Главная » Книги

Горчаков Дмитрий Петрович - Горчаков Д. П.: биобиблиографическая справка

Горчаков Дмитрий Петрович - Горчаков Д. П.: биобиблиографическая справка


   ГОРЧАКОВ, Дмитрий Петрович [1(12).I.1758, Костромская губ.-29.XI(11.XII).1824, Москва] - поэт-сатирик, драматург. Принадлежал к знатному, но обедневшему роду князей - Рюриковичей (Черниговская ветвь). Единственный сын кн. П. И. Горчакова. Получил хорошее домашнее образование, в 1768 г. был записан на военную службу. Г. участвовал в походах русских войск в Валахию и в Крым. Однако в 1782 г., при неясных обстоятельствах, в скромном чине секунд-майора вышел в отставку и занялся сельским хозяйством в своем тульском имении. К этому времени относятся и его первые литературные опыты. В 1790 г. в качестве волонтера Г. принял участие в штурме крепости Измаил, где получил в руку тяжелую рану, которая давала о себе знать до конца его жизни. В донесении о сражении А. В. Суворов назвал Г. одним из тех храбрецов, кто "подавал пример подчиненным". В царствование Александра I Г. занимал должности Псковского (1807) и Таврического (1807-1810) губернского прокурора, правителя дел в молдавской армии при главнокомандующем М. И. Кутузове (1811-1812). С 1813 г. получил назначение вице-губернатором в Кострому, но в 1816 г. снова вышел в отставку и переехал в Москву, где жил до самой смерти. Похоронен в Даниловом монастыре.
   Широкую популярность принесли Г. издание и постановка в московском театре его комических опер "Калиф на час" (М., 1786), "Счастливая тоня" (М., 1786) и "Баба-Яга" (Калуга, 1788). В этих произведениях отчетливо воспроизводятся, пародируются черты русской действительности, обличается взяточничество, казнокрадство. За сказочными, фольклорными сюжетами, "восточным" колоритом ясно просматриваются национальные, местные черты быта, обычаев, психологии. Так, в опере на известный сказочный сюжет, взятый из арабских сказок про знаменитого калифа Гарун аль-Рашида (786-809), сапожник Абдалла обличает взяточничество Кади. Здесь многое близко русскому читателю и зрителю того времени: "А истины в суде / Найти нельзя нигде". Сказка лежит и в основе сюжета "Счастливой тони": к наделенному чудодейственной силой рыбаку Миловзору, желая узнать свою судьбу, приходят различные персонажи (судья, старуха, петиметр и др.). Судья при этом, напр., поет: "Я многих облупил / И денег накопил, / Судьею бывши крал, / С живых и мертвых драл / И всячиною брал". Постепенно сатира все больше как бы подчиняет себе сказку. В "Бабе-Яге" снова действует совсем не сказочный, а реальный персонаж - подьячий Взяткин. При этом драматург не верит в скорое исправление зла. Сказка в комических операх воспринимается только как стилистический ключ, а поэтому и не противоречит ни сатире, ни введению персонажей из современности.
   Значительное воздействие на Г. оказали творчество Г. Р. Державина и дружба с Н. П. Николевым. Под влиянием тираноборческой трагедии Николева "Сорена и Замир" Г. в конце 80 гг. создал свою гражданственную трагедию об Америке - произведение, которое, по свидетельству Д. И. Хвостова, было написано, но не "выдано в свет". В 1796 г. вышла его "российская повесть" "Пламир и Раида". Неопубликованная комедия в стихах "Беспечный" была исполнена в Петербурге в 1799 г. В журнале "Друг просвещения" за 1804-1806 гг. печатались отдельные стихотворения сатирика. С 1807 г. (10.IV) Г. стал членом Российской Академии наук, а в 1811 г. был избран членом "Беседы любителей русского слова".
   К началу XIX в. Г. приобрел известность как один из крупнейших поэтов-сатириков. В рукописном виде широко распространялись его сатирические послания, беседы, притчи, которые вместе с анонимными сатирическими произведениями, сатирами Д. И. Фонвизина, С. Н. Марина и др. заполняли тетради, рукописные Книги современников. Поэт пристально наблюдал за идейной жизнью России и Франции, увлекался Вольтером и Гельвецием. В произведениях Г. также воплотился дух века Просвещения. Религиозное свободомыслие в традициях французских просветителей отразилось в его "Письме к Г. И. Шилову" ("Ахти, любезный мой Шипов..." (1783). Алчность и грабительство губернаторов, беззакония судей, угнетение крестьян помещиками, несправедливости, чинимые царскими фаворитами,- все это находит отражение в его сатире "Послание к князю С. Н. Долгорукову". Злободневность острых произведений Г. обеспечивала их успех у читателей, а ему самому славу "российского Ювенала". "Злоязычный" А. Ф. Воейков своем "Парнасском адрес-календаре" назвал Г. "действительным поэтом", "экзекутором при наказании сатирическим бичом разврата, ябеды и "Грабительства". "Люблю твой колкий стих",- писал Т. юный Пушкин в стихотворении "Городок". Г. присутствовал на публичном экзамене в Царскосельском лицее 8 января 1815 г., на котором поэт читал свои "Воспоминания в Царском Селе". Когда в 1828 г. возникло дело о "Гавриилиаде", угрожавшее Пушкину, поэт сделал попытку приписать ее авторство покойному к тому времени Г., опираясь на его репутацию сатирика и вольнодумца.
   Именно сатира, по мнению писателей-просветителей, могла улучшить жизнь общества, помочь Искоренению "зла". Как и все просветители, Г. отрицательно относился к завоевательной политике. В сатире "Русский у подошвы Чатырдага" (1807) он критиковал политику Александра I и руководящих правительственных кругов, бездарность военного командования. Выступая в своих сатирах против паразитизма дворянства, призывая его к служению родине, Г. считал достойной дворянина не только военную службу, поприще писателя, ученого, но и занятие судейством, что в представлении привилегированного сословия XVIII в. считалось "неблагородной" деятельностью. Продолжая традиции А. Д. Кантемира и А. П. Сумарокова, Г. рассматривал свое творчество как служение отечеству, что отразилось, напр., в сатире "Он и Я. Разговор" (1790), проникнутой сознанием необходимости бескорыстного служения родине. Подобно Сумарокову, он осуждал дворян, продававших и проигрывавших своих крепостных крестьян. Раздумья Г. о социальном неравенстве видны в его двух "беседах"-сатирах, адресованных Николеву. Так, в "Беседе 2-й" (сатире о Пустоне, 1790, 1793) поэт сравнивает крестьянство с фундаментом здания. Хотя "Никто его не зрит, его судьбина - мрак...", однако "Зодчий видит в нем твердейшую подпору / Огромных сих палат, толико льстящих взору". Эти заключающие сатиру стихи перекликаются с концовкой басни И. А. Крылова "Листы и Корни". По мысли Г., пример доброго служения родине подают дворянству труженики-крестьяне, не менее нужные России, чем герои, ее охраняющие, и философы, занятые ее просвещением.
   В сатирах поэта почти всегда присутствует образ автора-обличителя, человека умного и гордого, который "пышность и чины считал за вздорный сон", "терзался, слушая вседневно бедных стон" ("Стансы", 1804), "пел стихи в дни мирны, / И жизни не жалел, / Как огнь войны горел" ("Напрасные труды. Послание к кому угодно", 90 гг.). Поэт не отступается от своего пути и "с лирой жизнь" оставит "Иль с шпагой... в руках" (Там же). Резкая, "ювеналовская" поэтическая интонация сочетается в творчестве Г. с шутливо-иронической, с примесью грустного скепсиса ("Беспристрастный зритель нынешнего века"). Поэту свойственно сознание того, что "ничего не исправить", своего рода тотальная ирония. Непринужденность, доверительность стихов Г. порой достигается чередованием стихотворных размеров в пределах одного стихотворения ("Письмо к другу моему Н. П. Николеву", 1799). Г. был одним из первых создателей жанра "дружеского послания", облеченного в шутливо-ироническую форму. Поисками правдивости и простоты, неприятием "слащавости" объясняются его выступления против Н. М. Карамзина и его эпигонов. Предубеждение Г. против комедии Д. И. Фонвизина "Недоросль", так же как и против комической оперы А. О. Аблесимова "Мельник, колдун, обманщик и сват", во многом было вызвано тем, что реальная комедия Фонвизина с почти натуралистическими сценами, ее сатира и юмор не соответствовали, в представлении Г., высокому, учительному назначению литературы.
   Взяв на вооружение наиболее сильные стороны классицизма - его высокий общественный, гражданственный пафос, связанную с ним дидактическую направленность, Г. внес значительный вклад в развитие русской сатиры, расширяя ее тематический диапазон. В лучших своих произведениях он продолжал традиции социально-политической сатиры, восходящей к Кантемиру, Новикову и др. поэтам XVIII в.
   Изучение текстов Г. затруднено тем обстоятельством, что большинство его рукописей сгорело во время произошедшего в его деревне пожара, кроме того, многое из им написанного и напечатанного осталось анонимным.
  
   Соч.: Соч. кн. Д. П. Горчакова.- М., 1890; Поэты-сатирики конца XVIII-начала XIX в. / Вступ. ст., подгот. текста, примеч. Г. В. Ермаковой-Битнер.-Л., 1959; Из неизданных атеистических произведений Д. П. Горчакова // Вопросы истории религии и атеизма.- М., 1959.- Т. 7; Сатира русских поэтов первой половины XIX в. / Подгот. текста, сост., вступ. ст. В. Афанасьева.- М., 1984.
   Лит.: Брайловский С. Из прошлого отечественной литературы.- Воронеж, 1893.- С. 25-52; Пиксанов Н. К. Кн. Д. П. Горчаков // Пушкин А. С. Собр. соч.- Спб.. 1907.- Т. 1.- С. 180-186; Шестериков С. П. Из неизданных стихотворений Д. П. Горчакова // Известия отдела русского языка и словесности.- 1928.- Т. 1.- С. 154-183.
  

Т. Г. Петрова

  
   Источник: "Русские писатели". Биобиблиографический словарь.
   Том 1. А-Л. Под редакцией П. А. Николаева.
   М., "Просвещение", 1990
   OCR Бычков М. Н.
  

Категория: Книги | Добавил: Ash (10.11.2012)
Просмотров: 295 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа