Главная » Книги

Кальдерон Педро - Волшебный маг, Страница 15

Кальдерон Педро - Волшебный маг


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

iv>
  
  (Уходит.)
  
  
  
  
  Ливия
  
  
  
  
  
   Желают
  
  
   Быть христианами они,
  
  
   В чем наша тут вина?
  
  
  
  
  Mоскон
  
  
  
  
  
   Во многом;
  
  
   Мы служим, это преступленье.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Я от опасности - из леса -
  
  
   В опасность новую попал.
  
  
  
  
  СЦЕНА 25-я
  
  
  
   Слуга. - Те же.
  
  
  
  
  Слуга
  
  
   Юстину вместе с Киприаном
  
  
   Правитель требует Аврелий.
  
  
  
  
  Юстина
  
  
   Я счастлива тысячекратно,
  
  
   Когда желанный ждет конец.
  
  
   Ты, Киприан, не ведай страха.
  
  
  
  
  Киприан
  
  
   Во мне и мужество и вера,
  
  
   И если за мою неволю
  
  
   Отдать мне нужно будет жизнь,
  
  
   Я, за тебя отдавши душу,
  
  
   Большое ли свершу деянье,
  
  
   За Бога отдавая тело?
  
  
  
  
  Юстина
  
  
   Что в смерти полюблю тебя,
  
  
   Когда-то я тебе сказала;
  
  
   С тобою ныне умирая,
  
  
   Я, Киприан, сдержала слово.
  
  
  (Юстина, Киприан и Слуга уходят.)
  
  
  
  
  СЦЕНА 26-я
  
  
  
  Москон, Ливия, Кларин.
  
  
  
  
  Москон
  
  
   Как любо им идти на смерть!
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Приятно жить втроем нам будет.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Есть некая тут неприятность:
  
  
   Нам разъяснить придется тяжбу,
  
  
   Неподходящий случай здесь,
  
  
   Но времени терять не будем.
  
  
  
  
  Москон
  
  
   Какая тяжба?
  
  
  
  
  Кларин
  
  
  
  
   А покуда
  
  
   Я был в отлучке...
  
  
  
  
  Ливия
  
  
  
  
  
   Говори же.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Без перерыва целый год
  
  
   Москон твоим был господином;
  
  
   И, соразмерность соблюдая,
  
  
   Чтоб мы теперь совсем сравнялись,
  
  
   Ты будешь целый год моя.
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Такого обо мне ты мненья,
  
  
   Что оскорблять тебя я буду?
  
  
   В те дни, в какие было нужно,
  
  
   Я проливала много слез.
  
  
  
  
  Mоскон
  
  
   Я в том свидетель; дни, что были
  
  
   Твои, она хранила честно.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Неправда это, потому что,
  
  
   Когда я в дом ее вошел,
  
  
   Не плакала она, и с нею
  
  
   Ты чувствовал себя вольготно.
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Сегодня день не тоскованья.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   День тоскованья: если я
  
  
   Припоминаю без ошибки,
  
  
   В мой день отсюда я сокрылась.
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Нет, тут ошибка.
  
  
  
  
  Москон
  
  
  
  
  
  В чем погрешность,
  
  
   Я знаю: високосный год,
  
  
   И в счете дней он, значит, четный.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Я объясненье принимаю,
  
  
   Но все расследовать нам нужно.
  
  
   Но что это за страшный шум?
  
  
   (Слышен великий шум грозы.)
  
  
  
  
  СЦЕНА 27-я
  
  
  Правитель, Толпа; тотчас Фобий, Лелий
  
   и Флор: все объятые смущеньем; потом Дьявол.
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Дом рушится до основанья.
  
  
  
  
  Mоскон
  
  
   Что за смятенье! Что за чудо!
  
  
  
  
  Правитель
  
  
   С основ, должно быть, сокрушилось
  
  
   Сооружение небес.
  
  
  
   (Шумит гроза,
  
  
   входят Фабий, Лелий и Флор.)
  
  
  
  
  Фабий
  
  
   Едва, поверженным на плаху,
  
  
   Палач Юстине с Киприаном
  
  
   Рассек, взмахнув секирой, шею,
  
  
   Как восскорбела вся земля.
  
  
  
  
  Лелий
  
  
   На нас готова рухнуть туча,
  
  
   А из ее воспламенений
  
  
   Летят, выбрасываясь, громы
  
  
   И молнии струятся ниц.
  
  
  
  
   Флор
  
  
   Безликое оттуда чудо,
  
  
   Все раковин полно чешуйных,
  
  
   Как бы змея, на плаху пало
  
  
   И нас к молчанию зовет.
  
  
  (Предстает плаха, на ней головы и тела
  
   Юстины и Киприана, в вышине на плахе Змей.)
  
  
  
  
  Дьявол
  
  
   Услышьте, смертные, услышьте,
  
  
   Что небо мне повелевает
  
  
   В защиту возвестить Юстины,
  
  
   Чтоб это ведали вы все.
  
  
   Я чистоту ее ославить
  
  
   Хотел и, лики принимая
  
  
   Обманные, к ней в дом взобрался
  
  
   И в самый к ней вошел покой.
  
  
   И чтобы в славе благочестной
  
  
   Она ущерба не терпела,
  
  
   В таком являюсь я подобьи,
  
  
   Чтоб честь ее восстановить.
  
  
   Тот Киприан, что вместе с нею
  
  
   Счастливый памятник имеет,
  
  
   Моим рабом был; но излитой
  
  
   Из шеи кровью запись смыл,
  
  
   И ткань его осталась белой.
  
  
   Мне вопреки, взошли те двое
  
  
   До высших сфер, в пределы Бога,
  
  
   Чтоб в лучшем царствии там жить.
  
  
   Все это правда, потому что
  
  
   Я говорю, как Бог велел мне;
  
  
   Хоть мало правде я научен,
  
  
   Ее я вынужден сказать.
  
  
   (Быстро падает и проваливается.)
  
  
  
  
  Лелий
  
  
   Вот удивления!
  
  
  
  
   Флор
  
  
  
  
   Вот ужас!
  
  
  
  
  Ливия
  
  
   Вот диво знаменья!
  
  
  
  
   Все
  
  
  
  
  
   Вот чудо!
  
  
  
  
  Правитель
  
  
   Все это только колдованья,
  
  
   Что в смерти совершил тот маг.
  
  
  
  
   Флор
  
  
   Не знаю, верить иль не верить.
  
  
  
  
  Лелий
  
  
   Я думаю и поражаюсь.
  
  
  
  
  Кларин
  
  
   Я думаю, что если маг он,
  
  
   Так был небесным магом он.
  
  
  
  
  Москон
  
  
   И оставляя под сомненьем,
  
  
   Любовь разделена ли верно,
  
  
   _Волшебному_ мы просим _Магу_
  
  
   Несовершенства извинить.
  
  
  
  
  ПРИМЕЧАНИЯ

    ВОЛШЕБНЫЙ МАГ

  Драма датируется 1637 г. и принадлежит к числу наиболее известных произведений Кальдерона. Она основана на легенде, во многом схожей с немецким преданием о докторе Иоганне Фаусте. Драма заинтересовала Гете, ее переводил Шелли, драму читал К. Маркс.
  Интерпретация драмы и мотивы, по которым ее заглавие следовало бы переводить "Необычайный маг" (Киприан печется не о суетных интересах, как свойственно магам, а о познании истины), дана в статье Н. И. Балашова (наст, изд., с. 811).
  Об истории открытия перевода Бальмонта, печатающегося впервые, см. в статье Д. Г. Макогоненко (наст, изд., с. 708).
  Действие драмы происходит в III в. Место определено без особой скрупулезности (не свойственной испанской драме XVII в.). Киприана, о котором идет речь, легенда связывала с Антиохией Писидийской, а в драме скорее говорится о более крупном городе Антиохии, столице тогдашней римской провинции Сирия.
  
  
  
  
  Хорнада I
  1 Лес вблизи Антиохии. - Местом действия драмы является Антиохия на Оронте - столица провинции Сирия в Римской империи (ныне - Анталья), объясняется это, прежде всего, географическим положением: близостью гор и моря. Антиохия на Оронте была известна как один из крупнейших христианских центров. Но основой сюжета послужило предание о мученической смерти Киприано, епископа другой Антиохии - Писидийской, расположенной во Фригии, но при этом обстоятельства добровольного мученичества главного героя удивительно похожи на обстоятельства, при которых погиб епископ Карфагена Фасций Киприан в 258 г. (Всего в древности насчитывалось около 10 Антиохии.)
  2 С тех пор, как в Плинии прочел я // То место, где в словах он странных // Дает определенье Бога.- Киприан читает книгу Гая Плиния Старшего (23-79) "Естественная история". Здесь ставится главная проблема драмы: не могущая быть согласованной с богословием тема возможности самостоятельного, без откровения свыше, познания бога.
  3 Допустим - это мненье верно, // В противном буду убеждать. - Дьявол предлагает Киприану философский спор, который был принят в средневековых университетах, так называемый quodlibet ("на выбор"), обсуждался любой вопрос в связи с любым предметом (de quodlibet ad voluntatem cujuslibet). Вопросы задавались магистру и иногда бывали так неожиданны, что ставили отвечающего в затруднительное положение. Disputatio quodlibet имело строгую форму, отвечающий независимо от своих убеждений должен был занять противоположную позицию.
  4 Я помню четко это место - // "Бог высшая есть доброта //, Он сущность, также как основа, // Весь зрение, и весь он руки". - Свободный пересказ из Плиния ("Historia Naturalis". 1. II, с. VII) "Полагаю, что доискиваться образа и вида бога есть свойство человеческой глупости. Каким бы ни был бог, если он только иной (чем солнце), в любой своей части он весь - чувство, весь - зрение, весь - слух, весь - душа, весь - дух, он собственная самость". В этом чрезвычайно важном для Кальдерона вопросе (проблемы соотношения предопределения и свободы воли, свободы и необходимости) нашли отражение теологические споры начала XVII в. (См. подробнее примечания А. С. Науменко к книге "Calderon de la Barca. Tres dramas у una comedia". Moscu, 1981).
  5 Где Бог такой, не знаю я, // Как тот, о коем мыслит Плиний. - В споре между дьяволом и Киприаном поднимается актуальный для теологии XIV-XVII вв. вопрос о возможности или невозможности дать рассудочное определение понятию "бог".
  6 В тех, столь сомнительных, ответах // Что нам дают их изваянья. - В период распада язычества в Римской империи жрецы для поддержания веры в народе прибегали к различным приемам: в полую статую божества помещали человека, который вещал "волю богов". Мистификации были распространены в разные периоды существования христианской церкви.
  7 ...есть гении... - В античной мифологии гении - то же, что и демоны. Они занимали промежуточное положение между небом (богами) и землей (людьми); когда-то им приписывались только добрые свойства - они сообщали божественные знания людям. Здесь Киприан рассуждает как языческий философ-скептик. Он думает, что если природа гениев (дьяволов) двойственна, то двойствен и сам Бог, так как они сообщают его волю, а следовательно, он (Бог) не может быть истиной, так как она должна быть неделима.
  8 Условий поединка... - Основными обстоятельствами и условиями поединка между Лелио и Флором были: 1) подозрение в ущемлении чести; 2) бесчестие не должно быть доказано свидетелями; 3) оба участника дуэли должны быть в равном качестве (равного сословия, одинаковое оружие; позиция во время поединка и т. д.); 4) причина должна быть только личного характера; 5) власти не должны знать о поединке.
  9 Да, Ливии неблагодарны...- Значимое имя от лат. levis - легкий, легкомысленный. В римской истории известны две Ливии: 1) Ливия Друсилла (род. ок. 56 г. до н. э., с 38 г. вторая жена Августа, мать будущего императора Тиберия; умерла в 29 г.). 2) Ливия Юлия, внучка предыдущей, дочь Друза, сестра Германика; в 23 г. совместно с Сеяном отравила своего второго мужа - Друза, сына Тиберия; умерла в 31 г. Назидательные и полные авантюр биографии обеих Ливии были хорошо известны. И их имена стали нарицательными - они были метафорой коварства, неблагодарности, легкомыслия. "Женская типичность" этого имени привлекла внимание Кальдерона и он использовал его в 17 драмах.
  10 Лисандром я зовусь... - Прототип этого действующего лица есть в исходных латинских текстах: это диакон Прогелий, который обращает Юстину, а затем и ее родителей в христианство.
  11 Тот город - каменная гидра, // Имеющая семь голов. - Речь идет о Риме, стоящем на семи холмах; семь голов было у мифической Лернейской гидры, которую победил Геракл.
  12 Разумный Александр, наш папа... - Вероятно, имеется в виду Александр - епископ Иерусалимский, погибший в 250 г. мученической смертью во время гонений при императоре Деции; имя это упоминается Кальдероном как указание на время действия. Папами назывались епископы, возглавлявшие христианские общины с середины II в.
  13...я теперь Юстину // Ославлю, ... - Для того, чтобы опорочить честь девушки или дамы, считалось достаточным появление (замеченное свидетелями!) незнакомого мужчины вблизи балкона или под окном ее дома.
  
  
  
  
  Хорнада II
  1 Следя, как аргус, за судами, ... Мифологическая метафора: видящий все корабли на море. Аргус в древнегреческой мифологии, титан - тысячеглазый страж Ио, аллегория "всевидящего" звездного неба.
  2 Тот грубый лес. Немврод скалистый, // Что спутаннее Вавилона.Библейская метафора: символ силы и противления. Нимрод, внук Ноя: "сей начал быть силен на земле. Он был сильный зверолов пред Господом; потому и говорится: сильный зверолов, как Нимрод, пред Господом. Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар". (Бытие, 10; 8, 9, 10). Речь идет о "горе", над которой Дьявол будет совершать чудеса.
  3 К правителю властитель Деций // Прислал декрет... - Речь идет о декрете императора Деция (249251), изданном в 250 г. Именно этот декрет ознаменовал начало одного из самых длительных гонений на христиан.
  4 Свободной воле, мыслю я, // Нет понуждений в заклинаньях. - Здесь Киприан затрагивает одну из важнейших для Кальдерона тем - тему "свободной воли". См. подробнее об этом вопросе в статье Н. И. Балашова, наст. изд., с. 813, и примеч. 12 (хорнада I) к драме "Жизнь есть сон".
  5 В этой сцене для Дьявола главное - отведение Киприана от познания сущности бога.
  
  
  
   Хорнада III
  1 И некромантия, разъята мной она // Ее узоры теневые // Раскроют предо мной пределы гробовые. - Некромантия, один из разделов магии, способ мистического познания с помощью вызывания умерших, а также - по внутренностям мертвых людей и животных. В европейской культуре известна с гомеровских времен. В эпоху Кальдерона стала символом проникновения в тайну смерти.
  2 (Раскрывает покров и видит скелет).- Эта сцена, по мнению многих исследователей, считается заимствованной из драмы Миры де Амескуа (1574-1644) "Раб дьявола" (ок. 1612), в центре этой пьесы сделка с дьяволом по имени Анхелио (кстати, именно так и хотел назвать своего Дьявола Кальдерон). Продажа души за обладание женщиной, изучение магии в пещере; герой драмы "Раб дьявола" Хиль Сантарем, обнимает, как ему кажется, Леонору, но обнаруживает вместо нее лишь костяк.
  
  
  
  
  
  
  
   Д. Г. Макогоненко

Другие авторы
  • Глаголев Андрей Гаврилович
  • Огнев Николай
  • Гринвуд Джеймс
  • Редактор
  • Голенищев-Кутузов Павел Иванович
  • Ленкевич Федор Иванович
  • Цертелев Дмитрий Николаевич
  • Бальмонт Константин Дмитриевич
  • Ламсдорф Владимир Николаевич
  • Вентцель Николай Николаевич
  • Другие произведения
  • Вяземский Петр Андреевич - Князь Козловский
  • Тургенев Иван Сергеевич - Несколько слов об опере Мейербера "Пророк"
  • Карамзин Николай Михайлович - Записка о Н. И. Новикове
  • Христофоров Александр Христофорович - В час, когда живой волною...
  • Короленко Владимир Галактионович - Ночью
  • Аксаков Константин Сергеевич - Взгляд на русскую литературу с Петра Первого
  • Свенцицкий Валентин Павлович - Шесть чтений о таинстве покаяния в его истории
  • Толстой Алексей Константинович - Князь Серебряный
  • Гаршин Всеволод Михайлович - Трус
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - О поэзии Бунина
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 225 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа