Главная » Книги

Шекспир Вильям - Сцена из трагедии Шекспира "Ромео и Юлия". Действ. Ii, сц. 2

Шекспир Вильям - Сцена из трагедии Шекспира "Ромео и Юлия". Действ. Ii, сц. 2


1 2


Сѣверные цвѣты на 1829. СПб, 1828

  
  
                      СЦЕНА
                Изъ трагед³и Шекспира:
                   POMEO и ЮЛ²Я.
  
                   Дѣйств³е II, Явлен³е 3.
  
                   Садъ Капулета.
                   Входитъ Ромео.
  
                       Ромео.
  
             Кто раненъ не бывалъ, надъ язвами
             Тотъ насмѣхается.
                   (Юл³я показывается y окна.)
                       Но тише! Что
             За свѣтъ внезапно здѣсь въ окнѣ блеснулъ ?
             То свѣтъ востока: Юл³я есть солнце. -
             Взойди, о солнце красоты; затми
             С³ян³е луны ревнивой; ты
             Хоть только служишь ей, прекраснѣе
             Ея, и при твоемъ она явленьи
             Ужь мучится досадой и блѣднѣетъ.
             Оставь служенье ей: она ревнива;
             Ея дѣвичей цвѣтъ одежды син³й,
             Больной; его лишь на безумныхъ видятъ, -
             Такъ, это Юл³я, моя любовь!
             О, какъ ей въ томъ открыться!
             Она промолвила, a я ни звука
             Не понялъ. Все равно: есть и въ глазахъ
             Ея языкъ; имъ буду отвѣчать. -
             Я слишкомъ дерзокъ; говоритъ она
             Не мнѣ. Вотъ двѣ изъ самыхъ яркихъ звѣздъ,
             За чѣмъ-то отлучаясь съ неба, просятъ
             Ея глаза до возвращен³я
             С³ять въ ихъ сферахъ. Но когда бъ ея
             Глаза явились на небѣ, a звѣзды
             У ней на личикѣ; тогда отъ блеска
             Ея ланитъ онѣ бы поблѣднѣли,
             Какъ пламенникъ отъ блеска дня блѣднѣетъ;
             Тогда столь ярк³я бы волны свѣта
             Отъ глазъ ея по воздуху горѣли,
             Что птицы бъ, день привѣтствуя, запѣли. -
             Какъ на рукѣ она покоитъ щеку!
             За чѣмъ я не перчатка, что бы мнѣ
             Коснуться щечки!
  
                       Юл³я.
  
                       Ахъ!
  
                       Ромео.
  
                             Сказала что-то.
             O свѣтлый ангелъ, говори еще!
             Стоя на высотѣ, всю эту ночь
             Ты озаряешь, какъ небесъ посланникъ,
             Когда предъ изумленнымъ взоромъ смертныхъ,
             Глаза въ него вперившихъ и недвижныхъ,
             Онъ, разсѣкая облака въ ихъ тихомъ
             Теченьи, въ лонѣ воздуха плыветъ.
  
                       Юлiя.
  
             Ромео! Ахъ, зачѣмъ Ромео ты!
             Отвергни это имя, откажись
             Отъ своего отца; иль, если ты
             Того не хочешь, поклянися мнѣ
             Любовью: я не буду Капулетъ.
  
                   Ромео (въ сторону).
  
             Еще ли слушать, иль отвѣтить мнѣ?
  
                       Юл³я.
  
             Мой врагъ твое лишь имя. Переставъ
             Быть Монтэгю, ты все же будешь ты.
             Что это Монтэгю? и не рука,
             И не нога, и не лице; не часть
             Какая человѣка. Ахъ, что имя!
             Что розой мы зовемъ, и при другомъ
             Названьи также бы благоухало.
             Такъ и Ромео: не зовись онъ больше
             Ромео; и безъ имени сего
             Свои онъ сохранилъ бы совершенства.
             Ромео, откажись отъ имени;
             Оно не часть тебя; a я тебѣ
             За это имя всю себя даю.
  
                       Ромео.
  
             Не измѣни же слову; назови
             Меня своимъ: и я перекрещусь;
             Не буду я Ромео никогда.
  
                       Юл³я.
  
             Ахъ, кто ты, похититель тайнъ моихъ,
             Укрывш³йся въ ночи!
  
                       Ромео.
  
                       Не знаю, какъ
             Назвать себя, чтобъ ты меня узнала.
             Мое мнѣ имя, ангелъ, ненавистно,
             Затѣмъ, что для тебя оно есть имя
             Врага.
  
                       Юл³я.
  
                   Мой слухъ ста словъ еще не слышалъ,
             Произнесенныхъ этимъ голосомъ,
             A я ужь звуки узнаю его:
             Не ты ль Ромео, Монтэгю?
  
                       Ромеo.
  
                             Не тотъ
             И не другой, моя святая, если
             Ты ненавидишь ихъ равно.
  
                       Юл³я.
  
                             Скажи
             Зачѣмъ и какъ пробрался ты сюда?
             Стѣна высока: трудно перелѣзть.
             Подумай, кто ты: смерть твоя здѣсь, если
             Изъ родственниковъ кто-нибудь моихъ
             Съ тобою встрѣтится.
  
                       Ромео.
  
                       На легкихъ крыльяхъ
             Любви перелетѣлъ я черезъ стѣну;
             Преграды каменной не удержать
             Ея любовь на все отважится,
             Что можетъ сдѣлать. Такъ и родственники
             Твои остановить меня не могутъ.
  
                       Юл³я.
  
             Они убьютъ тебя, когда увидять.
  
                       Ромео.
  
             Ахъ, мнѣ твои глаза гораздо больше
             Опасны, нежели ихъ двадцать шпагъ!
             Лишь нѣжно ты взгляни: и не опасенъ
             Мнѣ гнѣвъ ихъ.
  
                       Юл³я.
  
                       Ни за что бъ я не хотѣла,
             Чтобъ здѣсь тебя увидѣли они.
  
                       Ромео.
  
             Отъ взоровъ ихъ я скрытъ покровомъ ночи,
             Но если ты меня не любишь, пусть
             Они меня внезапно схватятъ: лучше
             Отъ ненависти ихъ утратить мнѣ
             Жизнь, нежели спастися безъ любви.
  
                       Юл³я.
  
             Кто проводилъ тебя на это мѣсто?
  
                       Ромео.
  
             Любовь: она, пославъ искать, ссудила
             Меня умомъ, a я ее глазами.
             Не кормщикъ я: во будь въ такой дали,
             Какъ тотъ широк³й берегъ, что валы
             Морей послѣднихъ омываютъ; я
             На все пошелъ бы за такимъ товаромъ.
  
                       Юл³я.
  
             Ты знаешь, ночь лице мнѣ заслонила
             Своей личиною; не то бы щеки
             Дѣвичьимъ рдѣлися стыдомъ отъ словъ,
             Тобой подслушанныхъ. О, мнѣ бъ хотѣлось
             Прилич³е хранить и отпереться
             Отъ словъ моихъ! Но... такъ прости, приличье!
             Ты любишь ли меня? Я знаю, ты
             Мнѣ скажешь: да, и я повѣрю слову;
             Но если поклянешься, можетъ, будешь
             Ты вѣроломнымъ: говорятъ, Юпитеръ
             Надъ клятвами любовниковъ смѣется.
             О миленькой Ромео, если любишь,
             Скажи мнѣ искренно; или тебѣ
             Не кажется ль, что скоро предалась я ?
             Такъ дай наморщусь, притворюсь упрямой,
             Отвѣчу: нѣтъ - и будешь волочиться,
             Не то, клянусь, ни изъ какихъ благъ м³ра,
             Ну, право, милый Монтэгю , я слишкомъ
             Нѣжна, и вѣтреной могу казаться.
             Но, самъ увидишь, я вѣрнѣе тѣхъ,
             Въ комъ больше хитрости, кто болѣ
             Дичится. Правда, я сама бъ дичилась;
             Но ты подслушалъ y меня тайкомъ
             Любви признан³е; прости жь меня,
             И слабости, открытой мракомъ ночи
             Не принимай за вѣтреную страсть.
  
                       Ромео.
  
             Сей благостной луной, осеребрившей
             Верхи деревъ садовыхъ, я клянусь...
  
                       Юл³я.
  
             Ахъ, не клянись луной непостоянной!
             Она, что мѣсяцъ, то мѣняетъ ликъ
             Свой круглый; ты любить не станешь такъ
             Измѣнчиво.
  
                       Ромео.
  
                       Такъ чѣмъ же ?
  
                       Юлiя.
  
                                 Не клянись;
             A если хочешь, поклянись собою:
             Ты божество мое; тебѣ повѣрю.
  
                       Ромео.
  
             Когда любовь, души моей отрада...
  
                       Юлiя.
  
             Ну, полно, не клянись. Хоть радость вся
             Моя въ тебѣ, но я нерадостно
             Такой союзъ въ ночь эту заключаю:
             Онъ необдуманъ, опрометчивъ, скоръ
             Какъ молн³я; a прежде, нежели
             Намъ скажутъ молн³я, она исчезнетъ. -
             Прости, душа! при вѣян³и лѣта,
             Зародышь сей любви, когда опятъ
             Мы свидимся, ужь можетъ быть прекраснымъ
             Цвѣткомъ. Прости, прости! пускай на сердце
             Твое сойдетъ покой и тишина,
             Какою грудь моя теперь полна.
  
                       Ромео.
  
             Уже ль не наградивъ меня отпустишь?
  
                       Юл³я.
  
             Да чѣмъ же наградить, и въ эту ночь?
  
                       Ромео.
  
             Въ обмѣнъ за клятвы клятвами любви .
  
                       Юлiя.
  
           &nb

Другие авторы
  • Зонтаг Анна Петровна
  • Грот Николай Яковлевич
  • Ярков Илья Петрович
  • Эрберг Константин
  • Гершензон Михаил Абрамович
  • Мятлев Иван Петрович
  • Загуляева Юлия Михайловна
  • Брилиант Семен Моисеевич
  • Паевская Аделаида Николаевна
  • Муравский Митрофан Данилович
  • Другие произведения
  • Наживин Иван Федорович - Глаголют стяги
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - Скучающие поэты
  • Барыкова Анна Павловна - А. Козицкий-Фидлер. А. П. Барыкова как литератор, поэт и вегетарианка
  • Бальдауф Федор Иванович - Л. Полетаева Поэт старого Забайкалья Федор Бальдауф
  • Чириков Евгений Николаевич - Письма А. П. Дехтереву
  • Семевский Михаил Иванович - Слово и дело!
  • Семенов Леонид Дмитриевич - Леонид Семенов: Хронологическая канва
  • Фурманов Дмитрий Андреевич - Красный десант
  • Михайлов Михаил Ларионович - Лондонские заметки
  • Судовщиков Николай Романович - Опыт искусства
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
    Просмотров: 173 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа