Главная » Книги

Диль Шарль Мишель - Основные проблемы византийской истории

Диль Шарль Мишель - Основные проблемы византийской истории


1 2 3 4 5 6 7

   Шарль Диль

Основные проблемы византийской истории

Перевод с французского и предисловие

доц. Б. Т. ГОРЯНОВА,

под редакцией

проф. С. Д. СКАЗКИНА


1947

Государственное издательство

ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Москва

CHARLES DIEHL

LES GRANDS PROBLÈMES

de

ĽHISTOIRE BYZANTINE

PARIS, 1943

Оглавление

   Стр.
   Предисловие........................................... 5
   Глава I
   Место Византии в истории средних веков.......... 21
   Глава II
   Основание Византийской империи. Ее гра-
   ницы и население................................... 34
   Глава III
   Периоды византийской истории.................... 43
   Глава IV
   Национальная проблема............................ 55
   Глава V
   Политическая проблема............................ 61
   Глава VI
   Религиозная проблема.............................. 69
   Глава VII
   Военная проблема................................... 79
   Глава VIII
   Административная проблема...................... 91
   Глава IX
   Социальная проблема.............................. 103
   Глава X
   Экономическая проблема..................... 112
   I. АГРАРНЫЙ ВОПРОС .......................... 112
   II. ПРОМЫШЛЕННОСТЬ И ТОРГОВЛЯ............ 117
   Глава XI
   Проблемы внешней политики.................... 129
   Глава XII
   Византийская культура. Литература и
   искусство........................................ 148
   I. ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ ВИЗАНТИИ.................... 148
   II. ВИЗАНТИЙСКОЕ ИСКУССТВО..................... 167
   Глава XIII
   Проблемы современного византиноведения.... 166
   Заключение.......................... 178
   Библиография..................................... 180

Предисловие

   Франция заслуженно завоевала себе авторитет классической страны научного византиноведения. Еще при Людовике XI (1461-1483 гг.) в Париже Георгий Героним преподавал греческий язык, а его ученики, среди которых были знаменитые гуманисты Гильом Бюде, Рейхлин и Эразм Роттердамский, копировали греческие рукописи; их копии долго выдерживали конкуренцию с типографскими изданиями. В 1539 г. в Париже была основана Парижская королевская типография, и отлитые здесь шрифты, созданные на основе рисунков лучших переписчиков рукописей, надолго стали образцами форм греческого алфавита. При Франциске I (1515-1547 гг.) была основана королевская, ныне Национальная, библиотека с ее богатым отделом греческих рукописей. В XVI в. во Франции издавались многочисленные произведения византийских историков и писателей.
   Для изучения византийской истории много было сделано при Людовике XIV (1643-1715 гг.). Собранная суперинтендантом Фуке библиотека из 30 тыс. томов, в том числе 1050 греческих рукописей, была после его опалы конфискована и попала в королевскую библиотеку. Преемник Фуке Кольбер использовал дипломатических и консульских чиновников для сбора греческих рукописей. Филипп Лабб (1607-1667 гг.), Жак Гоар (1601-1653 гг.), Комбефиз (1605-1679 гг.), Фабро (1580-1659 гг.) {5} опубликовали большое количество неизданных византийских источников.
   Но особенного расцвета достигло византиноведение во Франции благодаря трудам Дюканжа (1610-1688 гг.). Ему принадлежит огромный "Glossarium ad scriptores mediae et infimae latinitatis" в трех томах и такой же капитальный труд по средневековому греческому языку, до сих пор служащие незаменимым пособием для медиевистов, главным образом для византинистов, работающих над латинскими и греческими средневековыми источниками. Дюканж особенно интересовался эпохой крестовых походов. Он опубликовал важный для своего времени труд по истории Константинополя во время Латинской империи (1204-1261 гг.). Результатом его многолетней работы над исследованием роли Франции в общеевропейских предприятиях на Востоке явились изданная им хроника историка IV крестового похода Виллардуэна и ряд других хроник, служащих ценными источниками для изучения этой эпохи.
   В XVIII в. византиноведение переживает упадок. Идеологи буржуазии Монтескье и Вольтер изображают византийскую историю как самый мрачный эпизод средневекового варварства, а английский историк конца XVIII в. Гиббон рисует эту историю как непрекращающееся разложение. Тридцатитомный труд французского историка XVIII в. Лебо (Ch. Le Beau, Histoire du Bas Empire, 30 vol., Paris, 1757-1784), представляющий скучный пересказ большого материала византийских хронистов, мог вызвать только ослабление интереса к византийской истории.
   Вторая половина XIX в. характеризуется резким поворотом в научном византиноведении. Исследователи-византинисты переходят к систематическому изучению социально-экономической истории Византии, классового и сословного строения византий-{6}ского общества. В дальнейшем развитии византиноведения большую роль играет научное творчество выдающегося французского византиниста Шарля Диля (1859-1944 гг.).
   Шарль Диль оставил большое литературное наследство. Полный список его научных трудов содержит свыше 300 названий, в том числе ряд капитальных монографий. По своему направлению Диль с самого начала своей научной деятельности примкнул к представителям позитивистской историографии, методология которой отражала историческое мировоззрение либеральной буржуазии. Все положительные стороны позитивистской историографии - широкое использование вспомогательных исторических дисциплин, повышение качества их применения, сравнительно-исторический метод исследования, усиление внимания к "экономическому фактору" - все это стало неотъемлемыми чертами научного творчества Шарля Диля. Несмотря на то, что позитивистская историография оставалась на идеалистических позициях, она все же была реалистической, стремилась к объективному изучению исторического процесса. Шарль Диль, наряду с другими представителями прогрессивной позитивистской историографии, верил, что в исторической науке применимы точно такие же методы исследования, как в любой другой отрасли науки. На протяжении всей большой жизни Диля это было основной чертой его научного творчества.
   Серьезную научную подготовку Диль получил во Французской школе в Риме в 1881-1883 гг. Основной задачей этой школы являлось изучение сохранившихся памятников эпохи византийского господства в Италии. Собранные здесь Дилем материалы позволили ему выступить в 1889 г. с первой крупной монографией "Etudes sur ľadministration, byzantine dans ľexarchat de Ravenne". Эта капитальная работа до настоящего времени остается лучшим исследова-{7}нием, посвященным эпохе византийского господства в Италии в VII-VIII вв. С самого начала научной деятельности Диля интересовала не только политическая и социально-экономическая история Византии, но и история византийского искусства. Изучив большое количество фресок в византийских монастырях Апулии и Калабрии, Диль в 1894 г. издал обстоятельную работу о византийском искусстве в Южной Италии "Ľart byzantin dans ľItalie méridionale". Продолжая изучение истории византийских провинций, Диль представил на конкурс, объявленный в 1894 г. Французской Академией, свою работу по истории византийского господства в Африке "ĽAfrique byzantine. Histoire de la domination byzantine", которая получила высокую оценку и была премирована. Интересуясь внутренней историей Византии, Диль не мог пройти мимо вопросов административного устройства Византийской империи и, в первую очередь, мимо фемного строя, игравшего такую большую роль в византийской государственной системе. Сюда относится его работа о фемном строе "Ľorigine du régime des thèmes dans ľempire byzantin" и появившийся в печати в 1896 г. в Париже сборник "Etudes ?histoire du moyen âge dédiées à Gabriel Monod". К этому же разделу относится его работа о византийском сенате "Le Sénat et le peuple byzantin au VII et VIII siècles", напечатанная в 1924 г. в первом томе международного византиноведческого органа "Byzantion", и ряд других работ. Диль внес много нового в изучение административного строя Византийской империи. Вместе с тем необходимо отметить идеализацию административного аппарата Византийской империи, игравшего, по мнению Диля, прогрессивную роль на всех этапах ее истории. С идеализацией государственно-административного аппарата не может согласиться советское византиноведение, которое видит в нем орудие угнетения низших классов в руках византийского {8} феодального государства. Изучая в своих работах социально-экономический строй Византии, Диль правильно считает борьбу между крупным и мелким землевладением, с одной стороны, феодальной знати с центральным правительством, - с другой, основной линией развития общественно-экономического строя империи. Тем не менее Диль, как и остальные буржуазные византинисты, не мог показать в своих трудах основные особенности византийского феодализма. В освещение общественно-экономического строя Византии он механически переносит готовые формулы социальных отношений западноевропейского феодализма, злоупотребляет теорией "влияния" Запада на Византию. Эта сложная и недостаточно изученная проблема еще ждет своего разрешения. Ее может решить лишь советская историческая наука, советское византиноведение, вооруженное марксистско-ленинским методом исторического исследования.
   В 1901 г. появилась большая работа Диля "Justinien et la civilisation byzantine", премированная Французской Академией и переведенная на многие языки. В 1902 г. вышел и русский перевод этой работы "Юстиниан и византийская цивилизация VI века". Наряду с широким анализом внешней и внутренней политики Юстиниана I (527-565 гг.) Диль в этой работе создал яркую картину византийской культуры VI века. Международная научная критика единодушно дала высокую оценку этому труду, остающемуся лучшим произведением, посвященным столь важной в истории Византии эпохе, несмотря на то, что вокруг нее и до появления труда Диля и после него создана была большая научная литература.
   В 1905 г. вышла книга Диля "Etudes byzantines", сборник исследований по различным вопросам Византийской империи. В этом сборнике автор уделил особое внимание малоизученной эпохе Палеоло-{9}гов. Поздняя история Византии и до настоящего времени остается наименее освещенной в историографии. Заслуга Диля в том, что он впервые поставил перед исследователями задачу изучения эпохи Палеологов, напомнив о наличии большого неисследованного фонда источников по истории этого периода и наметив наиболее актуальные темы, нуждающиеся в монографических исследованиях.
   Будучи не только одним из крупнейших ученых, внесшим большой вклад в научное византиноведение, но и блестящим стилистом, Диль оставил несколько книг, которые известны широкому кругу читателей как прекрасные образцы художественной литературы. К этому разряду работ Диля в первую очередь должны быть отнесены появившиеся в 1906-1908 гг. "Figures byzantines", известные русским читателям по нескольким переводам ("Византийские портреты"). Вся византийская история представлена здесь в виде серии блестящих биографических очерков византийских императоров и императриц, людей из различных слоев византийского общества, очерков, посвященных описанию придворного быта, жизни византийского города, византийского феодального поместья.
   Диль был не только историком, но и выдающимся искусствоведом. В списке его трудов мы встречаем ряд работ, посвященных отдельным вопросам истории византийского искусства. Вышедший в двух изданиях (в 1910 г. и в 1926 г.) "Manuel de ľart byzantin" дает тщательный обзор памятников византийского искусства.
   Диль был организатором многих коллективных работ по истории Византии. Его заслугой является также организация университетского преподавания истории Византии. В 1899 г. впервые была учреждена кафедра византиноведения в Парижском университете, и Диль впервые начал читать в Сорбонне курс истории Византии. Научные заслуги Диля {10} получили всеобщее признание. За свою работу о Юстиниане он еще в 1901 г. был избран членом-корреспондентом, а в 1910 г. - действительным членом Французской Академии. В 1925 г., по представлению главы русского византиноведения академика Ф. И. Успенского, Академия Наук СССР избрала его своим членом-корреспондентом. Диль был действительным и почетным членом многих иностранных академий и научных обществ, постоянно принимал участие в международных конгрессах византинистов, неизменно возглавляя французскую делегацию.
   Многолетняя исследовательская и педагогическая работа Диля позволила ему приступить к созданию обобщающих трудов по истории Византии. К этому разряду относится вышедший в 1920 г. краткий очерк истории Византии и главы по истории Византии в IV томе "Cambridge medieval history", вышедшей в 1923 г. Наибольшее значение имеет появившаяся в 1936 г. работа Диля "Le monde oriental de 395 à 1081", написанная им совместно с востоковедом Ж. Марсэ и составляющая часть многотомной всеобщей истории, издаваемой под редакцией Глотца. Этот труд Диля - лучшая обобщающая работа по истории Византии из числа появившихся за последнее время в западноевропейской научной литературе.
   Шарль Диль был чрезвычайно разносторонним историком. Мимо его внимания не прошел буквально ни один вопрос политической, социально-экономической и культурной истории Византии. Глубокое знакомство с византийскими источниками, в которых он чувствовал себя полным хозяином, высокая техника исследования, соединенная с исключительной образностью изложения, способствовали широкой популярности его трудов среди ученых всего мира и всестороннему развитию научного византиноведения. {11}
   Книга, которая сейчас предлагается вниманию советского читателя, представляет собою перевод вышедшей в 1943 г. последней работы Диля "Les grands problèmes de ľhistoire byzantine" и является как бы его научным завещанием. В этой работе Диль поставил перед собой задачу подвести итоги многолетней исследовательской работы византинистов всех стран по различным проблемам византийской истории. Какой широкий круг проблем охватывает эта работа Диля, видно из оглавления книги, где перечисляются эти проблемы. В этой книге Диль в первую очередь поставил своей целью определить место, принадлежащее Византии в истории средних веков, роль, которую она играла в международных отношениях средневековья и в истории человеческой культуры. Как и каждого исследователя, занимавшегося историей Византии, Диля прежде всего интересовал вопрос о различии в судьбах Западной и Восточной Римской империи, о причинах большей устойчивости последней, позволившей ей просуществовать свыше тысячи лет после падения Западной Римской империи. В решении этого вопроса лучшие прогрессивные представители буржуазного византиноведения, в том числе и Диль, близко подошли к марксистскому определению причин "живучести" Восточно-римской империи, усматривая их в том, что в Византии мы не наблюдаем падения городов и городской торговли, возвращения к натурально-хозяйственным формам, характерным для раннего средневековья на Западе. Эти условия позволили в первые века истории Византии сохранить централизованную монархию с разветвленным и широко развитым административным аппаратом, роль которого, как мы уже отмечали, Диль чрезмерно идеализирует. Однако при решении этого вопроса у Диля выпадает революция рабов и колонов. Именно указанные им же самим причины позволили Восточно-римской империи устоять перед революцией рабов и {12} колонов. Но обходить вовсе этот вопрос, как будто он и не существовал для Византии, значит грешить перед исторической истиной.
   Как в своих прежних трудах, так и в этой сводной работе Диль, подводя итоги изучения вопроса о роли славянской иммиграции в развитии общественно-экономического строя, правильно изображает рост славянских элементов в составе населения империи и указывает, что Византия выиграла от прилива новых сил. Но вслед за большинством буржуазных ученых Диль недооценивает роль общественного строя древних славян в процессе феодализации Византийской империи. Между тем этот вопрос правильно решен в трудах классиков русского византиноведения В. Г. Васильевского и Ф. И. Успенского, а вслед за ними и в последних работах советских византинистов. Советское византиноведение не может признать и той схемы периодизации византийской истории, которую дает Диль. Этот вопрос Диль, как и большинство буржуазных византинистов, решает, исходя из отдельных периодов возвышения и упадка империи, а не из этапов в развитии процесса ее феодализации.
   От многих буржуазных историков-византинистов Диль выгодно отличается правильной оценкой прогрессивной роли иконоборческого движения в Византии. Подводя итоги изучения этого движения в научной литературе, Диль склоняется к положительной характеристике деятельности иконоборческих императоров, проводивших широкую программу социально-экономических и общественно-политических реформ. Подобная характеристика совпадает с оценкой, которая дается этому движению в советской марксистской исторической науке.
   Византийская империя была многонациональным государством, что создавало центральному правительству большие трудности в проведении внутрен-{13}ней политики. В настоящей книге Диль тщательно анализирует политику византийского правительства, имевшую целью достижение политического единства среди населения империи. Приобщение варварских элементов к более высокой византийской культуре, стремление превратить греческий язык в общепринятый язык для всего населения империи, распространение общей православной религии путем широкой организации деятельности церковных миссий Диль изображает как орудия византийской политики в деле ассимиляции варварских элементов населения.
   В книге Диля изложены основные итоги изучения политического, военного и административного устройства Византийской империи, ее религиозной жизни, освещен еще мало исследованный вопрос о взаимоотношениях церкви и государства в Византии. В отличие от многих исследователей, считавших, что полное сращивание духовной и светской власти в руках императоров (т. н. "цезарепапизм") является особенностью Византии по сравнению с Западом, Диль отмечает борьбу между духовной и светской властью и освещает роль, которую играла эта борьба в политической жизни империи. Широко показано развитие административного аппарата империи. Взяв в качестве отправной точки реформы Диоклетиана и Константина, Диль останавливается на отдельных этапах развития органов управления, доводя свое изложение до последних преобразований государственного аппарата в поздней Византии при Палеологах. В этой книге, как и в основных работах Диля, мы встречаем ту же идеализацию административного аппарата империи. Значительное место, по сравнению с общим объемом книги, занимает анализ социально-экономического строя Византийской империи. Здесь подведены итоги многолетних исследований по внутренней истории Византии, аграрным отношениям, промышленности и торговле. {14} Рост крупного феодального землевладения, расширение иммунитетных привилегий феодальных владений, постепенное превращение их в почти независимые от центральной власти округа, наделенные большими административно-судебными полномочиями, Диль рассматривает как основную линию развития византийского общественного строя. Этот процесс вел в конечном счете к распадению империи на ряд независимых владений, что, по мнению Диля, послужило одной из основных причин гибели империи. С некоторыми утверждениями Диля нельзя согласиться. Положение крепостных пАриков не могло быть лучше положения свободных крестьян, и большинство исследователей, в том числе и советских византинистов, занимавшихся аграрной историей Византии, приходило к совершенно противоположным выводам. Нельзя изображать т. н. "меры в защиту мелкого крестьянского землевладения" как заботу византийского правительства о крестьянстве. Эти меры принимались в эпоху Македонской династии и в последующие периоды лишь тогда, когда правительство стремилось найти опору в борьбе с крупным феодальным землевладением. Но общая картина социально-экономического строя империи дана Дилем правильно, хотя, бесспорно, многие вопросы в этой сложной проблеме остаются еще нерешенными, и над решением их должны будут работать советские ученые-византинисты.
   Читатели данной книги найдут в ней обзор византийской внешней политики, а также форм и приемов византийской дипломатии. История византийской дипломатии изучена еще недостаточно, несмотря на то, что она играла первостепенную роль в международных отношениях средневековья. Тем не менее Дилю удалось в ярком очерке наметить основные черты византийского дипломатического искусства и читатели несомненно прочтут этот раздел с большим интересом. {15}
   Успехи византиноведения привели уже давно к определению того места, которое принадлежит Византии в истории мировой культуры. Византия в течение тысячелетия сохранила богатое наследие античной культуры и передала его народам всей Европы. Но она создала и свою собственную разностороннюю и оригинальную культуру. Диль в своем очерке убедительно опроверг сохранявшееся в течение долгого времени мнение о застойности византийской культуры, ее исключительно церковном характере, лишенном всякого развития и прогресса.
   Подводя итог своим прежним трудам и работам других исследователей, Диль настойчиво подчеркивает наличие всепроникающего воздействия византийской культуры на окружавшие Византию народы. При этом Диль чрезмерно преувеличивает влияние Византии на общественно-политический строй "варваров - славян". Так, утверждение, что "эти варварские племена становились настоящими народами" под воздействием Византии (стр. 31) является, несомненно, грубым искажением исторической истины. Столь же неправильны встречающиеся на страницах этой книги безапелляционные заявления, что Русь "целиком" находилась в сфере политического влияния империи.
   Нельзя также согласиться с оценкой роли фанариотского духовенства после завоевания турками Балканского полуострова. Оно не только не было орудием национально-освободительной борьбы, но являлось в руках Турецкой империи орудием гнета и подавления национальной культуры славянских народов Балканского полуострова.
   Последняя глава предлагаемой вниманию советских читателей книги Диля, носящая заглавие "Проблемы современного византиноведения", интересна, главным .образом, для специалистов. Она содержит перечень проблем, которыми, по мнению {16} Диля, следует заниматься византинистам. Но она представляет большой интерес и для более широкого круга научных работников в области истории и для студентов исторических факультетов. Она покажет им, как много имеется еще нерешенных вопросов в изучении истории Византии, она, может быть, направит их научные интересы в ту область исторической науки, где исследователей ожидает непочатый край работы.
   Научное творчество Диля - большой и ценный вклад в мировое византиноведение. Капитальные монографии, сводные обзоры византийской истории, многочисленные исследования по различным вопросам истории Византии и ее культуры, созданные Дилем в течение его долгой жизни, целиком посвященной научной работе, поныне не потеряли своего значения, и ими долго еще будут пользоваться ученые всех стран. Освоение и критическая переработка большого литературного наследства Диля советскими историками на основе марксистско-ленинской методологии будут содействовать дальнейшему развитию советского византиноведения и превращению его в одну из важнейших отраслей советской исторической науки.

Б. Т. Горянов {17}

Глава I

Место Византии в истории средних веков

   В то время как на Западе, в V веке, Римская империя пала под ударами варваров и в Галлии, Испании, Африке, Италии варварские короли заняли место правительства цезарей, на долю Византии выпала особая судьба. Правда, и она подверглась вторжению варваров: гуннов и славян в V и VI вв., аваров в VI и VII вв., арабов и болгар в VII в. Эти вторжения лишили ее, на время или навсегда, важнейших ее областей, а внутри империи утвердились варварские племена, которые, впрочем, скоро слились в единое целое с населением Византии. Но Константинополь никогда не был в руках завоевателей, никогда варварские вожди не занимали места византийских императоров, и в столице монархии по-прежнему была жива память о Риме, римская традиция. Византийский император всегда смотрел на себя как на законного наследника и преемника цезарей, имеющего исключительное право на титул императора; он упорно отказывался признать это право за Карлом Великим, Оттоном, Фридрихом Барбароссой, в которых видел лишь узурпаторов. Не раз Византия ставила себе целью полностью восстановить исчезнувшую Римскую империю. Юстиниан лелеял гордый замысел возвратить империи потерянные провинции Запада; ему действительно удалось отвоевать Африку, Италию, часть Испании и снова превратить Средиземное море во внутреннее море. {21} Завоевания эти, конечно, оказались эфемерными - Африка к концу VII в., большая часть Италии к середине VIII в. ускользнули из рук имперской власти,- но память об этих грандиозных предприятиях долго жила в Византии. В X в. византийцы часто называли славного императора VI в. Великим Юстинианом; в XII в. Мануил Комнин гордился, когда его называли новым Юстинианом,- он тоже мечтал о присоединении Италии к Византийской империи и даже замышлял снова сделать Рим столицей империи. Конечно, во всем этом было много иллюзий; но во внутренней организации империи все еще держалась римская традиция, римские учреждения продолжали действовать и, изменяясь с течением времени, сохраняли свои черты во многих византийских институтах. С другой стороны, наряду с римской традицией сохранялась и крепла эллинская. Запад забыл греческий язык, - известно выражение: graecum est, non legitur; .между тем в Византийской империи он был настоящим национальным языком; даже те, кто не принадлежал к греческой народности, говорили на нем или понимали его, и с конца VI в. латинский язык, -бывший еще во время Юстиниана языком императорских новелл, уступил в императорских указах место греческому. Выдающиеся произведения классической греческой литературы оставались основой образования; Гомер был настольной книгой всех школьников, даже женщины зачитывались его произведениями. В Константинопольском университете комментировали наиболее известных греческих писателей, а с XI в. преподавали философию Платона, предвосхищая таким образом на целых четыре столетия возрождение платонизма в Италии XV в. Немало других памятников воскрешало греческую античность. Константинополь изобиловал произведениями греческого искусства, захваченными Константином для украшения своей столицы в наиболее {22} известных святилищах. Эти изумительные памятники искусства делали еще более живучим величие эллинской традиции.
   Но несмотря на эти памятники римской и греческой старины, Византийская империя была средневековым государством, восточной империей, расположенной на границах Европы, где она непосредственно соприкасалась с азиатским миром. Некоторые ее провинции, Египет, Сирия, даже часть Малой Азии, были эллинизированы лишь довольно поверхностно; они не могли не оказывать глубокого влияния на направление византийской идеологии. С другой стороны, Византия поддерживала тесные связи с Арменией, с сассанидской Персией, позднее с арабским миром, и все эти восточные государства оказывали влияние на Константинополь. Так античная традиция смешивалась с влиянием азиатского Востока, и в их взаимодействии родилась оригинальная и блестящая византийская культура.
   Чтобы составить себе представление об этой культуре, достаточно ознакомиться с обликом некоторых больших городов империи, прежде всего - ее столицы. Константинополь был исключительно богатым и цветущим городом. Еще в начале XIII в. Роберт де Клари писал, что "две трети благосостояния мира сосредоточены в Константинополе, а одна треть рассеяна по всему свету". В мастерских, руководимых корпорациями столицы, византийская промышленность производила предметы утонченной роскоши, которыми Византия снабжала весь мир. Процветала и торговля. Константинополь, расположенный на стыке Европы и Азии, был огромным рынком, где встречались народы Балканского полуострова, задунайских областей и азиатского Востока; русские привозили туда зерно, меха, икру и даже рабов; арабы из Багдада продавали там драгоценные шелковые ткани как своего производства, так и из далекого Китая; на большом городском рынке, {23} между форумом Константина и площадью Тавра, целый день кипело оживленное движение. В замечательном порту Золотого Рога становились на якорь корабли самых различных стран, и на берегу залива, как и на берегу Мраморного моря, кипела непрекращающаяся торговая деятельность. Не менее блестящей была Фессалоника. Каждый год перед праздником св. Димитрия открывалась большая ярмарка, и город наполнялся толпой иностранцев. Живое описание этой ярмарки сохранилось в любопытной книжке XII века, "Тимарионе".
   В долине реки Вардар возникал на несколько дней город из дерева и полотна, длинные улицы которого с утра до вечера были полны оживленной толпой. Сюда приезжали из всех средиземноморских стран. Здесь можно было встретить разноплеменных жителей балканских стран и придунайского края, греков, варваров Скифии, итальянцев и испанцев, кельтов из заальпийских стран и с далеких берегов Океана. Все они привозили продукты своих стран, ткани Беотии и Пелопоннеса, товары Италии, продукты Финикии и Египта, роскошные испанские ковры и все то, что по Понту Эвксинскому отправлялось через Константинополь из больших городов Крыма. Эта масса людей и животных создавала разноголосый шум: ржали лошади, ревели быки, блеяли овцы, хрюкали свиньи, лаяли собаки. Фессалоника в эти дни была одним из величайших рынков империи. Другие византийские города являли подобную же картину, свидетельствующую о блеске византийской торговли.
   Этому материальному благосостоянию соответствовал расцвет литературы и искусства. Достаточно хотя бы бегло ознакомиться с историей византийской литературы, чтобы убедиться, насколько широки и разнообразны были пути развития византийской мысли. Мы встречаем там писателей подлинно высокого достоинства, богосло-{24}вов, философов, духовных и светских ораторов, ученых, поэтов и особенно историков, большинство которых было людьми бесспорно талантливыми. Мы находим здесь оригинальные и новые явления, например, религиозную поэзию, созданную Романом Сладкопевцем на заре VI в., или византийский эпос, шедевром которого является поэма о Дигенисе Акрите, сходная в некоторых отношениях с французскими chansons de geste. С другой стороны, в VI столетии наступил первый золотой век византийского искусства; вторым золотым веком были X-XII столетия, и, наконец, свидетелем последнего возрождения этого обновившегося и преобразившегося искусства был XIV век; ошибаются те, кто упрекает это искусство в неподвижности и однообразии, кто утверждает, что оно ограничивается бесконечным повторением мотивов творчества нескольких великих художников. Это было живое искусство, продолжавшее развиваться на протяжении столетий, способное к новым поискам и открытиям: в архитектуре оно создало новые типы церковных зданий, увенчанных куполами, великолепно украшенных мозаикой или фресками, где византийская живопись, передавая темы священной иконографии, сумела создать замечательные композиции; оно произвело предметы изящной и утонченной роскоши, прекрасные пурпурные ткани, отличавшиеся блеском красок, секрет производства которых Византия ревниво охраняла; миниатюры, украшающие знаменитые рукописи; тонко выточенные изделия из слоновой кости, бронзовые изделия, оправленные в серебро, эмаль переливающихся оттенков, изделия из драгоценных металлов. Все это придавало особый блеск византийской культуре, без сомнения, одной из самых ярких и, может быть, единственной, которую в течение долгого времени знали средние века.
   Величие Византии создавалось не только ее {25} культурой, но и ее военной силой. Защищенный мощным поясом укреплений, великой стеной, построенной Феодосием II, развалины которой и теперь остаются одним из шедевров военной архитектуры, Константинополь был великолепным военным плацдармом, способным оказывать сопротивление натиску любого врага; действительно, до турецкого завоевания 1453 г., он был взят только один раз, в 1204 г., латинянами четвертого крестового похода. А сколько нападений приходилось ему отражать! Он победоносно оборонялся от натиска славян, аваров, арабов, болгар, русских. В VII в. он выдержал продолжительную осаду арабов, длившуюся пять лет - с 673 до 678 г., а в начале VIII в. - осаду, продолжавшуюся с 717 до 718 г.; этими двумя замечательными победами он сломил порыв арабского натиска и помешал мусульманам вторгнуться на Балканский полуостров, а через него, может быть, и в сердце Европы. Но Византия сыграла еще и другую роль: в течение веков она была на востоке оплотом христианства против ислама. Известно, какое место занимала религия в умах византийцев, какая горячая вера, порою даже суеверие, воодушевляла их. Они не сомневались, что империи обеспечена защита свыше. В глазах византийцев Константинополь был "богохранимым городом"; богоматерь была его признанной хранительницей, и весь мир знал, что во многих случаях Влахернская икона, выносившаяся в торжественной процессии к городским укреплениям, воодушевляла воинов и обращала варваров в бегство. То же происходило и в Фессалонике, где св. Димитрий, патрон и хранитель города, лично, по рассказам летописцев, участвовал в сражениях и обращал в бегство славян и аваров. И, действительно, порою в часы тяжелой опасности казалось, что Византия жила в атмосфере чуда. Византийский император был не только представителем бога на {26} земле, но и его наместником, высокой миссией которого была борьба против неверных и обращение в православие еретиков и язычников. Византийские императоры всегда имели в виду эту двойную задачу, и за несколько веков до крестовых походов Византия предпринимала и осуществляла дело, за которое впоследствии с воодушевлением взялись крестоносцы. В VII в. войны Ираклия против огнепоклонников-персов носят характер подлинной священной войны. В X в. отвоевание Крита у мусульман сопровождается благочестивыми молитвами и чудесами, и военная победа дополняется обращением побежденных неверных в христианство. Еще в X в. воинственные императоры Македонской династии предпринимают смелое наступление против мусульман: Никифор Фока, Иоанн Цимисхий расширяют границы империи в Сирии до Антиохии, а в Малой Азии до Евфрата и дальше, дополняя военную оккупацию хорошо налаженной религиозной организацией. Императорские армии, под командованием великих полководцев, содействуют осуществлению этих обширных замыслов. В начале XI в. Василий II разрушает болгарское царство и доводит до Дуная границу империи, утраченную с начала VII в. В XII в. Комнины еще раз предпринимают в Анатолии успешное наступление против турок-сельджуков. Конечно, в конце XI в. поражение при Манцикерте (1071 г.), где император Роман Диоген попал в руки мусульман, оказалось для Византии тяжелым ударом; в XII в. еще более тяжелым бедствием явилось поражение Мануила Комнина при Мириокефале (1176 г.). Эпоха Палеологов была лишь медленной агонией; но даже в эти времена Константинополь еще не раз выдерживал натиск турок, и в 1453 г. героическая защита города под руководством Константина XI озарила последним лучом славы военные анналы Византии. {27}
   Естественно, что византийская империя пользовалась огромным престижем во всем средневековом мире. В то время как большинство крупных городов современной Европы были еще маленькими, бедными, городишками, Константинополь был единственным большим христианским городом Европы. По словам Виллардуэна, этот "город возвышался над всеми остальными, как их господин", и византийцы охотно называли его просто "городом" (πόλις)), то есть городом по преимуществу, единственным городом. И они по праву гордились им. Константинополь был замечательной столицей. Он славился множеством знаменитых церквей, из которых наиболее известна св. София, "великий храм", как ее называли обычно. Она была так прекрасна, что, по словам одного византийского писателя, "когда говорили о ней, не могли говорить более ни о чем другом". Город изобиловал знаменитыми монастырями, из которых многие были центрами культуры и искусства; он обладал большим количеством драгоценных реликвий, более многочисленных, говорит один современник XIII в., чем те, которыми владел весь латинский мир; в глазах путешественников посещение Константинополя являлось почти столь же благочестивым делом, как посещение святых мест. Это был, конечно, восточный город. В бедных кварталах вились узкие улицы, прикрытые сводами, лишенные по ночам освещения, утопавшие в грязи, где вязли экипажи и пешеходы. Здесь ютилось несчастное население, среди которого, говорит один византийский писатель, было столько же воров, сколько бедняков. А рядом простирались проспекты, пересекавшие весь город, роскошные дворцы окаймляли большие площади с высокой колонной в центре. Здесь можно было видеть общественные здания классического стиля, изящные дома, построенные по сирийским образцам; улицы и портики были заполнены античными {28} статуями, - и все это составляло удивительный ансамбль. Поэт X в. Константин Родосский справедливо хвалил "город Константина, знаменитый и почитаемый, царствующий над миром, поражающий множеством чудес, красотой высоких зданий, видом великолепных церквей, галереями длинных портиков, высотою колонн". Блеск императорских дворцов, большого священного дворца и позднее Влахернского, создавался разнообразием построек, красотою окружавших их садов, мозаикой и живописью, украшавшими помещения. Всем этим Константинополь привлекал к себе всеобщее внимание. Весь мир грезил о нем, как о городе чудес, окруженном золотым сиянием; о нем мечтали в туманах Скандинавии, на берегах русских рек, которыми северные искатели приключений спускались к несравненному Царьграду; о нем мечтали в феодальных замках далекой Франции, куда героические поэмы, например поэма о путешествии Карла Великого в Иерусалим, доносили чудесную весть о славе Византии; о нем грезили в венецианских банках, где знали о богатстве византийской столицы и о выгодных сделках, которые можно совершать на Босфоре. И со всех сторон мира Константинополь привлекал к себе иностранцев. Скандинавские викинги приходили сюда, чтобы служить в императорской гвардии, и рассчитывали составить себе здесь состояние; русские записывались в императорскую армию и флот и давали им хороших солдат; армяне входили в состав лучших корпусов византийской армии. В Константинопольском университете вокруг знаменитых учителей толпились ученики со всей Европы, иностранцы, стекавшиеся сюда из арабского мира и даже иной раз с Запада. Константинополь, по одному меткому определению, был Парижем средних веков. Его чудеса приводили в восхищение путешественников. Виллардуэн первый хорошо рассказал нам о том впечатлении, {29} которое Константинополь произвел на крестоносцев в 1204 г. "Многие из тех, кто никогда его не видел, взирали на Константинополь с изумлением, не веря тому, что в мире действительно существует такой богатый город, особенно когда их очам открылись высокие опоясавшие его со всех сторон стены и великолепные башни, богатые дворцы и величественные церкви - а их было столько, что никто не мог бы и представить себе, если бы не видел своими глазами этот широко раскинувшийся город, царствующий над всеми остальными".
   Этому блеску Византийская империя обязана была широким распространением своего влияния в средневековом мире.
   Миссионерская роль составляла одну из причин славы Византии. Уже в VI в. греческие миссионеры несли христианство в самые отдаленные края - от берегов Крыма до верховьев Нила, к народам Нубии, вплоть до оазисов Сахары. В IX в. поле их деятельности было еще шире. В это время Кирилл и Мефодий, которых называют апостолами славянства, несли православную веру и богослужение из Византии к славянам Велико-Моравского государства. В это же время при деятельном участии патриарха Фотия была обращена Болгария; немного спустя ее примеру последовали сербы. На Балканском полуострове христианство стало господствовать почти повсюду; вскоре оно распространилось и за Дунаем среди племен Валахии и Молдавии. В X в. Русь в свою очередь приняла христианство; киевский великий князь Владимир крестился в Херсонесе; он женился на византийской принцессе и обратил своих подданных в христианскую веру. Всем этим варварским народам Византия несла не только религию: она распространяла одновременно идею государственности, формы управления, новое право, регулирующее общественные отношения, просвещение вплоть до создания алфавита - {30} кириллицы, ставшего основой их письменности. Греческие учителя преподавали в школах, греческие священники совершали богослужения в новых церквах, построенных по византийским образцам и украшенных великолепными мозаиками византийских художников. Вслед за евангелием на славянский язык переводились главные произведения византийской литературы; они служили образцами, подготовлявшими в этих странах возрождение национальной литературы. При дворах варварских правителей вводились пышные костюмы, титулы, сложный церемониал византийского императорского дворца. Киев гордился тем, что подобно Константинополю он имел свою св. Софию и свои Золотые Ворота. Так эти варварские племена становились настоящими народами, нравы и историю которых описывали византийские ученые, и Византия поистине была для всей восточной Европы такой же великой школой, как папский Рим - для западной.
   Влияние Византии распространялось не только на славян. По ту сторону Босфора, в Армении, это влияние обеспечивалось тесными политическими сношениями и созданием многочисленных епископств с греками во главе; оно достигало и арабского мира, где византийские победы и авторитет Константинополя нашли отклик среди мусульман. Наконец, даже Запад был всецело под влиянием Византии. Церкви Равенны, даже Рима, обнаруживали в своей архитектуре и мозаиках следы восточного влияния. В Риме существовал целый греческий квартал, где было несколько византийских монастырей. Рим VII и VIII вв. представлял собой полувизантийский город, а базилика церкви Санта-Мария-Антика у подножья Палатина и прекрасная часовня св. Зенона в церкви св. Праксиды показывают, что там еще долго оставалось в силе греческое влияние. Венеция, с другой стороны, по своим {31} нравам и вкусам была вполне греческим городом; базилика св. Марка, построенная по образцу константинопольской церкви св. Апостолов, украшенная сверху донизу византийской мозаикой, еще и теперь дает нам в мерцании своего пурпура и золота наиболее точное отражение того, чем был в X и XI вв. византийский храм. Аббаты Монте-Кассино и римские папы, норманнские короли Сицилии и венецианские дожи посылали в Константинополь за архитекторами для постройки храмов, за мастерами мозаики для их украшения и поручали привозить из столицы на Босфоре предметы роскоши, в которых они нуждались: двери, украшенные барельефами, драгоценные раки с блестящими украшениями из эмали, точеную слоновую кость, прекрасные ткани, из которых изготовлялись покрывала для алтарей или одежда для правителей. Во всей южной Италии, которая до конца XI в. составляла часть империи, господствовало греческое влияние. Греческие монахи, скрываясь от вторжений арабов или от преследований иконоборцев, основывали там сохранившиеся до сих пор монастыри и скиты, украшенные фресками с греческими надписями. Греческие епископы управляли там церквами; греческое богослужение совершалось повсюду; греческий язык был официальным и даже общепринятым языком страны; и даже тогда, когда норманнские короли сменили византийских наместников, учреждения еще долго сохраняли византийский отпечаток, и греческий язык еще долго употреблялся как в официальных актах, так и в обиходе. В столице Сицилии Палермо норманнские короли с гордостью носили великолепное облачение византийских императоров и строили украшенные мозаикой церкви - Марторану и Палатинскую часовню, - в которых можно проследить влияние византийской иконографии и византийского искусства. Оно перекинулось и за пределы Италии. В X в. {32} византийская принцесса Феофано, жена императора Оттона II, привезла с собой в Германию греков, познакомивших ее двор с византийской культурой. Дело дошло до того, что сын Феофано, молодой император Оттон III, ввел среди своего окружения титулы и церемониал византийского священного дворца. Рукописи, которые в X в. раскрашивались школами Рейхенау и Трира, в XI в. школами Регенсбурга, носят отпечаток влияния Византии и ее искусства. Во Франции, не говоря уже о церкви Жерминьи-ле-Пре (Луара), украшенной в начале IX в. чисто византийской мозаикой, на юго-востоке группа церквей с куполами, в том числе церковь св. Фрон-Периге, показывает, как много Запад заимствовал у византийских образцов в середине XII в. Наконец, в XIV и XV вв. Запад познакомился с греческим языком через Византию; византийские гуманисты привозили в Италию рукописи с шедеврами греческой классической литературы, и, в то время как до того университеты Запада знали только Аристотеля, с которым они знакомились через посредство арабов, теперь им стала известна философия Платона. Византиец Марсилий Фичино, по желанию Козимо Медичи, основал во Флоренции

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 500 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа