Главная » Книги

Андреев Леонид Николаевич - Чёрные маски, Страница 2

Андреев Леонид Николаевич - Чёрные маски


1 2 3

ие чьей-то неземной мечты... И я потерял жену, синьоры. Я потерял жену. Ее звали донна Франческа.
  Маски. Мы ждем вашей музыки, Лоренцо. Всем в мире известна очаровательная музыка герцога Лоренцо. Но час расставания еще не близок!
  Лоренцо. К вашим услугам, дорогие гости. (Совещается с музыкантами.)
  
  Незадолго перед этим в зале появилась первая из Черных масок, уродливое и странное существо, похожее на ожившую частицу мрака. Недоверчиво и пугливо озираясь, дивясь новому, незнакомому и чуждому, Черная маска виновато крадется у стены и неловко прячется за спины. Но все, к кому приближается она, отступают назад, полные недоумения и тревоги.
  
  Голос. Кто это? Это не маска.
  Второй голос. Я не знаю. Кто пригласил вас, синьор?
  
  Черная маска не отвечает и, съежившись, тихонько прячется за других. Разговаривают две другие маски.
  
  Первая маска (к другой, тихо). Сколько нас было?
  Вторая маска. Нас было сто.
  Первая маска. Но теперь нас больше. Кто это? Вы не знаете?
  Вторая маска. Не знаю. Но боюсь сказать: кажется, они летят на свет.
  Первая маска. Безумный Лоренцо слишком ярко осветил свой замок.
  Вторая маска. Огонь среди ночи опасен.
  Первая маска. Для тех, кто блуждает?
  Вторая маска. Для того, кто зажег.
  Лоренцо. Прошу вашего внимания, синьоры. Вот этот замаскированный синьор - его зовут Ромуальдо, и он прекрасный певец - исполнит сейчас перед вами маленькую песенку, которую я имел дерзость сочинить. Ромуальдо, ноты у тебя?
  Замаскированный. Здесь, синьор.
  Лоренцо. И слова? Ты чаще поглядывай в ноты, в одном месте ты часто ошибаешься, мой друг.
  Замаскированный. И слова здесь, синьор.
  Лоренцо. Луиджи, разбойник, если ты мне ошибешься хоть в одной ноте, я завтра же велю тебя вздернуть на стене моего замка.
  Маска с хор. Вам не придется на меня тратить веревку, синьор.
  Лоренцо. Внимание, господа. Внимание. (Взволнованно.) Ну, Ромуальдо, постарайся, мой друг, не осрами меня, и я завтра же подарю тебе драгоценный пояс.
  
  Красивыми, нежными, безоблачно-ясными, как глаза ребенка, мягкими аккордами начинается аккомпанемент. Но с каждою последующею фразою, которую поет замаскированный, музыка становится отрывистее, беспокойнее, переходит в крики и хохот, в трагическую бессвязность чувств. Заканчивается она торжественным и мрачным гимном.
  
  Замаскированный (поет). "Моя душа-заколдованный замок.- Светит ли солнце в высокие окна - из лучей золотых оно ткет золотистые сны.- Глядит ли печально луна в туманные окна - в серебристых лучах серебристые сны. Кто смеется? Кто смеется так нежно над печальною лютней?"
  Лоренцо. Так, так, Ромуальдо.
  Замаскированный (поет). "И осветил я мой замок огнями.- Что случилось с моею душой? Черные тени побежали к горам - и вернулись чернее.- Кто рыдает? - Кто стонет так тяжко в черной тени кипарисов? Кто пришел на мой зов?"
  Лоренцо (в недоумении). Там этого нет, Ромуальдо. И что это за музыка?
  Замаскированный (поет). "И страхи вошли в мой сияющий замок. Что случилось с моею душой? - Гаснут огни под дыханием мрака.- Кто смеется? Кто смеется так страшно над безумным Лоренцо? Пожалей меня, о властитель! - Страшно душе моей, о властитель, о владыка мира - сатана".
  Маски (со смехом). Сжалься над ним, сатана.
  Лоренцо. Ты лжешь, певец. Я, Лоренцо, герцог ди Спадаро, рыцарь Святого Духа, никогда не мог назвать владыкой мира сатану. Дай сюда ноты. Я моей шпагой научу тебя читать! (Выхватывает ноты и с ужасом читает.) "И страшно моей душе, о владыка мира - сатана". Это ложь. Кто-то подделал мой почерк, синьоры. Я этого не писал никогда. Клянусь всемогущим небом, синьоры,- клянусь святой памятью матери моей,- клянусь моим рыцарским словом: здесь таится какой-то гнусный обман. Слова подменили, синьоры.
  Маски. Нам не нужно твоих клятв, Лоренцо. Иди каяться в церковь. А здесь повелеваем мы. Продолжай, певец.
  Лоренцо (слабо улыбаясь). Простите, синьоры: я позабыл, что сегодня мне все изменяет - и лица, и звуки, и, наконец, слова. Но кто бы мог подумать, мои дорогие гости, что слова также могут одевать отвратительные маски. Продолжай твою шутку, певец.
  Замаскированный (поет). "В черной глубине моего сердца я воздвигну тебе престол, о сатана.- В черной глубине моей мысли я воздвигну тебе престол, о сатана.- Божественный - бессмертный - всесильный - отныне и навсегда стань над душою Лоренцо, счастливого, безумного Лоренцо".
  
  Аплодисменты. Хохот.
  
  Голоса. Браво, Лоренцо! Браво! Браво!
  - Лоренцо - вассал сатаны!
  - Преклоним колени, Лоренцо!
  - Лоренцо, герцог ди Спадаро - вассал сатаны!
  - Браво! Браво!
  Лоренцо (кричит). Во имя божие, синьоры! Нас всех обманули. Это не мой певец, это не Ромуальдо, это кто-то неведомый - его послал сюда сатана. Что-то страшное случилось, синьоры!
  Голос. Он пел твою песню, Лоренцо.
  Второй голос. Твоими устами он исповедовал сатану, герцог ди Спадаро.
  Лоренцо (прижимая руки к груди). Это ужасная неправда, синьоры. Вы только подумайте, мои дорогие гости, как мог я, герцог Лоренцо, рыцарь Святого Духа, сын крестоносца...
  Голос. А тебе мать сказала, чей ты сын, герцог Лоренцо?
  
  Хохот. Простирая руки, Лоренцо хочет что-то сказать, но слов его не слышно. И, схватившись за голову руками, он быстро бежит вверх по лестнице. Крики "Дорогу королевскому сыну!". Появляются еще две Черные маски.
  
  Кто это? Нас было меньше.
  Испуганный голос. Идут незваные. Идут незваные.
  Третий голос. Они летят на огонь. Снимите маску, синьор. (Пытается сорвать черную маску с лица неизвестного и в испуге отскакивает. Кричит.) На нем нет маски, синьоры!
  
  Смятение. Все одевается тьмою, но дикая музыка все еще звучит, удаляясь.
  
  
  
  
  
  Занавес
  
  

    КАРТИНА ВТОРАЯ

  Откуда-то издали доносятся звуки музыки; сливаясь с завываниями и свистом ветра, бушующего вокруг башни, они наполняют воздух дикой дрожащей мелодией.
  Старинная библиотека в замковой башне; низкая, массивная дубовая дверь приоткрыта, и видны ступени вниз и еще куда-то дальше, наверх. Сводчатые тяжелые потолки, маленькие окна в глубоких каменных нишах, кое-где на стенах и под потолком паутина. Всюду старые, большие книги: на полу, в тяжелых, окованных железом сундуках, на маленьких деревянных пюпитрах. Часть стен, углубленных в виде ниш, также представляет собою книгохранилище, местами закрытое тяжелыми завесами.
  У одного из раскрытых сундуков, полного пожелтевших бумаг, на низенькой скамеечке сидит Лоренцо ; возле него на подставке стоит кованный из железа фонарь, бросающий то яркие полосы света, то черные тени от поперечин. Некоторое время длится молчание: слышны только отдаленная музыка да шорох переворачиваемых Лоренцо листов. Одет Лоренцо так же, как и на балу.
  
  Лоренцо (поднимая голову). Какой ужасный ветер сегодня! Уже третью ночь бушует он и становится все сильнее и так страшно походит на музыку моих мыслей. Мои бедные мысли! Как испуганно бьются они в этом тесном костяном ящике. Давно ли Лоренцо был юношей, и вот прошло немного времени, и вот только два раза обернулось Солнце вокруг Земли, а он уже старик, и под бременем страшных испытаний, ужасной правды о делах человеческих и божьих горбится его молодая спина. Бедный Лоренцо! Бедный Лоренцо! (Читает. Отрываясь на мгновение.) Если все правда в этих пожелтевших листках, то кто же властитель мира: бог или сатана? И кто же я, тот, что называл себя Лоренцо, герцогом Спадаро? Ужасна правда дел человеческих. Полна печали моя юная душа. (Читает. Затем откладывает бережно листки и говорит.) Так это правда! Так это правда, мать моя! Я считал тебя святою, мать моя, и клялся твоею памятью, и так же тверда была моя клятва, как если бы клялся я на моем рыцарском мече. И ты, моя святая мать,- ты была любовницей конюха, пьяницы и вора. И мой благородный отец, вернувшись из Палестины, чтобы умереть в родном гнезде, узнал об этом и простил тебя - и страшную тайну унес в могилу. Чей же я сын, о моя святая мать: сын рыцаря, всю кровь свою отдавшего господу, или же сын грязного конюха, отвратительного обманщика и вора, обокравшего господина во время его молитвы? Бедный Лоренцо! Бедный Лоренцо! (Задумывается.)
  
  По лестнице слышны быстрые шаги, и в комнату, схватившись за голову, в той самой позе, в какой он покинул залу, вбегает Лоренцо. Отнимает руки от лица, видит сидящего Лоренцо и испуганно кричит.
  
  Лоренцо Вошедший. Кто это?
  Лоренцо Бывший (поднимаясь в испуге). Кто это?
  
  Лоренцо Вошедший бросается на Лоренцо Бывшего и роняет на землю фонарь; комната слабо озарена только тем светом, который падает из открытой двери. Короткая и глухая борьба, и два тела разъединяются.
  
  Лоренцо Вошедший. Ваша шутка слишком дерзка, синьор. Снимите маску! Я приказываю вам, или я заставлю снять ее. Я отдал вам мой замок, но я не отдавал себя, и, надев мою личину, вы оскорбляете меня. Есть только один Лоренцо, только один герцог Спадаро - это я. Долой маску, синьор! (Наступает.)
  Лоренцо Бывший (дрожащим голосом). Если ты только страшный призрак, то заклинаю тебя во имя божие - исчезни. Лоренцо только один. Герцог Спадаро только один - это я!
  Лоренцо Вошедший (бешено). Долой маску, синьор! Я слишком долго поддавался вашей неприличной шутке, и мое терпение истощилось. Долой маску, синьор, или обнажайте шпагу - герцог Лоренцо сумеет наказать вас за дерзость!
  Лоренцо Бывший Во имя божие!
  Лоренцо Вошедший. Во имя дьявола, хочешь ты сказать, несчастный. Шпагу, синьор! Шпагу! Иначе я на месте заколю вас, как провинившуюся собаку.
  Лоренцо Бывший Во имя божие!
  Лоренцо Вошедший (в неистовстве). Шпагу, синьор! Шпагу!
  В полумраке слышен свист и лязг встречающихся шпаг; оба Лоренцо яростно нападают друг на друга, но Лоренцо Бывший, видимо, слабеет. Короткие, глухие восклицания:
  - Во имя божие!
  - Долой маску!
  - Ты убил меня, Лоренцо! (Падает и умирает.)
  Лоренцо ( становится ногой на труп и, вытирая шпагу, говорит неожиданно грустно и мягко). Мне жаль вас, синьор самозванец: по вашей руке, по вашему сильному дыханию я вижу, что вы были молоды, как и я. Но ваше несчастье в том, мой бедный синьор, что герцог Лоренцо устал смеяться над милыми шутками своих гостей. Жалкою жертвою маскарадной шутки бесславно погиб ты, юноша, но все же мне жаль тебя, и если бы я знал, где живет твоя мать, я отнес бы ей твое последнее дыхание. Прощайте, синьор. (Уходит.)
  
  Некоторое время стоит тишина, затем все окутывается мраком, и звуки дикой музыки становятся громче и ближе.
  
  
  
  
   Занавес
  
  

    КАРТИНА ТРЕТЬЯ

  
  Бал продолжается.
  Как будто прибавилось масок - стало теснее и беспокойнее. Похоже и на то, как будто на гостей начало действовать странное, загадочно изменившееся вино. Музыка играет несколько утомленно, но все так же дико: печальная и красивая мелодия, точно случайно попавшая в этот хаос буйных и диких криков, немедля разрывается ими, разносится по ветру, как сорванный пожелтевший лист, и, крутясь, умирает. Часть масок продолжает танцевать, но большинство в непонятном беспокойстве движется взад и вперед, собираясь на мгновение в группы, обмениваясь короткими взволнованными замечаниями. Совсем одиноко бродят среди толпы Черные маски : лохматые и черные снизу до самой головы, похожие не то на орангутангов, не то на те чудовищные, мохнатые насекомые, что ночью прилетают на огонь. Они виновато, с видом конфузливым и несколько растерянным, пробираются у стен и прячутся по углам. Но любопытство превозмогает: крадучись осторожно, они рассматривают вещи, близко поднося к глазам, трогают лохматыми черными пальцами белые мраморные колонны, берут в руки драгоценные кубки и как-то беспомощно роняют их. Другие маски, прежде явившиеся, видимо, боятся их.
  
  Голоса. Где Лоренцо?
  - Где Лоренцо? Необходимо найти Лоренцо. Разве никто не видал, где герцог? Ему необходимо сказать, иначе будет поздно.
  - Они летят на свет.
  - Видимо, они здесь в первый раз: смотрите, как они оглядывают все, с каким любопытством трогают они вещи. Кто их звал?
  - Их не звали. Они пришли сами по освещенной дороге.
  - Но, может быть, это наши?
  - Нет, нет,- это чужие.
  - Все это сделал огонь в башне. Какой ужас!
  - Безумный Лоренцо! Безумный Лоренцо! Безумный Лоренцо!
  - Нужно, чтобы спустили мост. Тогда они не смогут пройти.
  - Зовите Лоренцо!
  
  Черная маска с любопытством трогает за рукав одну из прежних масок; та в испуге отскакивает.
  
  Прежняя маска. Что вам угодно, синьор? Я вас не знаю - кто вы? Кто пригласил вас сюда?
  Черная маска. Я не знаю, кто я. Кто-то зажег на башне свет, и мы пришли сюда. У нас очень темно. И очень холодно у нас. А кто вы? Я тоже вас не знаю. (Хочет обнять маску, та отскакивает.)
  Прежняя маска. Прочь руки, синьор, иначе я обрублю вам пальцы.
  
  Пошатываясь, Черная маска подходит к огню камина, садится на корточки и греется. К ней присоединяются другие такие же, черным кольцом окружая слабеющий огонь.
  
  Первая Черная маска. Холодно. Холодно.
  Вторая Черная маска. Холодно.
  Третья Черная маска. Это называется огонь? Какой красивый огонь. Чей это дом? Почему мы раньше не пришли сюда?
  Первая Черная маска. Потому что нас не было тогда. Нас родил огонь.
  Вторая Черная маска. А отчего огонь гаснет? Я так люблю его, а он гаснет. Отчего огонь гаснет?
  Маска. Герцог Лоренцо предатель. Он изменяет нам. Он сказал, что замок наш,- зачем же он позвал этих сюда?
   Вторая маска. Он их не звал. Они пришли сами. Но этот замок наш, и мы прикажем спустить мост. Эй, слуги, слуги синьора Лоренцо! Сюда!
  
  Никто не подходит.
  
  Третья маска. Слуги разбежались. Зовите Лоренцо! Зовите Лоренцо!
  Старухи (пробегая с кастаньетами). Жених идет. Жених идет. Жених идет.
  Голоса. Лоренцо! Лоренцо! Лоренцо!
  
  На лестнице показывается улыбающийся Лоренцо. Платье его разорвано. На обнаженной груди большое кроваво-красное пятно, но он не замечает этого и держится все с тем же достоинством и строгим изяществом владетельного принца.
  
  Лоренцо. Великодушно простите меня, синьоры, что я осмелился покинуть вас на минуту. Вы подумайте, дорогие мои гости, какая смешная и забавная шутка: я сейчас видел одного очень остроумного синьора, который надел на себя маску герцога Лоренцо. Вы бы удивились, до того было поразительное сходство,- искусный шутник украл не только мой костюм, но мой голос, мое лицо, синьоры. Не правда ли, как смешно? (Смеется.)
  Маска. Ты в крови, Лоренцо.
  Лоренцо (оглядывая себя, равнодушно). Это не моя кровь. Кажется (задумчиво потирает лоб), кажется, я убил того шутника. Вы не слыхали падения тела, синьоры?
  Маска. Герцог Лоренцо - убийца! Кого ты убил, Лоренцо?
  Лоренцо. Простите, синьоры, но я, право, не знаю, кого я убил. Он лежит там. И если вам угодно, вы можете взглянуть на него: он лежит там. Но что же не играет музыка? И отчего вы не танцуете, мои дорогие гости?
  Маска. Музыка играет, Лоренцо.
  Лоренцо. Да? А мне показалось, что это ветер, что это просто сильный ветер. Танцуйте же, господа, я так счастлив вашему беззаботному веселью. Петруччио! Кристофоро! Еще вина нашим дорогим гостям. (Грустно.) Ах да (смеется), я ведь потерял их, и Петруччио, и Кристофоро, и донну Франческу. Так звали жену мою - донна Франческа. Не правда ли, какое очаровательное имя? Донна Франческа...
  
  Число Черных масок увеличивается. Одна из них всходит по ступеням и обращается к герцогу.
  
  Черная маска. Это ты зажег огонь?
  Лоренцо. Кто вы, синьор? У вас такой странный и грубый голос, и, мне кажется, я не звал вас. Как вы сюда вошли?
  Черная маска. Это ты зажег огонь?
  Лоренцо. Да, мой очаровательный незнакомец, это я приказал осветить мой замок. Не правда ли, как далеко он светится огнями?
  Черная маска. Ты разбудил всю ночь. Там все зашевелилось. Ночь идет сюда. Ничего, что мы пришли к тебе? Это тебя зовут Лоренцо? Это твой дом? Это твой огонь? (Хочет обнять Лоренцо, тот с силою отталкивает ее.)
  Маски (снизу). Остерегайся его, Лоренцо. Лоренцо, твой замок в опасности. Пришли незваные. Прикажи спустить мост и наглухо закрыть все двери.
  Голос. Мост уже спущен. Но они лезут через стены.
  Другой голос. Весь мрак ночи превратился в живые существа, и отовсюду они идут сюда. Запирайте двери.
  Маска (снизу). Лоренцо, ты звал нас, и мы твои гости! Ты должен нас защитить! Созови вооруженных слуг и убей их. Иначе они убьют тебя и нас.
  Третий голос. Смотрите: с каждым из них гаснет по огню, они пожирают огонь, они тушат огонь своим черным телом.
  Первый голос. Кто они? Они любят огонь-и тушат его. Они летят на огонь, и огонь гаснет. Кто они?
  Лоренцо. Какая очаровательная шутка, синьоры,- вы так остроумны. Но мне кажется, что огни действительно гаснут и что здесь странно холодеет. Не потрудится ли кто-нибудь из вас, синьоры, позвать моих слуг, и они дадут нового огня? Я, право, не знаю, где они.
  
  Запертые двери сразу распахиваются, точно под сильным напором, и впускают целую толпу Черных масок ; и так же сразу и значительно слабеет свет. С тем же застенчивым, но назойливым любопытством Черные маски лезут всюду и целою черною кучею приваливаются к камину, окончательно гася слабо тлеющий огонь.
  
  Черные маски. Холодно. Холодно. Холодно.
  Голоса. Зажигайте огни! Огни гаснут! Кто открыл двери? Несите факелы! Факелы!
  
  В поднявшейся суматохе некоторые пытаются закрыть двери, но отступают перед натиском все прибывающих Черных масок ; другие так же безуспешно пытаются зажечь погасшие светильники, и те загораются, но тотчас же гаснут вновь. Появляются две-три маски с пылающими факелами, и их красный колеблющийся свет наполняет залу фантастическою пляскою теней.
  
  Лоренцо (любуясь происходящим). Как это очаровательно, синьоры. Мне еще никогда не доводилось видеть такой интересной борьбы между тьмою и светом. Тысячу благодарностей тому из вас, синьоры, кто придумал это! Я до гроба его верный слуга.
  Голоса. Факелы гаснут! Несите факелы!
  Маска. Необходимо погасить на башне огонь. Этот безумный Лоренцо погубит всех нас.
  Вторая маска. Туда уже пошли.
  Паук (давно уже подбирающийся к Черной маске, спрашивает ее). Вы от сатаны?
  Черная маска. Кто такой сатана?
  Паук (недоверчиво). Ты не знаешь сатаны? Кто же вас прислал сюда?
  Черная маска. Я не знаю. Мы сами пришли. (Хочет обнять Паука, тот в испуге на зыблющихся ногах отбегает.)
  Лоренцо. Луиджи, разбойник, что же замолк ты с твоими артистами? Я прошу тебя, сыграй нам вот эту песенку - ты помнишь? Простите, синьоры, у меня очень слабый голос, но я должен напомнить этому забывчивому артисту... Слушай, Луиджи.
  Напевает трогательную простую песенку, которою матери укачивают детей. И странно: тихими и нежными аккордами музыка отзывается на песенку. Все затихает. В нелепых и безобразных позах, разинув рты, с наивным любопытством прислушиваются Черные маски. Только в двери, которые изо всех сил, упираясь плечами, держат прежние маски, что-то стучит, скребется и ноет тихими плаксивыми голосами. Закрыв глаза, слегка покачиваясь, Лоренцо тихо поет. Вдруг сзади него по лестнице раздается топот многочисленных ног, явственно слышимый в тишине. Мимо Лоренцо, толкая его, сбегает несколько прежних масок.
  
  (С тихим упреком.) Вы мне помешали петь, синьоры.
  Одна из пробежавших масок (задыхаясь). Убийство! Убийство! В башне совершилось убийство!
  Голоса. Кто убит?
  Первая маска. Господа! Убит сам Лоренцо, герцог Спадаро, владелец этого замка.
  Вторая маска. Мы видели его труп. Несчастный герцог лежит в библиотеке, пронзенный ударом в спину. Тот, кто сразил его, не только убийца, но и предатель!
  Лоренцо. Это ложь, синьоры! Я бил его в сердце! Я сразил его в честном бою! Он яростно защищался, но господь бог укрепил мою руку, и я сразил его.
  Голоса. К мщению, синьоры! К оружию! К оружию! Изменнически убит герцог Спадаро.
  Первая маска (указывая на Лоренцо). А вот его убийца. Долой маску, синьор!
  Лоренцо. Маску? (С достоинством). Действительно, синьоры, я убил кого-то на башне, какого-то наглого шутника. Но то не был герцог Лоренцо. Герцог Лоренцо - я.
  Крики. Долой маску, убийца!
  Тем временем наплыв Черных масок продолжается, и продолжают гаснуть огни. Появляются еще несколько факелов взамен угасших. Дальнейшие речи Лоренцо и масок перебиваются частыми криками: "Несите факелы. Огни гаснут".
  
  Лоренцо. Почему вы думаете, что на мне маска, синьоры? (Ощупывая лицо.) Это обыкновенное лицо, это мое лицо, уверяю вас, синьоры.
  Голоса. Долой маску, убийца!
  Лоренцо (вспыхивая). Прошу вас прекратить эту неприличную шутку. Клянусь честью, что это лицо, данное мне господом богом при рождении моем, а не одна из тех отвратительных масок, какие я вижу на вас, синьоры! Маска не может улыбаться, как улыбаюсь я в ответ на ваши дерзкие шутки. (Хочет улыбнуться, но только конвульсивно передергивает ртом; на одно мгновение, оскалив зубы, дает подобие страшной смеющейся маски, но тотчас же лицо становится неподвижным, бледнеет и стынет. В ужасе.) Что это? Что сделалось с моим лицом? Оно не слушается меня. Оно не хочет улыбнуться - оно стынет. (Жалобно.) Я, вероятно, с ума схожу, синьоры! Поглядите на меня, ведь это же не маска, это же лицо, живое человеческое лицо.
  Хохот, крики.
  - Долой маску, убийца! Смотрите! Смотрите! Лоренцо каменеет.
  Лоренцо (с каменным лицом). Все погибло, синьоры. Я хотел улыбнуться - и не мог. Я хотел заплакать, и не мог я заплакать, синьоры. На мне каменная маска. (В бешенстве хватает себя за лицо. пытаясь содрать его.) Я сдеру тебя, проклятая маска, с мясом и кровью я сорву тебя! Помогите мне, донна Франческа! Во имя нашей любви я умоляю вас, помогите мне! Только немного подрезать кинжалом, и она свалится сейчас, и вы увидите вашего Лоренцо. Неси свой освященный меч, Кристофоро! Спасай твоего господина. Отступился от него господь. Одно мгновение, синьоры, одно мгновение... Я сейчас, я сейчас... (Дико кричит и падает.)
  
  Одновременно с этим раздается треск разломанных рам, окна распахиваются, и в них лезут те же Черные маски. В зале почти темно. Только два факела бросают свой дрожащий свет, но скоро один из них гаснет. В темноте отчаянное, полное страха движение, неудачные попытки к бегству и крики. Несколько Черных масок взбираются на хоры к музыкантам, хватают трубы и дико трубят.
  
  Голос. Слышите? Они трубят. Они сзывают своих.
  Второй голос. Это их музыка.
  Третий голос. Спасайтесь. Они лезут в окна.
  Первый голос. Башня полна ими. Они льются оттуда, как черный поток. Несите факелы.
  Четвертый голос. Факелов больше нет. Это последний.
  Многочисленные голоса. Спасайтесь! Спасайтесь!
  Третий голос. Все выходы заняты ими.
  Женский голос. Он обнимает меня. Я задыхаюсь. Я сейчас умру. Спасите меня! Здесь столько рыцарей - неужели никто не защитит меня?
  Голос. К оружию!
  Третий голос. Мечи бессильны против них.
  Четвертый голос. Спасенья нет. Мы погибли. Безумный Лоренцо! Он погубил всех нас.
  Черные маски (расползаясь). Холодно. Холодно. Где же свет? Где же огонь? Нас обманули.
  Голос (в бешенстве и отчаянии). Вы же сами пожрали его, порождения тьмы!
  Черные маски. Холодно. Холодно. Где же свет? Где же огонь? (Льнут к последнему факелу, который в высоко поднятой руке, спасая, держит одна из масок, и факел гаснет. Тьма)
  Голоса. Безумный Лоренцо! Безумный Лоренцо! Безумный Лоренцо!
  
  
  
  
   Занавес
  
  

    ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

  
  

    КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

  Уголок капеллы в рыцарском замке. Все затянуто черной материей в знак траура; только высокие, цветные, сильно запыленные окна дают слабый, мягко окрашенный свет. На черном возвышении черный массивный гроб с останками Лоренцо, герцога ди Спадаро, вокруг гроба, по углам, четыре огромных восковых свечи. На возвышении, у изголовья, опершись рукою на гроб, в текучем блеске восковых свечей, весь одетый в черное, стоит герцог Лоренцо .
  С замкового двора доносятся временами визг и лай охотничьих собак; время от времени заунывное и протяжное завывание труб разносит окрест печальную весть о смерти герцога Спадаро. В минуты молчания из-за боковых стеклянных врат, ведущих в другую половину капеллы, слышен голос священника и торжественные звуки органа; там идет непрерывная месса.
  
  Лоренцо (лежащему в гробу). Уже вся окрестность оповещена о вашей смерти, герцог Лоренцо, и в слезах призывает мщение на голову убийцы. Лежите спокойно, синьор! Сейчас придут поклониться вашему праху все некогда любившие вас: придут поселяне, и ваши слуги, и ваша безутешная вдова, донна Франческа. Но, умоляю вас, синьор Лоренцо, лежите спокойно. Уже однажды я имел честь нанести удар в ваше сердце, вполне достаточный для смерти, но если теперь вы пошевельнетесь, вздумаете что-нибудь сказать или крикнуть, я совсем вырежу ваше сердце из груди и брошу вашим охотничьим собакам. Во имя нашей былой приязни умоляю вас, Лоренцо,- лежите спокойно. (С нежной заботливостью оправляет покров и целует мертвеца в лоб.)
  
  В этот момент в углу капеллы, в складках черной материи слышится тяжкий вздох и жалобный звон бубенчиков.
  
  Кто здесь? Ах, это ты, мой маленький Экко: спрятался в углу и тихо позванивает бубенчиками. Кто впустил тебя сюда?
  Экко. Зачем ты умер, Лоренцо? Глупенький Лоренцо. Зачем ты умер?
  Лоренцо. Так нужно, Экко.
  Экко. Ведь и я с тобою умру, Лоренцо. Твои слуги так злы, твои собаки кусаются так больно, герцог. Весь день я прятался на башне: все ждал, когда откроются сюда двери. Не гони меня, Лоренцо.
  Лоренцо. Останься, шут.
  Экко. Какой у тебя длинный и белый нос, Лоренцо. Как неудобно тебе с таким носом, ведь его необходимо держать кверху. Я бы посмеялся, если бы не было так страшно.
  Лоренцо. Это смерть, Экко. Спрячься - сюда идут.
  
  Экко прячется. Входят несколько человек поселян и низко кланяются гробу, не смея подойти ближе.
  
  (Торжественно.) Герцог Лоренцо, откройте ваше сердце и вернитесь на мгновение к жизни: к вам пришли проститься ваши добрые поселяне. Подойдите ближе, друзья мои: герцог Лоренцо при жизни был добрым господином для вас, не обидит он вас и после своей смерти. Подойдите ближе.
  
  Поселяне подходят ближе, но все еще, видимо, боятся.
  
  Первый крестьянин. Прости тебя господь, герцог Лоренцо, как я прощаю тебя. Не раз с твоими охотниками ты топтал мои посевы, а то, что оставляли нетронутым подковы твоих коней, то добирал твой управляющий, лишая хлеба меня и мою семью. Но все же ты был добрым господином, и я прошу господа, да простит он тебе грехи твои.
  Лоренцо (лежащему в гробу). Спокойствие, синьор, спокойствие. Я понимаю, что вы не можете без волнения слышать эту горькую правду о ваших дурных поступках, но не забудьте, что вы мертвы. Лежите спокойно, синьор, лежите спокойно.
  Крестьянка. Прости тебя господь, герцог Лоренцо, как я прощаю тебя. Ты отнял у меня мою маленькую дочь для твоей герцогской забавы, и моя дочь погибла. Но ты был молод и красив, ты был добрым господином для нас, и я умоляю господа бога, да простит он тебе грехи твои. (Плачет.)
  Лоренцо (лежащему в гробу). Спокойствие, синьор, спокойствие. Вы любили, я помню, васильки среди спелой ржи. Но не напоминает ли это вам чьих-то синих глаз, чьих-то золотистых кос?
  Второй крестьянин. Ты еще только собирался идти освобождать гроб господень, герцог Лоренцо, а на твоей службе уже забили насмерть моего сына. Плохую услугу оказал ты господу, герцог, - и нет тебе прощения ни на земле, ни на небе.
  Лоренцо ( стискивая зубы). Вы слышали, герцог? (К поселянам.) Возвращайтесь с миром в ваши жилища, друзья мои,- герцог Лоренцо слышал вас и покорно отнесет каждое ваше слово к престолу всевышнего.
  
  Поселяне уходят.
  (Лежащему.) Лоренцо, безумный Лоренцо, что ты сделал со мною?
  
  Входит синьор Кристофоро, слегка пьяный, становится, покачиваясь, на одно колено и некоторое время молчит. Шут Экко, наполовину вылезший было из-за своего прикрытия, прячется снова.
  
  Вас слушают, синьор Кристофоро.
  Кристофоро (пошатываясь). Герцог ди Спадаро! Лоренцо! Мальчик! Как мне без тебя скучно! Прости меня, мой бедный мальчик. Когда с твоим благородным отцом вернулись мы из Палестины и родился ты, такой маленький и красненький, я дал клятву твоему отцу, что всегда буду оберегать тебя. И я оберегал твои вина, но, прости меня, Лоренцо, они пьют, как верблюды. А сегодня я раскрыл все погреба, выбил днище у бочек, разрезал мехи и сказал: пейте, верблюды, ослы, проклятые губки, я надеваю мой меч и иду искать того, кто убил моего мальчика, моего милого Лоренцо. (Вытирает глаза кулаком и, шатаясь, встает.)
  Лоренцо (с достоинством). Герцог благодарит тебя, Кристофоро. Ты пьян, мой старый друг, но при твоих словах разошлись края раны, и две злые капельки выступили из глубины его сердца. Это твои, Кристофоро. Ступай.
  
  Кристофоро уходит. Позвякивая бубенчиками, вылезает шут Экко.
  
  Экко. А мне ты ничего не даешь, Лоренцо? Хоть одну только капельку крови из твоего сердца - мне надоело быть злым и горбатым.
  Лоренцо. Я дам тебе больше, Экко: пойди и поцелуй меня.
  Экко. Я боюсь.
  Лоренцо. Он любил тебя, маленький трус.
  Экко. Если бы ты был живой, Лоренцо, я бы с удовольствием поцеловал тебя, но я боюсь покойников. Зачем ты умер, Лоренцо? Это так нехорошо. (Садится на полу, подложив под себя ноги и приготовляясь, очевидно, к продолжительной и интересной беседе.) Видишь ли, Лоренцо, нам нужно уйти отсюда. Ты думаешь, что я шут, и не веришь мне, но однажды, случилось, ты играл со мною и коснулся меня мечом: и теперь я такой же рыцарь, как и ты, Лоренцо. Так что послушай меня: перестань быть мертвым, возьми меч, и мы вдвоем пойдем с тобою, как два рыцаря.
  Лоренцо (улыбаясь). Куда, мой смелый рыцарь?
  Экко. А к господу богу, Лоренцо. (Оживляясь.) Тебя он знает, Лоренцо, а про меня ты скажешь, что я твой брат - маленький уродец. И когда он освятит наши мечи... Ай-ай, Лоренцо, идут твои грубияны. Я боюсь, я спрячусь. (Прячется.)
  
  Толкаясь, вваливается толпа сильно пьяных, буйно настроенных слуг ; некоторые из них входят в шляпах.
  
  Лоренцо (гневно). Шляпы долой, негодяи!.. Лежите спокойно, синьор, лежите спокойно.
  Пьетро. А он уже вонять начинает. Кто хочет идти целовать руку,- а я не пойду.
  Марно. Я предпочел бы поцеловать донну Франческу: из всех дам, которых я видел, она мне нравится больше всех. Это, видите ли, синьоры, наследственная привычка: мой дядя целовал мать герцога Лоренцо, а мне вот хочется поцеловать его жену.
  
  Смех.
  
  Лоренцо. Умоляю вас, синьор, лежите спокойно. Я вижу, как черная кровь бурлит в вашей ране, но то чужая кровь, Лоренцо.
  Мануччи. Ты, Пьетро, украл у меня золотую шпору, и я завтра сдеру с тебя кожу.
  Пьетро. А я обрублю тебе нос.
  Лоренцо. Прочь отсюда, негодяи! Прочь! (Наполовину обнажает шпагу.)
  
  Слуги испуганно озираются.
  
  Пьетро. Это ты крикнул, Марио?
  Марио. Молчи. Мне послышался голос покойного герцога, старого Энрико. Идем отсюда.
  Мануччи. Вот ты увидишь, как я сдеру с тебя кожу.
  Марио. Идем. Идем.
  
  Уходят.
  
  Лоренцо (к лежащему, с презрением). И это ваши слуги, синьор. Те, на кого вы оставляли ваш замок, ваши сокровища и вашу жену, прекрасную донну Франческу. Не ссылайтесь на измену и на предательство, несчастный герцог, не оскорбляйте моего слуха жалкими отговорками, не порочьте вашего честного гроба. (В сильном волнении.) Но спокойствие, Лоренцо, спокойствие. Я слышу, сюда идет донна Франческа, я узнаю ее поступь, и я умоляю вас, синьор: во имя божие, лежите спокойно! Силы, соберите силы, синьор!
  Молчание; становятся слышнее печальные звуки реквиема за стеною. Приложив руку к сердцу, весь вытянувшись вперед, Лоренцо ожидает. Входит донна Франческа в пышном трауре, одна. Преклоняет колени. Молчание. Во время дальнейшего шут Экко немного высовывается из-за черной завесы и горестно плачет, тихонько позвякивая бубенчиками.
  
  (Не выдерживает.) Я люблю тебя, Франческа.
  Франческа (тихо). Я люблю тебя, Лоренцо.
  Лоренцо (печально). Но ведь я умер, Франческа.
  Франческа. Ты всегда будешь жив для меня, Лоренцо.
  Лоренцо (печально). Вы измените мне, донна Франческа.
  Франческа. Я никогда не изменю тебе, Лоренцо.
  Лоренцо (печально). Но вы молоды, донна Франческа.
  Франческа. В одну ночь состарилось мое сердце, Лоренцо.
  Лоренцо (печально). Ваше лицо так прекрасно, донна Франческа! (С тихим укором.) Горькие слезы не могли омрачить черного блеска ваших глаз, о донна Франческа! Горькие слезы не смыли нежных роз с ваших щек, о донна Франческа! Черный траур не скрыл красоты и гибкости вашего стана, о донна Франческа, о донна Франческа!
  Франческа. Погас свет в очах моих, Лоренцо. Увяло лицо мое, как лист под жестоким дыханием сирокко, и к земле пригибает мой стан невыносимая и горькая печаль.
  Лоренцо. Ты лжешь, Франческа.
  Франческа. Клянусь, Лоренцо!
  Лоренцо (дрожащим голосом). Лежите, синьор, лежите. Я вижу, как вздымается ваша грудь, Лоренцо, я вижу, как при безжалостных словах любви трепещет ваше истерзанное сердце, и мне жаль вас, Лоренцо. Уйдите, донна Франческа. Оставьте меня с моим погибшим другом. Вашей красивою печалью вы терзаете наши сердца, и я умоляю: во имя божие, покиньте нас.
  
  Донна Франческа плачет.
  
  (Терзаясь.) О донна Франческа! О любовь моя, о моя светлая юность! (Тихо плачет, закрывая лицо руками.) Поди, поцелуй его, Франческа. Я не буду смотреть.
  
  С рыданием Франческа целует мертвеца.
  
  (Закрывая лицо руками.) Крепче целуйте, донна Франческа, больше никогда вы не увидите его. Крепче целуйте! В мою руку вложил меч господь бог, и смертью покарал я безумного Лоренцо, но все же он был рыцарь. Рыцарь Святого Духа был он, Франческа. А теперь оставьте нас.

Другие авторы
  • Степняк-Кравчинский Сергей Михайлович
  • Суриков Иван Захарович
  • Новорусский Михаил Васильевич
  • Говоруха-Отрок Юрий Николаевич
  • Игнатьев Иван Васильевич
  • Горбунов Иван Федорович
  • Чулков Георгий Иванович
  • Кони Анатолий Федорович
  • Глинка Федор Николаевич
  • Перец Ицхок Лейбуш
  • Другие произведения
  • Мопассан Ги Де - Исповедь женщины
  • Мультатули - Импресарио
  • Татищев Василий Никитич - История Российская. Часть I. Глава 4
  • Хин Рашель Мироновна - Рашель Мироновна Хин: биографическая справка
  • Горький Максим - Литературные заметки
  • Плеханов Георгий Валентинович - Централизм или бонапартизм?
  • Карамзин Николай Михайлович - Полное собрание стихотворений
  • Бухов Аркадий Сергеевич - Евгений Онегин по Луначарскому
  • Ожегов Матвей Иванович - Ожегов М. И.: Биографическая справка
  • Бунин Иван Алексеевич - М. В. Михайлова. "Солнечный удар": беспамятство любви и память чувства
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 189 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа