Главная » Книги

Островский Александр Николаевич - В чужом пиру похмелье, Страница 2

Островский Александр Николаевич - В чужом пиру похмелье


1 2

юша, а меня все в кухне взаперти держат.
   Луша. Захотел ты сравняться с Андреем Титычем! Андрей Титыч у нас молодец, а ты что! Так, дурачок.
   Капитон Титыч. Да, дурачок, как же! У вас будешь дурачок. На цепь еще посадите! (Ходит по комнате и делает трагические жесты.)
   Луша. Купидон Титыч, представь что-нибудь из тиатрального.
   Капитон Титыч (становится в позу). "Прочь с дороги! Посторонитесь! Лев ушел из клетки! Бык с бойни сорвался! Посторонитесь!" (Разгорячившись.) Давай теперь сюда, кто меня дураком сделал, убью сразу.
  

Луша хохочет. Капитон Титыч, услышав, что идут, крадется к двери и скрывается.

Настасья Панкратьевна и Ненила Сидоровна входят.

  
  

Явление второе

  

Настасья Панкратьевна, Ненила Сидоровна и Луша.

  
   Настасья Панкратьевна. Милости просим, Ненила Сидоровна, садиться покорнейше прошу. Луша, принеси-ка нам вареньица.
   Луша. Сейчас-с. (Уходит.)
   Настасья Панкратьевна. Как дела ваши?
   Ненила Сидоровна. Дела ничего, слава богу. Одна печаль у меня: дочерей больно много.
   Настасья Панкратьевна. Видно, матушка, Немила Сидоровна, всякому своя ноша тяжела. Вот вы об дочерях, а я об сыновьях. Что у кого болит, тот о том и говорит. А по-моему, дочери все-таки легче.
   Ненила Сидоровна. Глаз да и глаз нужно, Настасья Панкратьевна. Ведь нынче время-то какое! Люди-то какие! Верите ли, боишься в сад выпустить.
   Настасья Панкратьевна. Что дочери! Дочерей и запереть можно, да и хлопот с ними меньше, ни учить, ни что. Ну, конечно, замуж выдавать хлопотно, возни много. А вам и то с полА-горя, Ненила Сидоровна, ведь вы денег много даете за дочерьми-то, так вам нечего бояться, что в девках засидятся.
   Ненила Сидоровна. Про это что толковать. Дочь не домашний товар; как не как, а надо с рук сбывать. Ну, там уж не наша беда; живи, как хочешь. А покедова-то вот! Ведь у нас приказчики, ну и другого постороннего народу много.
   Настасья Панкратьевна. Присмотр нужен, я про это вам и докладываю, зато уж больше-то никаких хлопот. Мальчики-то ведь на воле, Немила Сидоровна, как за ними усмотришь; везде ходят. У меня всего-то два сына: Андрюша да Купидоша, да и то голова кругом идет. Андрюша мальчик шустрый, проворный, до всего понятливый, так, сударыня моя, от дому совсем отбивается: то не хорошо, другое не по нем, учиться, говорит, хочу. Что ж, мы разве его не учили! И рихметике и граматике гимназист учил. На что ему много-то знать? И так боек, а как обучат-то всему, тогда с ним и не сговоришь; он мать-то и уважать не станет; хоть из дому беги.
   Ненила Сидоровна. Да, вот насчет ученья-то. У нас соседка отдала сына учиться, а он глаз и выколол.
   Настасья Панкратьевна. Это долго ли. А вот теперь влюбился. Да в кого! Немила Сидоровна, в кого! Во что влюбиться-то! Так, одна непокорность к родителям.
   Ненила Сидоровна. В кого же, Настасья Панкратьевна? Скажите по секрету.
   Настасья Панкратьевна. Что за секрет; весь околоток в трубы трубит. Знаете учителя Иванова, так в его дочь; ну, и погибает совсем.
   Ненила Сидоровна. Знаю, знаю, видала. Скажите! Где же глаза-то у него были! Так, творение какое-то... ни живности, ничего.
   Настасья Панкратьевна. Ну, вот сами рассудите.
   Ненила Сидоровна. Что говорить!
   Настасья Панкратьевна. Каково матери-то?
   Ненила Сидоровна. Подсыпали чего-нибудь. Это бывает.
   Настасья Панкратьевна. Уж я и сама так думаю.
   Ненила Сидоровна. А вы вот что... нехорошо только говорить-то...
   Настасья Панкратьевна. Ничего.
   Ненила Сидоровна. А сразу снимает. (Шепчет ей на ухо.)
   Настасья Панкратьевна. Помогает?
   Ненила Сидоровна. Помогает. То-то вот, хитры они, ан хитрей их есть. На всякий приворот средство есть; только знать нужно. Я много знаю: и от глазу, и от запою, и против бородавок у меня симпатия есть.
   Настасья Панкратьевна. Так надоть попробовать, а то что же хорошего! Мы теперь его женить хотим; нам надо невесту с большими деньгами, потому сами богаты. Что за неволя нам бедную-то брать.
   Ненила Сидоровна. Разумеется.
   Настасья Панкратьевна. Ну, вот, матушка моя, теперь есть такая на примете, отец нашел; а он скрывается от отца-то. Всякая мать баловница; другой раз расплачется, - глядишь, и жалко, и сама его прикрываю по малости. А все-таки нехорошо.
   Ненила Сидоровна. Нельзя похвалить.
   Настасья Панкратьевна. А другой, Купидоша, так совсем какой-то ума рехнувший по театру. Да табак курит, Немила Сидоровна, такой крепкий, просто дышать нельзя. В комнатах такого курить нельзя ни под каким видом, кого хочешь стошнит. Так все больше в кухне пребывает. Вот иногда скучно, позовешь его, а он-то и давай кричать по-тиатральному, ну и утешаешься на него. С певчими поет басом, голос такой громкий, так как словно из ружья выпалит.
   Ненила Сидоровна. Говорят, маленьких нехорошо по голове бить, глупеют от этого.
   Настасья Панкратьевна. Кто их знает, может, и правда.
  

Капитон Титыч выглядывает из-за двери.

  
   Да вот он.
   Ненила Сидоровна. Кто? Дурачок-то? Позовите, Настасья Панкратьевна.
   Настасья Панкратьевна. Купидоша, Купидоша!
  

Капитан Титыч робко входит.

  
  

Явление третье

  

Настасья Панкратьевна, Ненила Сидоровна и Капитон Титыч.

  
   Настасья Панкратьевна. Что ты, Купидоша?
   Капитон Титыч. Я так, ничего... Пятачок мне надо.
   Настасья Панкратьевна. На что?
   Капитон Титыч. Табачку купить... Без табаку-то скучно.
   Настасья Панкратьевна. Ну, хорошо, дам. Представь что-нибудь нам с Немилой Сидоровной.
   Капитон Титыч (трагически). "Изумлю мир злодейства, и упокойники в гробах спасибо скажут, что умерли!"
   Ненила Сидоровна. Что это, матушка! Что это такое! Страсть какая! Он у вас, должно быть, порченый!
  

Андрей Титыч входит.

  
  

Явление четвертое

  

Настасья Панкратьевна, Ненила Сидоровна, Капитон Титыч и Андрей Титыч.

  
   Настасья Панкратьевна. А вот мой другой сын, Немила Сидоровна.
   Ненила Сидоровна. Этот умный?
   Настасья Панкратьевна. Умный. (Сыну.) Отец тебя нынче целый день ищет, никак хочет вечером к невесте ехать.
   Андрей Титыч. Я опять убегу-с.
   Настасья Панкратьевна. Что ты, что ты! Уж от своей судьбы не уйдешь! Что кому суждено, тому и быть.
   Андрей Титыч. Да почем же вы, маменька, знаете, что мне суждено жениться на дуре неотесанной!
   Настасья Панкратьевна. Ну вот, изволите видеть, Немила Сидоровна, можно с ним разговаривать?
   Ненила Сидоровна. Ах, молодой человек, молодой человек!
   Настасья Панкратьевна. Что ты, умней отца с матерью хочешь быть! Выше лба глаза не растут, яйцы курицу не учат.
   Андрей Титыч. Маменька, да ведь мне с ней жить-то будет!
   Настасья Панкратьевна. Как ты можешь грубить! Кто с тобой говорит-то? Мать али нет? Должен ты это понимать.
   Андрей Титыч. Да что понимать-то? Понимать-то нечего.
   Настасья Панкратьевна. Вот видите, какую заразу на него напустили.
   Ненила Сидоровна. Послушайте, молодой человек, я постарше вас, все эти штуки, все эти подходы и все эти дела видала.
   Настасья Панкратьевна. Так, так, Немила Сидоровна. А ты слушай, что старшие-то говорят. И ты тоже, Купидоша. Все это вам на пользу.
   Андрей Титыч. Да что слушать-то? Слыхал я эти разговоры-то.
   Настасья Панкратьевна. Не груби, говорю тебе, не груби!
   Ненила Сидоровна. Молодой человек, вы мало жили, мало видели свет, вы еще не знаете, как люди хитры.
   Настасья Панкратьевна. Да, да. У нас у кучера поддевку украли в одну минуточку. И кто же украл-то? Приятель его.
   Ненила Сидоровна. Вот вы теперь влюблены, мне ваша маменька говори­ла: вы думаете, это спроста?
   Андрей Титыч. Этот разговор надоть кончить-с.
   Ненила Сидоровна. Нет, позвольте-с. Мы тоже бывали молоды, у меня у самой семь дочерей.
   Настасья Панкратьевна. Да, да, вот слушай, что умные-то люди говорят, и ты тоже, Купидоша, слушай.
   Ненила Сидоровна. Будем прямо говорить. Кругом вас, по соседству, есть какие грузди! Из всякого сословия! Уж можно сказать, что наша сторона этим отличается! Чего б, кажется, лучше! Так нет, вам не по сердцу. А эта что? Диви бы собой... (делает жест руками) или что другое! Вот только стыдно говорить-то, а то бы сказала. Во что влюбиться-то молодому человеку?
   Настасья Панкратьевна. Да, да.
   Ненила Сидоровна. Значит, механика и выходит... с их стороны.
   Андрей Титыч. Говорите, что угодно, мне все равно-с. Ей моею женой не быть. Такие девушки не про нас-с. Где нам, дуракам! Мы их и понимать-то не умеем. Говорить-то всякий умеет, кто почаще, кто пореже, да толку-то в этом немного; слушать-то нечего. Вот кабы я умел вам объяснить, какая в этом разни­ца - образованная девушка или необразованная, так бы другой разговор был. А то не умею. Да хоть бы и умел, так вы не поймете ничего. Значит, лучше молчать.
   Ненила Сидоровна (Настасье Панкратьевне). Попробуйте, что я говорила.
   Настасья Панкратьевна. Непременно попробую.
   Андрей Титыч. Вы хотите меня теперича женить, - так найдите невесту, чтоб хоть мало-мальски была на человека похожа. Я, пожалуй, женюсь, ведь уж не отбегаешься. А эта ваша мне уж очень противна. Маменька, спрячьте меня куда-нибудь от тятеньки! А то уж жените, что ли, поскорей, чтоб я не мучился.
   Настасья Панкратьевна. Какая же в этом мука, глупый! Ничего, окромя хорошего. Ты, я вижу, такой же дурак, как и Купидошка.
   Капитон Титыч. "Умолкни, чернь непросвещенна!"
   Настасья Панкратьевна. Полно орать-то! Ишь, затрубил.
   Капитон Титыч. Брат, дай три гривенника, пойду нынче в театр, душу отвести.
   Андрей Титыч. На, Капитоша. (Достает деньги из кармана и отдает Капитону Титычу.)
   Луша (вбегая). Сам приехал! (Уходит.)
  

Капитон Титыч за ней прокрадывается в дверь.

  
   Настасья Панкратьевна (Андрею Титычу). Поди, спрячься в спальню, там и сиди. Я скажу, когда выйти.
  

Андрей Титыч уходит.

  
   Ненила Сидоровна. Прощайте, Настасья Панкратьевна. К нам как-нибудь.
   Настасья Панкратьевна. Прощайте, Немила Сидоровна. Вы такая, право, умная и обходительная женщина, что мне завсегда очень приятно вас видеть. Я, признаться вам сказать, сама-то не из дальних, ведь уж не скроешь; так мне лестно позаняться от умных-то. Как-нибудь на днях беспременно заеду. (Провожает ее до дверей.)
  

Ненила Сидоровна уходит. Тит Титыч входит.

  
  

Явление пятое

  

Настасья Панкратьевна и Тит Титыч.

  
   Тит Титыч (садится молча на стул). Фу ты, черт возьми! Впервой отроду со мной такая беда! Меня не уважать! Меня ругать! Меня! Брускова! Нет, погоди!
   Настасья Панкратьевна. Кто тебя не уважил, Кит Китыч? Кто смел?
   Тит Титыч. Молчи, не твое дело! За мои же деньги да меня обругали! Меня выгнали! (Топает ногой.) Жив быть не хочу! Настасья!
   Настасья Панкратьевна. Что прикажете, Кит Китыч?
   Тит Титыч. Отыскать Захарыча сию минуту.
   Настасья Панкратьевна. Да он тут где-то путается: я его в окно сейчас видела. (Подходит к окну.) Эй, Луша!
  

За сценой смех.

  
   Что ты там с молодцами все играешь! Нет на вас времени!
  

Луша за сценой: "Я ничего-с. Чего изволите?"

  
   Сыщи сейчас Захарыча да приведи сюда.
   Тит Титыч. Чтоб я перенес такую обиду над собой! От дряни, от учителишки! Да что ж это за времена пришли! Нет, стой! Я сроду ни от кого обиды не видывал. Настасья! Смеет меня кто обидеть?
   Настасья Панкратьевна. Никто, батюшка, Кит Китыч, не смеет вас обидеть. Вы сами всякого обидите.
   Тит Титыч. Я обижу, я и помилую, а то деньгами заплачу. Я за это много денег заплатил на своем веку.
   Настасья Панкратьевна. Много, Кит Китыч, много.
   Тит Титыч. Молчи! Они только тем и взяли, что я в чужой квартире был. А ты, поди-ка, здесь со мной потолкуй, так я тебя уконтентую по-своему.
  

Захар Захарыч входит.

  
  

Явление шестое

  

Тит Титыч, Настасья Панкратьевна и Захар Захарыч.

  
   Тит Титыч. Эй ты, Сахар Сахарыч, благодетель я тебе али нет?
   Захар Захарыч. Благодетель, батюшка Тит Титыч.
   Тит Титыч. Ты человек, внимания не стоющий, потерянный человек, а я тебя призрел. Не гнушаюсь тобой, к себе в дом пущаю.
  

Захар Захарыч кланяется.

  
   Дочь твою пристроил... за межевого, за вольнопрактикующего. Уж не моя это вина, что он пьяница.
   Захар Захарыч. Был вольнопрактикующий, а теперь праздношатающийся.
   Тит Титыч. Все-таки я тебе благодетель. А ты отчего у меня давно не был?
   Захар Захарыч. Нет никаких возможностей, Тит Титыч, терпенья никакого не хватает. Мальчишки очень одолевают. Как только к рынку подходишь, и откуда их нанесет, туча тучей, бегут, укают: у-у-у-у. Приказчики из лавок подсвищут: такой гам подымут, хоть сквозь землю провались.
   Тит Титыч. А ты вечером ходи. Да не в том дело. Можешь ты такое прошение написать, чтобы в Сибирь сослать по этому прошению?
   Захар Захарыч. Кого, Тит Титыч?
   Тит Титыч. Троих человек. Тебе все равно, что одного, что троих?
   Захар Захарыч. Все равно, Тит Титыч.
   Тит Титыч. Надоть сослать учителя Иванова, дочь его и хозяйку их. Я так хочу.
   Захар Захарыч. Что же писать прикажете?
   Тит Титыч. А ты вот что пиши: что обидели такого-то купца, а с сына оного купца учитель, против всяких прав, взял расписку, чтобы жениться на его дочери. Вот тебе и расписка. Я никаких денег не пожалею, коли сделаешь. Можешь ты это сделать?
   Захар Захарыч. Могу-с.
   Тит Титыч. Ну, так садись и пиши при мне. Вон тебе чернила и бумага на столе.
  

Захар Захарыч садится за стол.

  
   Да дай ему графин водки!.. Нет, не надо.
   Захар Захарыч. Для воображения, Тит Титыч!
   Тит Титыч. Нет, после, а то я тебя знаю. (Жене.) Ну, теперь ты мне сына подай. (Захару Захарычу.) А ты строчи!
   Настасья Панкратьевна. Да его нету дома. Кит Китыч.
   Тит Титыч. Настасья! Кто я?
   Настасья Панкратьевна. Кит Китыч Брусков.
   Тит Титыч. Что я приказываю? Ты знаешь, у меня слово - закон!
   Настасья Панкратьевна. Слушаю, Кит Китыч. (Подходит к двери.) Андрюша, Андрюша, поди, отец кличет.
  

Андрей Титыч входит.

  
  

Явление седьмое

  

Тит Титыч, Настасья Панкратьевна, Захар Захарыч и Андрей Титыч.

  
   Тит Титыч. Ну, Андрей, что мне теперича с тобой делать?
   Андрей Титыч. Что вам угодно-с, вся ваша воля.
   Тит Титыч. Ты благодари бога, что сердце у меня прошло. Попадись ты мне давеча, я бы тебя изуродовал. Ты для чего скрываешься?
   Андрей Титыч. Тятенька, можно с вами говорить откровенно?
   Тит Титыч. Ты, что хочешь, говори, только дело, а то смотри!
   Андрей Титыч. Я вам, тятенька, во всю жизнь свою ни в одном слове не перечил.
   Тит Титыч. Еще бы ты смел!
   Андрей Титыч. Конечно, я должен повиноваться своим родителям. А коли которую вы мне теперь невесту сватаете, да ежели она мне не нравится, что же должен я делать?.. На всю жизнь страждить? Ежели мне нравится другая?
   Тит Титыч. Знаю, знаю.
   Андрей Титыч. Почем же вы их знаете-с?
   Тит Титыч. Сейчас сам был у них.
   Андрей Титыч. А сами видели, так лучше всего-с. Истинно достойная девушка, можно чести приписать. Не то что...
   Тит Титыч. Вот я тебе такое достоинство задам! Ты уж лучше меня не серди. Молчи, я тебе говорю. Вон, видишь, строчило пишет. Это вот прошение на них. (Захару Захарычу.) Пиши хорошенько! (Сыну.) Они с тебя, дурака, расписку взяли, а с меня за нее тысячу целковых вытребовали.
   Андрей Титыч. Кто же это-с?
   Тит Титыч. Все они же. И красавица твоя тут же. Так вас, дураков, и обманы­вают. А ты рот-то разинул, ты думаешь, тебя так, даром станут любить, на красоту свою надеешься. Как же не так. Еще хорошо, что на тысяче помирились, а то заломили было три.
   Андрей Титыч. Кому ж теперь на свете верить после этого! Истинная правда, тятенька, что нас кругом обманывают.
   Тит Титыч. Вот для этого-то для самого я и хочу тебя женить, чтоб ты не баловался. Ну, теперь, что ты еще будешь разговаривать, я послушаю.
   Андрей Титыч. Ничего не могу говорить против вас, потому сам кругом виноват-с.
   Тит Титыч. Так-то вот лучше. Собирайся к невесте.
  

Иван Ксенофонтыч входит.

  
  

Явление восьмое

  

Тит Титыч, Настасья Панкратьевна, Захар Захарыч, Андрей Титыч и Иван Ксенофонтыч.

  
   Иван Ксенофонтыч. Милостивый государь, извините, я ничего не знал...
   Тит Титыч. А, теперь извините, за разум взялся! Нет, уж поздно. Видишь, вон пишет! Это прошение на вас с дочерью.
   Иван Ксенофонтыч. Милостивый государь, ни я, ни дочь тут ни в чем не виноваты. Это, без нашего ведома, сделала глупая женщина... Мы живем смирно, мы никого не трогаем, мы занимаемся своим делом.
   Тит Титыч. Знать ничего не хочу!
   Андрей Титыч. Тятенька, что ж вы мне говорили? Вот она правда-то, наружу выходит.
   Тит Титыч (топнув). Молчи, не дыши!
   Иван Ксенофонтыч. Вот ваши деньги, возьмите их.
   Тит Титыч. Деньги! Ты деньги принес? Что за диковина такая! Деньги назад принес! Тут нет ли подвоху какого? Сахарыч, как ты думаешь, взять деньги али нет? Обману нет ли?
   Захар Захарыч. Деньги возьмите, ничего.
   Тит Титыч. Ну, давай деньги.
  

Иван Ксенофонтыч отдает.

  
   Все ли? На, Андрей, сочти.
   Иван Ксенофонтыч. Все, все. Не мучьте вы меня, не считайте.
   Тит Титыч. Так тебе и поверить! Как же!
   Андрей Титыч. Все-с.
   Тит Титыч (берет деньги). Ну, теперь ступай! А за обиду я с тобой разочтусь. Видишь, пишет.
   Иван Ксенофонтыч. Отдайте мне расписку.
   Тит Титыч. Какую это расписку? Что Андрей-то дал?
   Иван Ксенофонтыч. Эту самую.
   Тит Титыч. Что ты, очумел, что ли? Слышишь, Сахар Сахарыч, расписку просит.
   Захар Захарыч. Как можно-с! Он ее представит, тогда хлопот-то не обе­решься.
   Тит Титыч. Ишь ты, что выдумал! Какую штуку гнет! Нет, брат, нас не надуешь! Мы тоже волки-то травленые! (Смотрит на него.) Ха-ха-ха-ха-ха!
   Захар Захарыч (тоже глядя на Ивана Ксенофонтыча). Ха-ха-ха-ха-ха!
   Тит Титыч. Он, должно быть, для того и деньги-то принес, чтобы расписку выручить, а потом за нее вдвое заломить. Ему мало показалось. Надувательная система.
   Иван Ксенофонтыч (потерявшись). Нет, я потому деньги принес, что нам чужих не надобно... мы живем бедно... мы живем своими трудами... мы смирно живем. Я вам еще денег принесу, сколько у меня есть... я достану, заработаю.
   Тит Титыч. Ишь ты, как распевает. Ха-ха-ха!
   Захар Захарыч. Ха-ха-ха!
   Иван Ксенофонтыч (бросается к Титу Титычу). Подай расписку, подай! Я у вас отниму ее, я вырву... мое дело правое... мы не виноваты...
   Тит Титыч (отстраняя его рукой). Тише, тише! Сахарыч! Ловкий народ, а? Ха-ха-ха!..
   Захар Захарыч. Ха-ха-ха!
   Иван Ксенофонтыч (падая на колена). Отдайте, Христа ради, отдайте! Я ее изорву, при вас же изорву.
   Андрей Титыч. Маменька, попросите. У меня сердце все изорвалось, да говорить-то я не смею.
   Настасья Панкратьевна. Отдайте, Кит Китыч. Ведь он старичок, жалко старичка-то.
   Тит Титыч. Ты молчи! Не твое дело... Аль отдать? Сахарыч, отдать?
   Иван Ксенофонтыч. Отдайте, отдайте! Я не выду без этого! Как мне показать глаза дочери! Это сделала глупая хозяйка. Разве моя Лиза может? Она плачет теперь... Да что я говорю! Где я говорю об ней! Я с ума сойду!..
   Захар Захарыч. Ни, ни, ни!..
   Тит Титыч. А я говорю, что отдать. Ты молчи, не смей разговаривать! А то еще дело заводить, путаться. Как же, нужно очень!
   Захар Захарыч. Что вам дела бояться! Ваше дело правое. Я за него возьмусь.
   Тит Титыч. Да, тебе еще деньги платить! Нет! не надо! Подай расписку.
  

Захар Захарыч подает.

  
   Ступай домой, прощай! Когда надо будет, пришлю. Улепетывай!
  

Захар Захарыч берет картуз и становится у дверей.

  
   (Учителю.) Так ты говоришь, что вы не знали этого дела?
   Иван Ксенофонтыч. Не знали, не знали.
   Тит Титыч. Значит, это хозяйка обработала. Ну, бой-баба! На твою расписку. Я не в тебя. (Подает расписку.)
   Иван Ксенофонтыч (разрывает ее и с хохотом топчет ногами). Будьте вы прокляты! Как это вас земля-то терпит! Как эти стены не обвалятся на вас! Дочь моя! Сокровище мое! (Убегает.)
   Тит Титыч. Что он говорит? Как он смеет? Держи его! Вот видишь ты, с какой сволочью связываешься. Подите все вон! А ты, Андрей, собирайся к невесте ехать.
  

Все уходят.

  
  

Явление девятое

  
   Тит Титыч (один; сидит довольно долго молча, потом ударяет кулаком по столу). Деньги и все это тлен, металл звенящий! Помрем - все останется. Так тому и быть. Мое слово - закон. Жена, Андрей, подите сюда!
  

Настасья Панкратьевна и Андрей Титыч входят.

  
  

Явление десятое

  

Тит Титыч, Настасья Панкратьевна и Андрей Титыч.

  
   Тит Титыч. Андрей, я тебя отделяю; полтораста тысяч тебе серебром и живи, как знаешь.
   Андрей Титыч. Тятенька...
   Тит Титыч. Молчи! Не смей со мной разговаривать!
   Настасья Панкратьевна. Как это можно, Кит Китыч! Он у нас еще ребенок совсем.
   Тит Титыч. Не твое дело. Я мальчишкой из деревни привезен, на все четыре стороны без копейки пущен; а вот нажил себе капитал и других устроил. Хороший человек нигде не пропадет, а дурного и не жаль. Слушай ты, Андрей, вели заложить пару вороных в коляску, оденься хорошенько, возьми мать с собой да поезжай к учителю, проси, чтоб дочь отдал за тебя. Он человек хороший.
   Андрей Титыч. Помилуйте, тятенька, он и прежде-то бы не отдал, а теперь мне и глаза показать нельзя.
   Тит Титыч. Я тебе приказываю, слышишь! Проси, кланяйся в ноги. Он и постарше тебя, да кланялся. Как он смеет не отдать, когда я этого желаю! Я на приданое ей денег дам. Ступай! Небось, не откажется.
   Андрей Титыч. Да они никаких денег не возьмут.
   Тит Титыч. Молчи!
   Настасья Панкратьевна. А как же, Кит Китыч, та-то невеста?
   Тит Титыч. Вы со мной не смейте разговаривать! (Идет к двери.) Если он не отдаст за тебя, - ты лучше мне и на глаза не показывайся. (Уходит.)
   Андрей Титыч. Что только за жизнь моя! (Махнув рукой.) Ах, маменька, поедемте! Уж знаю, что толку ничего не будет, одна мука.
  

Уходят.

  
  
  

Другие авторы
  • Достоевский Федор Михайлович
  • Кондратьев Иван Кузьмич
  • Уэллс Герберт Джордж
  • Скворцов Иван Васильевич
  • Иванов Вячеслав Иванович
  • Рони-Старший Жозеф Анри
  • Позняков Николай Иванович
  • Загоскин Михаил Николаевич
  • Бердников Яков Павлович
  • Водовозова Елизавета Николаевна
  • Другие произведения
  • Мамин-Сибиряк Дмитрий Наркисович - Лес
  • Толстой Алексей Константинович - Баллады, былины, притчи
  • Андреев Леонид Николаевич - Не убий
  • Жанлис Мадлен Фелисите - Галатея или статуя через сутки по своем оживлении
  • Снегирев Иван Михайлович - Воспоминания
  • Свиньин Павел Петрович - Поездка в Грузино
  • Кирпичников Александр Иванович - Курганов, Николай Гаврилович
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Сто русских литераторов. Издание книгопродавца А. Смирдина. Том первый...
  • Муравьев Михаил Никитич - Оскольд
  • Ричардсон Сэмюэл - Английские письма, или история кавалера Грандисона (Часть вторая)
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 162 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа