чудак, Миша! Как же мне не любить тебя, если ты мне муж?
  П л а т о н о в. Только и любишь за то, что я тебе муж?
  С а ш а. Я тебя не понимаю.
  П л а т о н о в. Не понимаешь? (Смеется.) Ах ты, моя дурочка набитая! Зачем ты не муха? Между мухами с своим умом ты была бы самой умной мухой! (Целует ее в лоб.) Что было бы с тобой, если бы ты понимала меня, если бы у тебя не было твоего хорошего неведения? Была бы ты так женски счастлива, если бы умела постигать своей нетронутой головкой, что у меня нет ничего того, что можно любить? Не понимай, мое сокровище, не ведай, если хочешь любить меня! (Целует ее руку.) Самочка моя! И я счастлив по милости твоего неведения! У меня, как у людей, семья есть... Есть семья...
  С а ш а (смеется). Чудак!
  П л а т о н о в. Сокровище ты мое! Маленькая, глупенькая бабеночка! Не женой тебя иметь, а на столе под стеклом тебя держать нужно! И как это мы ухитрились с тобой Николку породить на свет божий? Не Николок рождать, а солдатиков из теста лепить тебе впору, половина ты моя!
  С а ш а. Глупости ты говоришь, Миша!
  П л а т о н о в. Сохрани тебя бог понимать! Не понимай! Да будет земля на китах, а киты на вилах! Где мы брали бы себе постоянных жен, если бы вас не было, Саши? (Хочет ее поцеловать.)
  С а ш а (не дается). Пошел вон! (Сердито.) Зачем же ты женился на мне, если я так глупа? Ну и брал бы себе умную! Я не неволила!
  П л а т о н о в (хохочет). А вы и сердиться умеете? Ах, черт возьми! Да это целое открытие из области... Из какой области? Целое открытие, душа моя! Так ты умеешь и сердиться? Ты не шутишь?
  С а ш а (встает). Иди-ка, брат, спать! Если бы не пил, не делал бы открытий! Пьяница! А еще тоже учитель! Ты не учитель, а свинтус! Ступай спать! (Бьет его по спине и уходит в школу.)
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ IV
  
  
   П л а т о н о в (один).
  П л а т о н о в. В самом деле я пьян? Не может быть, я пил мало... В голове, впрочем, не совсем нормально...
  
  
  
  
  Пауза. А когда с Софьей говорил, был я... пьян? (Думает.) Нет, не был! Не был, к несчастью, святые угодники! Не был! Проклятая трезвость моя! (Вскакивает.) В чем провинился предо мной ее несчастный муж? За что я опачкал его перед ней такою грязью? Не прощай мне этого, моя совесть! Я разболтался пред ней, как мальчишка, рисовался, театральничал, хвастался... (Дразнит себя.) "Зачем вы не вышли за труженика, за страдальца?" А для чего бы она сдалась труженику, страдальцу? Зачем же ты, безумец, говорил то, чему не верил? Ах!.. Она поверила... Она выслушала бредни глупца и опустила глазки! Раскисла, несчастная, разнежилась... Как это всё глупо, как это всё мерзко, нелепо! Опротивело всё... (Смеется.) Самодур! Осмеяли купцов самодуров, осмеяли насквозь... Был и смех сквозь слезы и слезы сквозь смех... Кто же меня осмеет? Когда? Смешно! Взяток не берет, не ворует, жены не бьет, мыслит порядочно, а... негодяй! Смешной негодяй! Необыкновенный негодяй!..
  
  
  
  
  Пауза. Надо ехать... Буду у инспектора просить другого места... Сегодня же напишу в город...
  
  
  Входит  В е н г е р о в и ч  2.
  
  
  
   ЯВЛЕНИЕ V
  
   П л а т о н о в  и  В е н г е р о в и ч  2.
  В е н г е р о в и ч  2 (входя). Гм... Школа, в которой вечно спит тот недоделанный мудрец... Спит он теперь по обыкновению или же бранится по обыкновению? (Увидев Платонова.) Вот он, пустой и звонкий... Не спит и не бранится... Не в нормальном положении... (Ему.) Не спите еще?
  П л а т о н о в. Как видите! Чего же вы остановились? Позвольте вам пожелать спокойной ночи!
  В е н г е р о в и ч  2. Сейчас уйду. Вы предаетесь уединению? (Оглядывается.) Чувствуете себя царем природы? В этакую прелестную ночь...
  П л а т о н о в. Вы домой идете?
  В е н г е р о в и ч  2. Да... Отец уехал, и я принужден идти пешком. Наслаждаетесь? А ведь как приятно - не правда ли? - выпить шампанского и под куражем обозревать самого себя! Можно сесть возле вас?
  П л а т о н о в. Можете.
  В е н г е р о в и ч  2. Благодарю. (Садится.) Я люблю за всё благодарить. Как сладко сидеть здесь, вот на этих ступенях, и чувствовать себя полным хозяином! Где ваша подруга, Платонов? Ведь к этому шуму, к этому шепоту природы, пению и трещанию кузнечиков недостает только любовного лепета, чтобы всё это обратилось в рай! К этому кокетливому, робкому ветерку недостает только горячего дыхания милой, чтобы ваши щеки пылали от счастья! К шепоту матери-природы недостает слов любви... Женщину!! Вы смотрите на меня с изумлением... Ха-ха! Я заговорил не своим языком? Да, это не мой язык... Отрезвившись, я не раз покраснею за этот язык... Впрочем, почему же мне и не поболтать поэтически? Гм... Кто мне воспретит?
  П л а т о н о в. Никто.
  В е н г е р о в и ч  2. Или, может быть, этот язык богов не соответствует моему положению, моей фигуре? У меня лицо не поэтическое?
  П л а т о н о в. Не поэтическое...
  В е н г е р о в и ч  2. Не поэтическо

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 127 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа