Главная » Книги

Евреинов Николай Николаевич - Кухня смеха

Евреинов Николай Николаевич - Кухня смеха


1 2 3


Н. Н. Евреинов

  

Кухня смеха

(Мировой конкурс остроумия)

Пародия в 4-х шаржах

  
   Русская театральная пародия XIX - начала XX века
   М., "Искусство", 1976
  

ЗАСЕДАНИЕ ЖЮРИ КОНКУРСА

  
   Председатель жюри. Учреждая мировой конкурс остроумия, дирекция нашего театра имела в виду пополнить заметный пробел в репертуаре. Наш театр до сих пор не имел случая показать на своих подмостках цвет современного комического театра как оригинального, так в особенности и переводного, за что и подвергался упрекам, как всегда, доброжелательной и беспристрастной критики. Но лучше поздно, чем никогда! Вовремя одумавшись, дирекция нашего театра выработала условия конкурса и обратилась по радио к драматургам всех наций с предложением написать пьесы на специальную тему. Условием конкурса поставлено премировать пьесы не только выдающиеся, но и типично остроумные для веселых пьес данной национальности. Прежде всего позвольте вас ознакомить с темой конкурса, предложенной авторам для обработки в виде сценического произведения. Господин секретарь, потрудитесь прочесть задачу.
   Секретарь (читает). "На одном из великосветских балов среди скучных кавалеров нашелся весельчак, которому ужасно захотелось позабавиться на чужой счет. Сказано - сделано. Улучив минутку перед кадрилью, он зашел в курительную комнату и под благовидным предлогом стал хвастать ловкостью рук.
   - Мне ничего не стоит,- заявил он вызывающим тоном,- отрезать любому из присутствующих пуговицы на платье и ровно в две минуты пришить их на место.
   - Это невозможно,- раздалось кругом.
   - Пари на сто рублей,- ответил весельчак.
   - Сто рублей - это слишком много,- ответил граф N, отличавшийся скупостью.
   - Ну что ж,- прервал его весельчак,- держим пари на полтинник, дело не в сумме...
   Пари было принято, пуговицы на графском жилете были отрезаны, но пришить пуговицы в две минуты оказалось действительно невозможно.
   - Что? Проиграли? - воскликнул торжествующе граф.
   - К сожалению,- ответил весельчак, отдавая полтинник, под громкий хохот присутствующих.
   Все поспешили к своим дамам, кроме графа, жилетка которого являла грустное зрелище опустошения".
   Председатель. Из числа представленных на конкурс немецких пьес жюри остановилось на пьесе "Пчелиная любовь" - "Die Bienenliebe", присланной под девизом "Was soll es bedeuten das ich so traurig bin" {[Не знаю], что значит такое, Что скорбью я смущен (нем.).}. По вскрытии конверта автором оказался Георг Мейер (Франкфурт-на-Майне).
  

За сценой музыка исполняет туш.

  
   По ознакомлении с присланными французскими пьесами жюри остановило свое внимание на пьесе "Четверть часа Жоржеты" ("Les boutons d'amour"), присланной под девизом "Oh-la-la", - Жюля Корбо.
  

Туш.

  
   Из русских пьес удостоена премии пьеса "Гордердергор" под девизом "Учусусмех". Автор - кооператив остряков "Ха-ха".
  

Туш.

  
   Последняя из премированных пьес - американская, "Пари двух рыжих дьяволов" ("The betting of two red Devils") под девизом "Times is money" {Время - деньги (англ.).}, принадлежит перу мистера Уильяма Меджа.
  

Туш.

  
   Премированные пьесы будут представлены в порядке вынутого жребия. Приглашая публику со всем вниманием следить за спектаклем, я вместе с тем почитаю приятным долгом поставить в известность, что ввиду важности конкурса перед каждой пьесой будет прочитан протокол жюри по присуждению премии. Жюри не намерено скрывать от цивилизованного мира мотивов своих решений. Жюри счастливо сознанием, что мужественно исполнило свой долг до конца. Господин секретарь, прошу приступить к чтению первого протокола.
  

Секретарь выступает вперед.

Занавес опускается.

  
   Секретарь. Первой будет представлена пьеса "Пчелиная любовь" - "Die Bienenliebe", Георга Мейера. Премируя названную пьесу, жюри исходило из следующих оснований (читает протокол): "Пчелиная любовь" представляет собой во всех отношениях характерную немецкую "лустшпиль"*. Во-первых, веселость и остроумие "Пчелиной любви", несмотря на все комичные препятствия, которые так часто ставятся легкомыслием на пути веселости, остаются, однако, до конца в высшей степени добродетельными и целомудренными. Всею, так сказать, тяжестью своего остроумия пьеса стремится поддержать добрые устои нравственности. Во-вторых, не менее типичным признаком ее является милитаризация анекдота с характерным для современной Германии добродушием в отношении недавнего прошлого. Дело происходит, правда, не на маневрах, как в других классических немецких пьесах, заставлявших так много и искренне смеяться публику, но все же в среде и условиях, напоминающих маневры.
   Как известно, в истинно остроумной пьесе немецкого происхождения по крайней мере один из персонажей должен непременно заикаться. При этом считается чрезвычайно смешным, когда одно из действующих лиц очень высокого роста, а другое, наоборот, очень маленького. Жюри констатирует, что эти условия соблюдены Георгом Мейером во всей святости комедийной традиции. Приятное чувство любви к природе, оживляемое время от времени звуками военного марша, а также заботы о предметах домашнего хозяйства дополняют картину остроумной немецкой пьесы. По всем означенным соображениям жюри единогласно присудило премию господину Георгу Мейеру (Франкфурт-на-Майне). (Уходит.)
  

Занавес поднимается.

  

"ПЧЕЛИНАЯ ЛЮБОВЬ"

("Die Bienenliebe")

ОДНОАКТНАЯ ШУТКА ГЕОРГА МЕЙЕРА

  

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

  
   Полковник Келлер.
   Гретель, его дочь.
   Лейтенант фон Блюменвальд.
   Обер-лейтенант Цвибель.
   Михель, денщик.
  

Ярко-зеленый сад в дачной местности, около лагерей. Налево вход на дачу. Посредине, под деревом, небольшой садовый стол и плетеные стулья.

  
   Денщик (накрывая стол и вытирая затем стулья, комичными движениями отмахивается от пчелы). Ну, проклятая! отстань. Отстань! тебе что говорят? И откуда здесь столько пчел появилось!.. Ишь вьется, словно Цепелин*... Ваше сиятельство, граф Цепелин, убирайтесь вы отсюда подальше!- наша барышня терпеть не может таких воздухоплавателей!- ужалит в щечку - лечи потом волдырь! а они невеста, и красота для них первое дело!.. (После паузы.) Уселась!.. Ах, ты, мой милый бог!* да ведь я здесь варенье давеча пролил! Ишь, варенье любит! Кто его не любит! Вот лейтенант фон Блюменвальд или обер-лейтенант Цвибель так те еще почище пчел над нашей дочкою полковника вьются! А почему? - потому, что она для них заместо варенья, хоть и строптива характером, мой милый бог, до того строптива, что эх! (Машет рукой.) А лакомый кусочек! - одно слово варенье. (Смотрит направо.) Никак сюда идут? - Так и есть! - Господин лейтенант фон Блюменвальд. Душа-парень! Люблю его. (Расчувствовавшись.) Не обидит простого человека, у которого в деревне зазноба Каролинхен тоскует! (Вытирает слезу.)
  

Справа входит лейтенант фон Блюменвальд в фуражке и белых замшевых перчатках.

  
   Лейтенант. Здорово, дружище!
   Денщик. Здравия желаю, господин лейтенант!
   Лейтенант. Что это ты, дружище, глаза трешь?
   Денщик. Так что муха залетела, господин лейтенант.
   Лейтенант (тихо). Передал барышне мою записочку?
   Денщик (тоже тихо). Так точно, господин лейтенант.
   Лейтенант. Спасибо. (Дает на чай и прогуливается.)
   Денщик. Благодарим покорно, господин лейтенант. (Пересчитывает деньги.) 50 пфенигов! Мой милый бог! Это значит четыре кружки пива и почтовая марка для письма моей Каролинхен.
   Лейтенант. Полковник дома?
   Денщик. Так точно. Сейчас обедать будут.
   Лейтенант. А барышня?
   Денщик. Принаряжаются, господин лейтенант.
   Лейтенант. Ах, Михель, если б ты только знал, что сейчас делается с моим несчастным сердцем!
   Денщик. Я вас очень хорошо понимаю, господин лейтенант, так как я сам из любви к своей Каролинхен давно уже потерял голову и щетку для платья, а у сапог господина полковника чищу ваксой иногда не голенища, а подошвы, так что потом два дня пол отмывать приходится.
   Лейтенант. Бедный малый! Полковник не слишком сердит?
   Денщик. Никак нет,- сегодня сапоги полковника вычищены надлежащим манером.
   Лейтенант (уходя). О, Гретель, Гретель, если б ты знала, как я страдаю. (Уходит, вздыхая, налево.)
   Денщик (ему вслед). Совсем как пчелка на варенье летит. Однако сначала ему придется выслушать жужжание нашего шмеля - полковника. Жж... жж... жж... жж... Все "черт побери" да "черт побери", вечно бранится! А все-таки хоть на языке у него дьявол, а на сердце ангел, и добрее нашего полковника не сыскать в целом мире. Да-с, не ровня он этому обер-лейтенанту Цвибелю, чтоб ему на том свете... (Заслышав справа шаги.) Ой, милый бог, вот легок на помине!
   Обер-лейтенант (с лысиной, в монокле, в фуражке и белых замшевых перчатках. Вид сердитый, голос неприятный, часто заикается). Господин по-по-полковник дома?
   Денщик (вытягивается во фронт, слегка выпятив живот). Так точно, господин обер-лейтенант.
   Обер-лейтенант. Чего брюхо вы-вы-вы-выпятил? Подбери живот. (Дает ему тумака в живот.)
   Денщик. Ох... (Выгибается сзади.)
   Обер-лейтенант. Бе-бе-бе-без нежностей!.. Подбери сзади. Розг просишь?.. (Ударяет его слегка ножнами сабли.)
   Денщик. Ни-ни-никак нет!
   Обер-лейтенант. Ты-ты-ты-ты что это, меня передразнивать вздумал?! Берегись.
   Денщик. Слушаю-с, господин лейтенант!
   Обер-лейтенант (тихо). Передал записку фрейлейн Гретель, как я тебе приказал?
   Денщик (орет). Так точно. Передал записку фрейлейн Гретель, как зы мне приказали!
   Обер-лейтенант. Чшш... Тише, каналья! Хочешь, чтобы полковник узнал? Берегись, бездельник!
   Денщик. Слушаю-с, господин обер-лейтенант.
   Обер-лейтенант. Полковник у себя?
   Денщик. Так точно!
   Обер-лейтенант (грозит ему кулаком). С... с... смотри! (Уходит налево.)
   Денщик (потирая живот и спину). Чертова перечница! как же, так я и передал твою записку фрейлейн Гретель! Держи карман шире! (Вынимает розовое письмо из кармана.) Хоть бы раз дал на пиво бедному Михелю! только и знает наводить дисциплину! А в письме нежности разводит! Подумаешь, какой поэт выискался! Клопшток проклятый! (Читает, передразнивая обер-лейтенанта.) "До-до-дорогая мо-мо-моя Гретель! Е-е-е-если б вы могли и-и-измерить глу-глу-глу-глубину мо-мо-моего чувства...". Хе-хе-хе! Письмецо пригодится! Перепишу его поаккуратнее, да и пошлю своей Каролине! - то-то удивится моей образованности! (Вытягивается во фронт и говорит в сторону ушедшего обер-лейтенанта.) Спасибо, господин обер-лейтенант!- славный черновик вы написали для моего любовного послания! (Хохочет.) Ишь полетел, словно пчелка на варенье! Воображает с фрейлейн Гретель в одном улье поселиться! Не бывать этому! Или наш сердитый шмель того не допустит, или сама фрейлейн Гретель его прогонит! Потому что таких трутней, как этот Цвибель, завсегда изгоняют из ульев! Мне это доподлинно известно: мой дед пасечник.
   Полковник (за сценой). Черт возьми, говорю вам немецким языком или нет? Это ее желание, и тут сам дьявол ничего не может сделать. (Выходит в сопровождении лейтенанта и обер-лейтенанта.)
  

Денщик отдает честь, приложив руку к непокрытой голове, и уходит налево.

  
   Обер-лейтенант. Но позвольте, господин по-по-полковник...
   Полковник. Ничего не позволю, господин обер-лейтенант. Повторяю вам немецким языком: Гретель объявила, что выйдет замуж за того из вас двоих, который окажется наиболее умо-предусмотрительным. Понимаете ли вы, черт побери? - наиболее умо-предусмотрительным.
   Лейтенант. Воля фрейлейн Гретель для меня закон.
   Полковник. И для меня тоже. Я военный с головы до ног и привык еще с утробы матери подчиняться так же добросовестно, как и командовать. Да здравствует дисциплина! Когда еще была жива моя покойная Амальхен, моя ненаглядная женушка... (Трет глава.) Черт возьми! опять мне в глаз что-то попало. Когда она была жива, говорю я вам немецким языком, мне в доме никому другому не оставалось подчиняться, как ей, хозяйке дома. Теперь, с ее смертью... (трет глаз) соринка все еще в глазу. Теперь, с ее смертью, говорю я вам немецким языком, хозяйкой дома является моя единственная дочь Гретель, и я органически не в силах выйти иа подчинения ее желаниям. Понимаете ли вы, триста чертей и одна ведьма, "ор-га-ни-чески".
   Обер-лейтенант. Но-но-но ведь это же каприз! э-э-это...
   Полковник. Военная субординация не допускает критики. Я знаю, к чему ведет послабление дисциплины: сегодня вы не застегнули пуговицы на перчатке, а завтра сдали крепость неприятелю. Вот чем это пахнет, мой друг. Однако где же Гретель? Я позову ее! А вы пока обдумайте, что вам сказал отец своей единственной дочери. И притом любящий отец, триста чертей и одна ведьма. (Уходит налево.)
  

Лейтенант и обер-лейтенант смотрят ему вслед, потом друг на друга и шагают задумчиво в разных направлениях; затем сходятся и останавливаются друг перед другом.

  
   Обер-лейтенант (прикладывает руку к козырьку). Господин лейтенант.
   Лейтенант (тоже прикладывает руку к козырьку). Господин обер-лейтенант.
   Обер-лейтенант. Если вы настоящий с... с... служака, то вам должно быть не чуждо чи... чи... чи...
   Лейтенант. Чистота?
   Обер-лейтенант. Н... нет. Чи... чи... чи...
   Лейтенант. Чириканье?..
   Обер-лейтенант. Н... нет... Чи... чи... чи...
   Лейтенант. Чирии?..
   Обер-лейтенант. Н... нет. Чи... чи... чи... чинопочитание. А если так, то вы, как младший, должны уступить фрейлейн Гретель мне, как старшему. Вы-вы-вы согласны?
   Лейтенант. Простите, я не подготовился к вашему вопросу, ввиду того что совсем не ожидал вас встретить здесь сегодня, так как вы, насколько мне известно, назначены участвовать в военной прогулке (смотрит на часы), а сейчас как раз половина двенадцатого.
   Обер-лейтенант (испуганно хватая его за руку). Ради бога, не выдавайте меня полковнику! Я заменил себя обер-лейтенантом фон Люст.
   Лейтенант. Но полковник не разрешает подобных замен.
   Обер-лейтенант. Я надеюсь, однако, что вы не подведете своего товарища.
   Лейтенант. О разумеется, я не доносчик.
   Гретель (входит в розовом платье, сентиментально украшенном бантиками и приколотой бутоньеркой *. Говорит по-военному). Здравствуйте, господа.
   Лейтенант и обер-лейтенант (вместе, руки у козырька). Здравия желаем!
   Гретель. Господин обер-лейтенант, два шага вперед! Марш!
  

Обер-лейтенант исполняет приказание.

  
   Правую руку вперед! Раз!
  

Тот протягивает руку, она здоровается с ним за руку.

  
   Здравствуйте. Налево кругом, марш!..
  

Обер-лейтенант отходит.

   Хальт!
  

Тот останавливается.

  
   Господин лейтенант, два шага вперед, марш!
  

Та же игра.

  
   Здравствуйте. Налево кругом, марш!
  

Та же игра. Теперь оба стоят к ней спиной.

  
   Колонна, налево кругом!
  

Оба оборачиваются.

  
   Вольно!
  

Офицеры подходят к ней с разных сторон.

  
   Обер-лейтенант. Вы обворожительны!
   Лейтенант. Вы очаровательны!
   Обер-лейтенант. Мое сердце выбивает барабанную дробь.
   Лейтенант. А мое прыгает, как конь на ученье.
  

Она протягивает им руки, которые те целуют пальчик за пальчиком.

  
   Денщик (принесший селедку на блюде; в сторону). Совсем как пчелки к варенью льнут. Две капли воды! Меня не проведешь: мой дед пасечник.
   Гретель (офицерам). Полковник объявил вам мою волю?
   Офицеры. Так точно.
   Гретель. Итак, состязание начинается. Кто из вас окажется умо-предусмотрительнее, тот получит мою руку и сердце.
   Офицеры. Слушаемся.
   Денщик (в сторону). Так вот какое условие? Ну ладно! Посмотрим, удастся ли трутню в улье поселиться. (Уходит, комично столкнувшись с полковником.)
   Полковник. Триста чертей и одна ведьма!!!.. Опять пьян, каналья?!
   Денщик. Никак нет, господин полковник.
   Полковник. Подавай обед, чертово отродье, чтоб тебя разорвало, рожа пьяная, остолоп проклятый! (Отходит к офицерам.)
   Денщик (в сторону). Со-овсем как отец родной относится! (Расчувствовавшись.) Даром что бранится, а понимает нашего брата, солдата. (Смахивает слезу.) Опять муха в глаз залетела! (Уходит.)
   Полковник. Прошу всех обедать. Ввиду того что сегодня воскресенье, мы будем иметь королевский обед: селедку с картофелем, молочный суп, сосиски, шманд-кухен и кофе по-венски! Пиво экстра!
  

Слышны звуки веселого марша1 мимо проходящих солдат.

1 "Die Wachtparade kommt", Rieh. Eilenberg, op. 78.

  
   Гретель (радостно). Солдаты! (Марширует вокруг сцены, отдавая честь). Раз-два, раз-два!
  

Офицеры маршируют следом за ней.

  
   Полковник (посмотрев на них). Не могу смотреть равнодушно, когда маршируют. (Присоединяется в ним, стае во главе колонны и громко командуя.) Раз-два, раз-два. Правой, левой, правой, левой. Правое плечо вперед!
  

Музыка играет все громче и громче. Появляется денщик с миской супа; сначала, разинув рот, он смотрит на марширующих, затем не выдерживает и присоединяется к ним, держа миску перед собой.

Музыка затихает.

  
   Полковник (отдуваясь). Ну-с, а теперь, нагуляв аппетит, за стол! Садитесь!
  

Оба офицера суетятся, подставляя стул фрейлейн Гретель, желая выказать свою предусмотрительность; комическая игра. Денщик поставил миску на стол. Полковник разливает.

  
   Садитесь, черт возьми, немецким языком говорю вам иди нет?
  

Гретель уселась. Офицеры тоже, передав фуражки и перчатки денщику, который их уносит налево, затем возвращается и вытягивается во фронт около стола. Едят.

  
   Гретель. Когда солдаты с музыкой возвратятся, мы проводим их до лагеря. (Роняет салфетку; офицеры бросаются поднимать, но сталкиваются лбами, отскакивают, трут лбы, а салфетку поднимает сама Гретель.) Мерси! Вы одинаково умо-предусмотрительны!
  

Денщик фыркает со смеху.

  
   Полковник. Ах да, господин обер-лейтенант, разве я вас не назначил сегодня на военную прогулку?
   Обер-лейтенант. Н... н... никак нет, господин по-по-по...
   Полковник. Полковник, я знаю. Где моя записная книжка? Михель, принеси мою записную книжку! Живо!
  

Михель убегает со всех ног.

  
   Неужели я ошибся?
   Гретель (отмахиваясь от пчелы). Отстань!.. Отстань!.. Вот пристала!.. Да прогоните же пчелу, господа офицеры! Вы меня совсем не защищаете!
  

Обер-лейтенант обнажает саблю и машет ею в воздухе; лейтенант следует его примеру; сначала они как будто имеют в виду пчелу, затем переходят на поединок.

  
   Полковник (вскочив и разнимая их своей саблей). Хальт! Если вы хотите, черт побери, устраивать дуэль, то можете избрать для этого фехтовальный зал и внеобеденное время! (Командует.) Сабли в ножны! Раз!
  

Все трое вкладывают сабли в ножны.

  
   А теперь (поднимает кружку пива) пью здоровье храбрецов, готовых пролить кровь из-за Гретель! Прозит, прозит, прозит!
  

Все чокаются и пьют. Денщик убирает осушенные кружки и уходит за полными.

  
   (Жуя сосиску.) Тем не менее я объявляю вам, господа, выговор за нарушение дисциплины, которая в нашем полку решительно ослабела за последнее время. Стоит только вспомнить недавние случаи неотдания чести; черт побери, канальи забывают, что лучше лишить жизни человека, чем чести! Каким путем приобретается честь? А тем, что вам ее отдают, отдают и отдают. Вот она у вас и накопляется, черт побери! Как будто трудно это понять... (Потчуя.) Кушайте сосиски! Вы делжны любить все национальное!.. Или вот недавно я встретил двух молодцов с оторванными пуговицами на перчатках. Как вам это понравится! Пришлось отправить обоих на сутки под арест, несмотря на то, что один из них вечером должен был жениться на сестре другого. Дисциплина прежде всего!
   Обер-лейтенант. Совершенно верно, господин по-по-по...
   Полковник. Полковник, я знаю.
  

Денщик приносит еще пива, шманд-кухены и кофе.

  
   Обер-лейтенант. Что касается перчаток, так я даже сам выучился пришивать к ним пуговицы, по-по-потому что у денщика всегда рука грязные.
   Полковник. Михель, покажи твои руки!
  

Михель показывает ладони, попеременно отдавая честь то правой, то левой рукой. Комическая игра.

  
   Смотри ты у меня! (Обер-лейтенанту.) Продолжайте.
   Обер-лейтенант. Я так напрактиковался, что пришиваю пуговицы на обеих перчатках ровно в двадцать две секунды. Вы это можете, господин лейтенант?
   Лейтенант. В двадцать две секунды? - Невозможно!
   Обер-лейтенант. А я могу.
   Лейтенант. Невозможно.
   Обер-лейтенант. Держу пари на 5 марок!
   Лейтенант. Это какой-нибудь фокус?
   Обер-лейтенант. Ничуть. Хотите пари?
   Лейтенант (смеясь). Идет!
   Обер-лейтенант. Чтобы вас не обижать, держу пари только на 5 пфеннигов.
   Лейтенант (с задором). Нет уж, если это серьезное пари, так на 25 марок!
   Обер-лейтенант (смутившись). З-за-зачем же так много? ведь вы про-про-про...
   Лейтенант. Продую?
   Обер-лейтенант. Д... да...
   Лейтенант. Вам же лучше!..
   Гретель. Хвалю лейтенанта! Люблю тех, кто рискует.
   Обер-лейтенант (кисло). Ну как хотите. Да-да-давайте мне ваши перчатки и иголку с ниткой.
   Лейтенант. Полковник, вы разрешаете?
   Полковник. Разрешаю.
   Лейтенант. Михель, принеси мои перчатки!.. Фрейлен Гретель, вы разрешаете?
   Гретель. Разрешаю,
   Лейтенант (денщику). И иголку с ниткой.
   Денщик (уходя, в сторону). Мой милый бог, надобно спасать лейтенанта. Я всегда жалею пчелок: мой дед пасечник. (Ушел.)
   Обер-лейтенант (к Гретель). Из этого пари фрейлейн Гретель с... с... совершенно ясно увидит, кто из нас умо-предусмотрительней...
   Гретель. Посмотрим.
  

Все встают из-за стола и благодарят полковника и Гретель.

  
   (Сама же Гретель целует руку отца, говоря.) О мой любимый отец, остался ли ты вполне доволен шманд-кухенами, которые тебе приготовила любящая тебя дочурка Гретель? Полковник. Вполне, мое сладкое, умо-предусмотрительное дитя!
  

Все переходят на аван-сцену. Обер-лейтенант беседует с Гретель. Полковник закуривает сигару. Денщик сбоку подает перчатки лейтенанту и иголку с ниткой обер-лейтенанту.

  
   Обер-лейтенант. Прекрасно! Позвольте перчатки, господин лейтенант!
  

Тот передает перчатки.

  
   А! такие же, как у меня, на трех пуговицах каждая. Прекрасно!.. Итак!.. (Обрывает пуговицы.) Теперь смотрите все на часы!..
  

Все присутствующие смотрят на часы, а обер-лейтенант начинает неуклюже пришивать, тыча иголку не тем концом, каким надо.

  
   Полковник. Двадцать две секунды прошло!
   Лейтенант. Гретель. Денщик. Совершенно верно.
   Обер-лейтенант. Прошло?.. (Деланно смеется.) Ну что ж, я про-про-про...
   Полковник. Лейтенант. Гретель. Денщик. Продули?
   Обер-лейтенант. Да... да... (Отдает 25 марок лейтенанту.) Но зато вам, господин лейтенант, придется вместо прогулки с фрейлейн Гретель пришивать пуговицы к перчаткам, а то вас арестует господин по-по-по...
   Лейтенант. Полковник, я знаю. Но это, кажется, не мои перчатки! (Примеряет.)
   Денщик (полковнику). Вот, господин полковник, я нашел под столом вашу записную книжечку. Верно, обронили.
   Полковник. Громовая погода!!.. (Просматривает книжечку.)
   Лейтенант. Михель! Чьи это перчатки ты мне подсунул?..
   Денщик. Виноват, господин лейтенант, я второпях принес вам перчатки господина обер-лейтенанта.
   Обер-лейтенант. Как так?!! (Надевает перчатки, переданные ему лейтенантом.)
  

Денщик убегает и приносит через несколько секунд фуражки офицеров и перчатки лейтенанта.

  
   Полковник (обер-лейтенанту, свирепо). Господин обер-лейтенант, я вас должен немедленно отправить под арест. Вы почему не исполняете своих служебных обязанностей? Я вас назначил сегодня на военную прогулку, а вы манкировать?
  

Вдали слышится музыка марша.

  
   Гретель (радостно). Легки на помине!
   Полковник. Под арест!..
  

Обер-лейтенант берет фуражку у денщика, надевает ее и отдает честь полковнику, вытянувшись во фронт.

  
   Гретель. Теперь я ясно увидела, кто из вас двух умо-предусмотрительнее, и охотно отдаю свою руку и сердце господину лейтенанту, тем более что за штрафованного офицера мне не позволили бы выйти замуж мои семейные традиции.
   Лейтенант. Гретель!!!
   Гретель. Фриц!!!
   Лейтенант. Господин полковник, вы разрешаете?
   Полковник. Разрешаю.
   Лейтенант (обнимая Гретель). Моя сладкая булочка!
   Гретель. Моя маленькая мышка!
   Лейтенант. Моя хорошенькая синичка!
   Гретель. Мой веселый снегирь!
  

Поцелуи. Полковник и денщик вытирают глаза.

  
   Денщик. Совсем как пчелки... Мой дед пасечник.
   Полковник. Опять соринка в глаз попала.
   Денщик. И мне тоже.
   Полковник (обер-лейтенанту). Левое плечо вперед! Шагом марш!
  

Обер-лейтенант уходит с вытянутым лицом в такт музыки направо.

  
   Гретель. А на эти 25 марок, что ты выиграл, мы купим Мадонну Каульбаха*, подставку под кофейник, брюковыпрямитель и несколько хозяйственных предметов первой необходимости, дешевых и практичных.
   Денщик (умиленный). Купите улей! Пчелки будут вам мед делать! Мой дед пасечник.
   Полковник. Улей я им сам куплю, черт меня побери совсем! Это будет мой свадебный подарок. А тебя, Михель, я назначаю пасечником.
   Денщик (обрадованный). Моя давнишняя мечта!.. Ах ты, мой милый бог, то-то обрадуется моя зазноба Каролинхен!
   Гретель (лейтенанту). Идем же, Фриц, на нашу первую прогулку жениха и невесты!
   Лейтенант (надев фуражку и перчатки). Идем, милая Гретель.
   Полковник. Хальт! Не забудьте, черт побери, что, женившись, вы должны мне изготовить к сроку внука, из которого вышел бы хороший солдат и верный служака своему отечеству.
   Лейтенант и Гретель. Рады стараться, господин полковник. (Она берет его под руку, и оба, отдавая честь полковнику, уходят под громкие звуки марша направо.)
  

Полковник и денщик некоторое время машут им платками, затем полковник быстро оборачивается к денщику, охваченный радостной мыслью, и, слоено в экстазе, командует.

  
   Полковник. Налево!.. Направо!.. Кругом!.. Во фронт!.. Полуоборот налево!.. Два шага вперед!.. Вот тебе 20 пфеннигов... В пивну-ую марш!.. Ха-ха-ха-ха-ха...
  

Денщик, в такт музыки, уходит церемониальным маршем.

Занавес

  
   Секретарь. Премия за французскую пьесу присуждена Жюлю Корбо. Названье его пьесы: "Les boutons d'amour". Это название, заключающее в себе непереводимую игру слов, так как означает одновременно и "Бутоны любви" и "Пуговицы любви", было заменено другим таким же бойким названием "Четверть часа Жоржеты". Присуждая премию за эту комедию и руководясь целью премировать главным образом наиболее типичное для данной нации остроумие, жюри прежде всего приняло во внимание тот общеизвестный факт, что французская кухня издревле готовит все на сале. При этом психологический анализ французской комедии вскрывает не только душу. Совмещая драматургически телесное с духовным, но совлекая с материального покровы духа, автор французской комедии одновременно смелым движением срывает одежды, обнаруживая не только подкладку душевных эмоций, но и подкладку платья, те дессу, тот внутренний материальный мир, который таится под внешней личиной благообразия и в котором отпечатлевается дух человека. Как на иллюстрацию нельзя не сослаться на то обстоятельство, что из всех присланных на конкурс французских пьес только в шестнадцати актриса не принуждена раздеваться, только в двух - фабула не основана на адюльтере, лишь в двадцати одной мужчина не фигурирует в нижних невыразимых и лишь в тридцати девяти герой не хватается за живот, исчезая с соответствующим выражением на лице в места не столь отдаленные. Этот исключительный реализм французского комического театра в полной мере дан господином Жюлем Корбо в его "Четверть часа Жоржеты". Самый анекдот рассматривается господином Корбо по национальной традиции французского театра как предлог для забавных каламбуров, рискованной игры слов, метких bons mots {Остроты (франц.).} и пикантных qui pro quo {Недоразумения (латин.).}. Вместо деловитости, с которой немцы прежде всего исследовали, что именно смешно в предложенном на конкурс анекдоте о пуговицах,- заданная тема трактуется господином Корбо с неизмеримо большей легкостью и той особенной грацией, которая составляет лучшее достоинство так называемого esprit gaulois {Галльского ума (франц.).}. В заключение жюри считает необходимым заметить, что пьеса господина Корбо премирована не единогласно, а большинством голосов: один из членов жюри остался при особом мнении, признав данное произведение недостаточно национальным в смысле гривуазности и отдав решительное предпочтение другому из присланных на конкурс произведений, именно комедии под названием "Мими забыла панталоны". (Уходит.)
  

ЧЕТВЕРТЬ ЧАСА ЖОРЖЕТЫ

("Les boutons d'amour")

КОМЕДИЯ В ОДНОМ АКТЕ ЖЮЛЯ КОРБО1

  
   1 Автор (H. H. Евреинов) категорически настаивает, чтобы при постановке этой пародии на сцене режиссура не допускала ни малейшего изменения текста или игнорирования ремарок со стороны артистов, склонных придать этой пародии непристойный характер фарса.
  

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

  
   Фротинэ.
   Люси, его жена.
   Мадам Дэбу.
   Клодина, горничная.
  

Будуар. Направо дверь в прихожую, налево в гостиную, в середине в ванную. Все три двери со спущенными портьерами. В меблировке много шика. Около пианино уютная лампа под большим абажуром, с амурами. Господин Фротинэ с тщательно зачесанной лысиной, во фраке с орденским отличием стоит перед средней дверью и нетерпеливо натягивает белые перчатки, то и дело нервно поправляя монокль под седой, сердито сдвинутой бровью.

  
   Фротинэ. Я уже надеваю перчатки! Ты слышишь? Я говорю, что надеваю перчатки.
   Люси (за портьерой). А я чулки. (Высовывает кончик нош.)
   Фротинэ. Это ни на что не похоже!
   Люси. А между тем это самое модное. Такой ажур носит сама герцогиня Пармская.
   Фротинэ. Но, черт возьми, я говорю не про чулки, не про ажур, и не про герцогиню Пармскую, а про то, что уже 10 часов и мы опоздаем на раут к Лобриэ.
   Люси. Твои часы спешат.
   Фротинэ. Ты хорошо бы сделала, если б последовала их примеру. Что за безумие брать ванну за час до отъезда на раут!
   Люси. Оставь меня в покое.
   Фротинэ. В покое? Да; но не в дезабилье, когда часы показывают 10. Держу пари, что второй такой жены не найдется в целом мире. Ты забыла, что у Лобриэ будет Лагранж, который сильно тобой интересуется. Лагранж ближайший друг де Морнье, а от Морнье зависит вся моя карьера.
   Люси. Тем более я не мо

Другие авторы
  • Мраморнов А. И.
  • Щербина Николай Федорович
  • Струве Петр Бернгардович
  • Пнин Иван Петрович
  • Милицына Елизавета Митрофановна
  • Свенцицкий Валентин Павлович
  • Кржижановский Сигизмунд Доминикович
  • Кайсаров Михаил Сергеевич
  • Анненкова Прасковья Егоровна
  • Гюббар Гюстав
  • Другие произведения
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Ластовка. ...Собрал Е. Гребенка... Сватанье. Малороссийская опера в трех действиях. Сочинение Основьяненка
  • Джером Джером Клапка - Люди будущего
  • Беранже Пьер Жан - Д. Горбов. Беранже
  • Гиппиус Зинаида Николаевна - Почти-рай
  • Байрон Джордж Гордон - Стихи, вырезанные на чаше, сделанной из черепа
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Педант
  • Полонский Яков Петрович - С. Тхоржевский. Высокая лестница
  • Веселовский Александр Николаевич - Шильонский узник (Байрона)
  • Добычин Леонид Иванович - Нинон
  • Огарев Николай Платонович - Забытье
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
    Просмотров: 449 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа