Главная » Книги

Грибоедов Александр Сергеевич - Кто брат, кто сестра, или обман за обманом, Страница 2

Грибоедов Александр Сергеевич - Кто брат, кто сестра, или обман за обманом


1 2 3

  Юлия. Товарищ, друг мой неразлучный, мы с ним живем в одной комнате.
  Рославлев старший. Он мой брат родной,
  Юлия. Неужели? как счастливо! Следовательно, вы и мне родной, - дайте обнять себя. - А знаете, какую было он глупость сделал? мой друг, ваш братец чуть было не женился.
  Рославлев старший. Чуть было? стало, миновалась опасность?
  Юлия. Совершенно, Он уже вовсе об этом не думает!
  Рославлев старший (в сторону). Мои письма подействовали, (Громко) Как я рад встрече с вами, и даже прощаю почтовому смотрителю, что задержал меня. Эй! Кто-нибудь!
  Антося и Лудвися. Что вам надобно? (Сестры входят)
  Рославлев старший. Шампанского!
  Антося. И! Какие прихоти! в нашем местечке этакого вина не водится. Венгерского, коли угодно?
  Рославлев старший. Чего-нибудь! Что душу располагает к веселью! Скорее!
  Юлия. Туда, в цветничок.
  
  
  
   (Сестры уходят)
  Рославлев старший. Расскажите мне о брате, пожалуйста, всё, что знаете.
  Юлия. Представьте себе - в его лета жениться.
  Рославлев старший. И на польке, это всего опаснее.
  Юлия. Почему же! Я сам поляк.
  Рославлев старший. Нет! будьте справедливы, любовь к отечеству в сторону. Наши кокетки - ученицы перед здешними.
  Юлия. Быть так, но братец ваш... ему совсем, было, голову вскружили, подговорили, заговорили, он уже готов был под венец, но я заклинал именем вашим, не зная вас, и моею дружбою... он образумился; вы видите во мне закоренелого мизогина.
  Рославлев старший. Закоренелого! Вы еще очень молоды!
  Юлия. Со дня моего рождения тверд, как кремень, и не изменяю моим правилам. Враг отъявленный свадеб и волокитства, томных вздохов и нежных поцелуев. Если бы все женщины какой-нибудь благодетельной чумою исчезли с лица земли...
  Рославлев старший. Я бы не охнул.
  Юлия. Я также.
  Рославлев старший, Я их терпеть не могу!
  Юлия. Я их ненавижу.
  Рославлев старший. Вечные прихотницы без толку, ни капли здравого смысла, ни шагу без видов, любезны сначала, но под конец докучливы.
  Юлия. Самые ничтожные, бесполезные! Дайте мне руку, передадим такие же правила нашим детям.
  Рославлев старший. Я надеюсь, что у меня их никогда не будет!
  Юлия. Тем лучше, забот меньше.
  
  (Антося и Лудвися входят и подносят налитые стаканы)
  
  
  
  
   Юлия
  
  
   Стократ счастл_и_в, кто разум свой
  
  
   Не помрачил ещё любовью,
  
  
   Но век проводит холостой, -
  
  
   Я выпью за его здоровье.
  
  
   Поверьте мне, жена для нас
  
  
   Есть вечное почти мученье.
  
  
   Женись лишь только - и как раз
  
  
   Родятся ревность, подозренье.
  
  
   Ах, то ли дело одному:
  
  
   Его не мучит неизвестность,
  
  
   Душе покой, простор уму,
  
  
   И вечная почти беспечность!
  
  
   Нрав женщины имеют злой,
  
  
   Капризны, что не сладишь с ними,
  
  
   Чтоб избежать судьбы такой,
  
  
   Останемся мы холостыми! (Антося и Лудвися устанавливают поднос с бутылками в цветнике и уходят)
  Юлия. Одна есть женщина в свете, которую я люблю по самой родственной связи.
  Рославлев старший. Одна уже нашлась; найдутся и более!
  Юлия. Нет! двух таких не бывает; она - сердца ангельского, примерной добродетели.
  Рославлев старший. О! они все ангелы! все чудесно добродетельны! где же твердость ваша? правила неизменные?
  Юлия. Не ошибайтесь. Речь идет об моей сестре. Кроткое, невинное существо, и так же мало заботится об нас, как мы с вами об их. Брат, отец, мать - вот кто ей наполняют душу. Здесь, например, давно ли мы остановились, и то неохотно, она уже отыскала какого-то безгласного, разбитого параличом, дряхлого старика, всеми брошенного, ухаживает за ним, бережет его и благословляет случай, который задержал нас здесь, подавая ей добро творить, между тем как мы с вами от этого случая готовы лопнуть с досады.
  
  
  
   (Антося вбегает)
  Антося. Вас сестрица зовет, крайняя нужда.
  Юлия. Сейчас.
  Аитося (ей на ухо). Ваш муж что-то по вас беспокоится.
  Юлия. Иду, я скоро ворочусь к вам.
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 11
  Рославлев старший (один). Брат сестру хвалит, видит в ней совершенство!: Почтенное чувство! Но кто ручается, что тут нет пристрастия? Однако, он поселил во мне сильное любопытство... Что, кабы попытаться познакомиться с пригожей незнакомкой?.. Пригожею? - это еще неизвестно, но то верно, что между мною и старым паралитиком она бы недолго колебалась. Разумеется, всё бы кончилось шудкою;, потому что я отныне впредь и навсегда, благодаря принятому намерению, об женщинах слышать не хочу. Спешить некуда, повеса Александр не женится, что ж - попробуем, И я многим нравился... (охорашивается перед зеркалом) конечно не столько, сколько бы хотелось, а пуще всего недолго!
  
  
   Зачем теперь не вспомнить мне,
  
  
   Как резво, счастливо и смело
  
  
   Сердечны шалости одне
  
  
   Имел за главное я дело.
  
  
   Я у красавиц был в чести!
  
  
   Шутил собой, шутил и ими.
  
  
   Как быть!.. был проведен иными, -
  
  
   Зато, отмщаясь над другими,
  
  
   Успел я многих провести.
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 12
  
   Рославлев старший и Юлия (в женском платье)
  Юлия. Пан почтмистрж, пан почтмистрж!
  Рославлев старший. Это она! прехорошенькая! и как на брата похожа!
  Юлия (между тем бегает к дверям, в цветник и в окно смотрит). Пан почтмистрж!
  Рославлев старший. Кого вы ищете? кого вам надобно? Хотите, я позову?
  Юлия. Здешний хозяин обещал мне достать шалфея и не идет до сих пор.
  Рославлев старший. Лекарство для вас? чем вы нездоровы?
  Юлия. Нет-с, не для меня, здесь больной есть, и опасно больной.
  Рославлев старший. Ближний вашему сердцу?
  Юлия. Ах, сударь, помогите ему, - вы, верно, лекарь.
  Рославлев старший. Почему вы это думаете?
  Юлия. Вы с таким участием расспрашиваете о болезни и больном.
  Рославлев старший. Признаюсь, на этот раз я в отчаянии, что неискусен в медицине.
  Юлия. Так я ошиблась, извините. (Уходит)
  Рославлев старший. Ошиблась, и не любопытствует знать, кто я! В самом деле это редко... Молоденькая, личико миленькое, чувствительное - и не любопытна! (Юлия возвращается)
  Рославлев старший. Нашли, кого искали?
  Юлия (среди комнаты, печально). Нет-с, не нашла.
  Рославлев старший. Позвольте же, я за вас пойду, разведаю, отыщу и приведу.
  Юлия. Пожалуйста, я вам много обязана буду.
  Рославлев старший. Сию минуту. (Ворочается) Какое в вас небесное добродушие и как непритворно! Как вы для других себя забываете! Клянусь вам... что я не видывал ничего подобного.
  Юлия. Перестаньте, сударь!
  Рославлев старший. Вы рассердились?
  Юлия. Нет-с, я вам благодарна, я, право, не сержусь, вы мне говорите приятные вещи, только, простите мне, они не у места. Вспомните, что ваши услуги, помощь ваша нужна бедному старику, изнеможенному страданиями. Идите, спешите и пуще всего не думайте, чтобы я была сердита.
  Рославлев старший. Бегу, лечу. (В дверях) Не оскорбляется похвалами, а не любит их. (Ворочается) Ах! ах! кстати вспомнил, что со мною есть маленькая дорожная аптека, - я вам сейчас принесу ее.
  Юлия. Очень кстати! пожалуйста, скорее!
  Рославлев старший (ворочается). Боже мой! Печатное наставление, как употреблять ее, на английском языке!
  Юлия. Я умею по-английски.
  Рославлев старший. А название составов и способов составления и мера приемов по-латыни,
  Юлия. Я умею по-латыни.
  Рославлев старший. А драхмы, унции и их дроби?
  Юлия. Вес, как вес, я по необходимости его знаю; матушка целый год была больна; впрочем, это знание так не трудно, что нечем хвастать. Пожалуйста, пришлите ваш ящик.
  Рославлев старший. Сию минуту. (В дверях) Сколько познаний, и не выказывает их и не дорожит ими! (Ворочается) Я готов не только быть у вас в полном подданстве на услугах, рассыпаться всюду и за всякой всячиной вам в угодность, только...,
  Юлия. Что вы хотите сказать?
  Рославлев старший (в сторону). Куда девалась моя дерзость? (Вслух) Не теперь, но когда удастся мне вам сделать угодное, когда вы убедитесь, что и я не без добродушия, не без сострадания; осмелюсь ли я просить у вас...
  Юлия. Чего? скажите!
  Рославлев старший. Поцеловать вас в знак дружбы.
  
  
   Восторгов бурных и непрочных
  
  
   Во мне простыл горячий след,
  
  
   И поцелуев непорочных
  
  
   Теперь мне сладостнее нет.
  
  
   Меня но; страсти пыл волнует -
  
  
   Умел я чувства обуздать,
  
  
   И вас хочу поцеловать,
  
  
   Как брат сестру свою целует,
  Юлия. На такой поцелуй и я согласна. Идите, сударь, торопитесь, не теряйте времени... почему мне не поцеловать вас? Я готова обнять доброго человека, только не мешкайте, бегите, принесите. Почему не обнять вас за доброе дело!
  Рославлев старший. Невинна как ребенок! (Уходит)
  Юлия (смотрит вслед ему, потом в окно). Ушел! Войдите!
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 13 Юлия, Антося и Лудвися (ведут Юлии мужа, укутанного в виде больного, зонтик на глазах, все лицо почти закрыто полотенцами, жена около его старается,
  
  
  
  поправляет и любуется)
  
   Антося
  
  
  
   Лудвися
  Каков, скажите, наш больной?
  
  Кто в этой смерти подвижной
  Больной он нового покроя!
  
   Найдет гусарского героя?,
  
  
  
  
  Антося
  
  
   Болезней всех образчик он!
  
  
  
  
  Лудвися
  
  
   Вот предисловье похорон!
  
  
  
  
  Антося
  
  
   Слепой, расслабленный, недужный,
  
  
   Он дышит будто сгоряча...
  
  
  
  
  Лудвися
  
  
   Но тем болезнь ему с плеча,
  
  
   Что в ней врачи ему не нужны.
  Рославлев младший (слабеющим голосом). Капель, микстуру, сироп! Смотрите на часы, не пора ли принимать?
  Юлия. Шалун, ты ужо не забудься при любезном братце! Пожалуйста, будь смирен и не подавай ни малейшего знака жизни.
  Рославлев младший. Уговор лучше денег: я не гожусь в параличные; хочешь, лучше напущу на себя белую горячку, выскочу, зарублю, развоююсь, брата в сторону, тебя в другую, сам на стену...
  Юлия. Не дурачься, мой милый, ты всё испортишь, а коли тебе непременно движение нужно, видел ты здесь креслицы? Хочешь, я тебя усажу в них и стану прокатывать из комнаты в комнату?
  Рославлев младший. Сажай, вези!
  Юлия. Ну, пойдем. (Уводит его)
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 14
  
  Антося, Лудвися, Рославлев старший и пан Чижевский
  Рославлев старший. А, милые, вы здесь, как я рад, что вас вижу!
  Антося (в сторону). Наш дикарь становится, кажется, обходительнее.
  Лудвися. Мы от вас бегали, боялись вам в глаза попасть; вы такие сердитые!
  Рославлев старший. А уж вы и приняли за строгую истину мои тогдашнее шутки! Как вам не стыдно? а скажите мне, где проезжая дама?
  Антося. Она тотчас будет.
  Пан Чижевский. У нее нет минуты свободной! всё время посвящено у нее на разумные дела.
  Рославлев старший. Да, кажется мне, что вы об ней знаете: известны ль вам обстоятельства ее жизни?
  Лудвися. Мы и сами много сказать вам не можем о ней. Всё, что знаем, слушайте!
  
  
  
  Она друг сирым и убогим!
  
  
  
  
  Антося
  
  
  
  Она благотворит шутя!
  
  
  
  
  Лудвися
  
  
  
  Она мудрец рассудком строгий!
  
  
  
  
  Антося
  
  
  
  Она невинностью дитя!
  
  
  
   Пан Чижевский
  
  
  
  Она благое существо,
  
  
  
  В ней человеческого мало...
  
  
  
   Рославлев старший
  
  
  
  Да, в этом женском диве, стало,
  
  
  
  Уж женского нет ничего!
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 15
  
  
   Те же и Юлия (в мужском костюме)
  Рославлев старший. А! любезный мизогин, откуда? а я без вас сделал здесь приятнейшее знакомство!
  Юлия. Поздравляю с доброй вестью: мало-по-малу лошади собираются, и мы скоро отправимся.
  Рославлев старший. Поздравьте лучше меня с тем, что я видел вашу сестрицу и говорил с ней.
  Юлия. Правду сказать, слуга у меня препроворный и в дороге - клад: в минуту избегал местечко, переколотил всех жидов...
  Рославлев старший. Как сестрица ваша похожа на вас; но признаюсь, не сердитесь - черты одни, а миловидности в ней гораздо более.
  Юлия. Уступаю охотно! Я право не приревную к ней! Пан Чижевский, посмотрите, верно уже всё изготовлено?
  Пан Чижевский. З_а_раз, ясновельможный капитане! (Уходит)
  Юлия. Что у вас за ларчик? не казна ли ваша?
  Рославлев старший. Нет! но на эту пору дороже всякого сокровища: сестре вашей нужны лекарства, и я принес ей свою дорожную аптеку. (Хочет итти) Нельзя ли мне с вами пойти к ней и отнести?
  Юлия. О, нет, подождите. Вы знаете, что к молодым барышням и знатным барам входить без докладу не можно; дайте мне предварить ее. (В сторону) Победа наша!
  Рославлев старший (отпирает ящик и осматривает его снутри).
  
  
  
  
  Антося
  
  
   Как любовь бывала лекарь,
  
  
   Свет уж видывал не раз, -
  
  
   А теперь она аптекарь:
  
  
   Часа нет ей без проказ!
  
  
  
  
  Лудвися
  
  
   Но от нас он не уйдет!
  
  
   Мы, его подкарауля,
  
  
   Скажем также в свой черед:
  
  
   Вот и вам, суд_а_рь, пилюля!
  
  
  
   (Обе уходят)
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 16
  Рославлев старший (один). Однако я с своим ларчиком в ожидании ее прихода очень похож становлюсь на дамского угодника. Было время, и это не так давно, прежде, нежели я отказался от любви навсегда.... но, признаюсь, три месяца тому назад встреча с нею могла бы сильно на меня подействовать. Теперь я безопасен, хладнокровен, решился ничего не чувствовать. Но где же она и что так долго медлит? и отчего мне так хочется опять ее видеть? Это ничего не значит: заманчивость, новость, приключение. - Ах! Вот она!
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 17
  Рославлев старший, Рославлев младший (в виде больного в тележке), Юлия
  
  
   (развозит его по цветнику)
  Рославлев старший. Какие заботы! Как она усердно хлопочет около этого бездушного, недвижимого старика. (Обращаясь к ней) Я принес обещанное и давно жду вас.
  Юлия (прибегая к нему из цветника). Дайте сюда, разберемте вместе, я вам много обязана, я вам очень много благодарна,
  Рославлев старший. Я вам во сто раз более... Нынешний день, например, думал ли быть на что-нибудь годным, но вы вдохнули в меня ту же страсть к добру, которая вас одушевляет, и я на всё хорошее способен.
  Юлия. Коли так, повозите больного, сударь, я устала, привезите его сюда. Рославлев старший. О! хоть отсюда до Петербурга на себе, на моих плечах, (Идет и останавливается; задумавшись)
  
  
   Ручаться можно ли за что?
  
  
   Наш ум - ужасный своенравен,
  
  
   Давно ль мной было принято
  
  
   Намеренье - не знать красавиц?
  
  
   Нельзя ручаться ни за что!
  
  
   Нельзя ручаться ни за что!
  
   (Бежит в цветник и везет тележку с больным)
  Юлия (смотря на него), Чего ж мы с мужем пугались! Он очень послушлив, возит и не жалуется. Рославлев старший (довезши до Юлии, останавливается; она отпирает аптеку, он поет)
  
  
   Ваш лазарет я прикатил;
  
  
   Пущусь опять, коли то надо,
  
  
   Лишь только бы уверен был,
  
  
   Что не замедлите наградой!
  
  
   Что не замедлите наградой!
  
  
   Лишь только б я вам угодил!
  
  
   Лишь только б я вам угодил!
  Юлия. Лишь только... что вы говорите?
  Рославлев старший. Лишь только б я вам угодил. Скажите, что вам нужно, я достаточно имею навык в этих травах, порошках, элексирах, и может быть скорее выберу то, что требуется.
  Юлия. Какое-нибудь легкое средство к возбуждению испарины.
  Рославлев старший. Дайте, примусь за дело. (Что-то высыпает, растворяет водою, мешает ложкою в стакане, между тем продолжает разговор) Давно ли вы посвятили ваши нежные старания этому старику?
  Юлия. Недавно.
  Рославлев старший. Он вам родственник?
  Юлия. Несколько.
  Рославлев старший. Нет, от меня не кройтесь, я всё знаю, он вам чужой, совершенно чужой, Вы нынче в первый раз его увидели, здесь нашли нечаянно, и ваши заботы об нем тем более заставляют удивляться.
  Юлия. Не дивитесь, это делается не по рассудку, но по быстрому чувству сострадания; оно скоро вспыхнет и скорей того остывает. Завтра, может быть, я не с таким рвением попекусь об этом недужном, и, видите ли, нынешний мой подвиг превратится в ничто. Изведайте постоянство в добрых делах, и тогда только называйте человека добродетельным. (Между тем оправляет больного)
  Рославлев старший. Как мило она отклоняет от себя всё, что на лесть похоже. Вот раствор, он готов, мне всегда был целебен. Ужасно противен вкусу, но во всяком случае безвреден. (Подносит Рославлеву младшему, тот рукой машет, что не хочет)
  Юлия. Не понуждайте его, он не хочет, будет время после.
  Рославлев старший. Как вам угодно; однако, какая у него здоровая жилистая рука!
  Юлия. Это идропическая пухлость, в лице он совершенно иссох.
  Рославлев старший. Лицо его слишком увязано, ему душно, я его немного освобожу от этих свивальников.
  Юлия (торопливо удерживая его). Оборони боже, не делайте того; малейшее неосторожное прикосновение произведет в нем жестокую боль. Один луч дневного света, как острие ножа, глаза ему колет.
  Рославлев старший (отшедши, смотрит на больного издали). Передвижная мумия, одною ногою уже в гробе, а придется позавидовать жребию подобных ему жалких существ! Для них только вы имеете душу пламенную, все прочие вам чужды.
  
  
   Когда в вас сердце признает
  
  
   Права священные несчастья,
  
  
   Когда к страдальцу вас влечет
  
  
   Порыв нежнейшего участья, -
  
  
   Ужель могли б вы не внимать
  
  
   Души тоскующей взыванью?
  
  
   Ужель могли б не сострадать
  
  
   От вас рожденному страданью?
  
  
   Ах нет! Несчастливей не тот,
  
  
   Кто бедность получил в наследство,
  
  
   Недужным помощь подает
  
  
   Искусства быстрое посредство;
  
  
   Но нам дано мученье знать,
  
  
   Где след один есть к упованью,
  
  
   Где тот лишь может сострадать,
  
  
   Кто сам виною был страданью.
  Будьте искренны, - если бы человек, не старик, не тягчимый болезнями, но добрый, в цвете лет, полюбил вас всем сердцем, преданный во власть вашу безусловно, в вас бы поставил одну свою отраду, цель жизни и всё свое блаженство, неужли бы вы ему в пользу не склонились ниже к малейшей взаимности?
  Юлия. Отчего же нет; но, во-первых, он бы не должен быть русским!
  Рославлев старший. Не русским? кем же, ради бога!
  Юлия. Нас, выезжих из Польши, не любят в вашей России!
  Рославлев старший. Напротив: мужчины, мы все боготворим вас.
  Юлия. Свет не из одних мужчин составлен, ваши дамы...
  Рославлев старший. О! Не думайте об них. Разумеется, вы у нас явитесь, и участь их будет из-за угла вам завидовать! Вы единственны, не бойтесь моих слов, верьте им, дайте им полную веру, они отсюда, из глубины сердца невольно вырвались; но бесполезно вам высказать всё то, что я теперь чувствую! (Осыпает ее поцелуями)
  Рославлев младший. Он не путем пристает!
  Рославлев старший. Больной простонал что-то.
  Юлия. Он просится к себе, ему назад пора. (Юлия идет к больному)
  Рославлев старший. Неужели мы расстаемся? О! я за вами всюду! Не правда ли, вы позволите мне за вами следовать?
  Юлия. Я вам не запрещаю!
  Рославлев старший (отнимает у нее колясочку). Нет, уж это мое дело; покуда мы вместе, я буду возить больного; любовь села на козлы и правит.
  
  
  
  (За кулисами слышен хор)
  
  
  
   Любит обновы
  
  
  
   Мальчик Эрот! (В цветнике появляются дочери почтмейстера, писарь, люди графские и сам
  хозяин. Шумят, поют и пляшут, все бегут навстречу везущему графу)
  Рославлев старший. Какая ярмонка! Что вы, с ума сошли?
  Юлия. Пусть их тешатся, оставьте их повольничать, пожалуйста, для меня! - У них нынче праздник!
  Рославлев старший (уходит с Юлией и увозит больного). Веселитесь, и я весел.
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 18
  
   Пан Чижевский, писарж, Антося, Лудвися,
  
   Андрей - слуга Рославлева старшего (и прочие)
  
  
  
  
   Хор
  
  
  
   Мазурка краковская
  
  
  
   Любит обновы
  
  
  
   Мальчик Эрот,
  
  
  
   Стрелке перёной,
  
  
  
   Знать, не черед, -
  
  
  
   Вожжи шелковы
  
  
  
   В руки берет,
  
  
  
   Плеткой ременной
  
  
  
   Хлещет и бьет.
  Андрей. Эк, барин-та у меня не путем развозился!
  Пан Чижевский. Не он первый, не он последний!
  
  
   Судьба проказница в насмешку
  
  
   Дает нам часто напрегай,
  
  
   Чему ж дивиться, что в тележку
  
  
   Впряжен твой барин невзначай? (2)
  
  
   Имея счастье на примете,
  
  
   Век целый возится народ, (2)
  
  
   Везде возня на этом свете: |
  
  
   Кто возит, а кому везет! | (3)
  
  
  
   Антося и Лудвися
  
  
   Пускай шумиху с возу счастья
  
  
   Глупец хватает, вздернув нос,
  
  
   И после с лихвой, в день ненастья,
  
  
   Он, плача, платит за провоз! (2)
  
  
   Фортуна нас и на запятки
  
  
   В свою повозку не берет, (2)
  
  
   Но и без ней пути нам гладки, |
  
  
   Пока нас молодость везет!
  | (3)
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 19
  Те, же и Рославлев старший (Андрей между тем заснул на столе)
  Рославлев старший. Сделайте милость, уплетайтесь куда-нибудь подальше е вашею веселостью: у меня и без того голова кругом идет! (Они уходят. Он будит Андрея, который просыпается, зевая, и потягивается) Так и есть, только и умеешь пить и спать без просыпа, а в промежутках зевать!
  Андрей (зевая и шатаясь). Да помилуйте! Что же другое делать?
  
  
  
   Жизнь наша сон...
  Рославлев старший. Молчать, пьяница! куда девался тот, - как его зовут!..
  Андрей. Как его зовут? (Опять принимается петь)
  
  
  
   Жизнь наша сон...
  Рославлев старший. Дурак! не разевай мне никогда так широко глупого своего рта. (Про себя) Куда девался брат ее? мне непременно нужно видеться и объясниться с ним. Пойду, отыщу его. (Андрею) А тебя я знаю, как протрезвить. (Уходит)
  
  
  
  
  ЯВЛЕНИЕ 20
  Андрей (один). В песне-то не то сказано, как бишь я ее наладил:
  
  
   Жизнь наша сон! всё песнь одна!
  
  
   Или ко сну, или со сна!
  
  
  
  Одно всё водится издавна:
  
  
   Родятся люди, люди мрут,
  
  
   И кое-как пока живут;
  
  
   Куда как это всё забавно!
  
  
   Как не зевать? всё - песнь одна:
  
  
   Или ко сну, или со сна,
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 242 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа