Главная » Книги

Жемчужников Алексей Михайлович - Сны

Жемчужников Алексей Михайлович - Сны


7) 1. Бессилие
  
  Мне снились - вьюга, снег глубокий,
  Пустыня, на небе ни зги;
  В пустыне путник одинокий
  Влачил усталые шаги.
  И думал он: <Мой путь без цели...
  Ужель не встретить мне людей?
  Зачем я здесь? Чего хотели
  Порывы смелости моей?..
  Где жизнь? И этот край - ужели
  Одна пустая гладь степей,
  Где, воя, носятся метели?..
  Беда, великая беда
  Тому, кто одинокий бродит
  В пустыне снежной - и следа
  Нигде людского не находит!..
  Зачем же мой свободный дух
  Исполнен правдою святою,
  Когда враждует всe вокруг
  Несправедливою враждою?..
  Иль нужны жертвы для судьбы?
  И лишь творя - природа любит,
  А после - бросит и погубит
  В мученьях жизненной борьбы?..
  Борьба!.. Порой пред волей смелой,
  Перед светильником ума
  Редеет нравственная тьма
  И расступаются пределы,-
  Но света нет за этой мглой,
  Грозящей мерзлою могилой;
  Ничтожен дух пред этой силой
  И бессознательной, и злой!..>
  
  Крутит еще сильнее вьюга,
  Все безнадежней облака,-
  И пробежал в нем зноб испуга,
  Пришла предсмертная тоска...
  Всей силой утомленной груди
  Он кличет: <Помогите, люди!
  К вам велика моя любовь;
  Я заключил бы мир в объятья!..
  До капли пролил бы я кровь
  За счастье братьев!.. Где ж вы, братья?
  Хотя один бы мне помог,
  Когда, гоня и разрушая,
  Меня давно уж буря злая
  Бьет по лицу и валит с ног!..
  Покорен я, изнемогая...
  Я жалок!.. О, когда б я мог
  Навстречу холоду и снегу
  Предаться бешеному бегу,
  Чтобы с сознаньем силы пасть,
  Презрев стихийное гоненье
  И неосмысленную власть!..>
  
  Напрасно гордое стремленье...
  Нет силы далее брести.
  Мертво и пусто... нет исхода...
  И необузданно расти
  Все продолжает непогода...
  Тогда средь этой бурной мглы,
  В тумане ледяном мороза
  Раздался страшный крик хулы,
  И возмущенья, и угрозы...
  Но кто же гнев его поймет?
  И что душа бездушным значит?..
  Пусть проклинает он иль плачет -
  Метель по-прежнему метет...
  И, истомясь, сложила крылья
  Вольнолюбивая душа...
  И на снегу, едва дыша,
  Он впал в спокойствие бессилья.
  
  Ночь мраком степь заволокла,
  Его застигнув полусонным.
  Он встал. Гудят колокола
  Как будто звоном похоронным;
  Но жизнь он чует над собой...
  То демонов сбиралась стая,
  Крылами шумными летая...
  Он слышит говор, хохот, вой...
  Вдруг общий крик - ревут и лают...
  И, трепеща, подумал он:
  Перекричать они желают
  К ним от земли дошедший стон...
  Потом - какой-то праздник дикий;
  Несется буря торжества,
  Ликуют зла и тьмы владыки,
  И славят буйные их клики
  Хаоса силу и права...
  И вот - в безмолвии печальном
  На миг пустыня замерла;
  Но все гудят колокола
  Все тем же звоном погребальным...
  
  Тогда, очнувшись, понял он,
  Что средь глуши, зловещ и мрачен,
  Тому лишь слышен этот звон,
  Кто к близкой смерти предназначен.
  И тайны демонов пред тем
  Свершаться могут без покрова,
  Кто отнят от всего живого
  И кто на все вопросы нем...
  И больно сердцу стало снова,
  И снова страхом он объят...
  Свобода, правда, доблесть, сила -
  Все то, что сердце так любило,
  Все то, чем ум был так богат,-
  Его поднять уже не может.
  Готов теперь он все забыть,
  И лишь одна гнетет и гложет
  Мысль неотвязная: не быть!
  Уж не дышать на этом свете!
  Вседневной жизни скромных благ
  Не знать!.. И он заплакал так,
  Как плачут женщины и дети...
  
  Не ждет он больше ничего.
  Давно он выплакал все слезы;
  И - дух смущавшие его -
  Ушли болезненные грезы.
  Без дум, без воли и без слез
  Он лег... И снег его заносит...
  И он молчит, и уж не просит,
  Чтобы скорей его занес.
  
  Но стала грозной вьюги сила
  Ослабевать. Уже не злясь,
  Метель протяжно и уныло
  Сперва над степью голосила -
  И на сугробах улеглась.
  Порывов бурных он не слышит.
  Над ним без гнева, без угроз,
  В спокойной злобе молча дышит
  Мертвящим холодом мороз...
  
  Перед концом открыл он очи:
  Среди глубокой тишины
  Со всех сторон, сквозь сумрак ночи,
  В него глаза устремлены.
  Сидело демонов собранье
  У головы его и ног,
  Все полны жадного вниманья,
  Чтоб уловить предсмертный вздох -
  Вопль отходящего сознанья,
  И, отвернувшись, к небесам
  Он поднял взоры,- утешенья
  За все прожитые мученья
  Прося и ожидая там.
  И видит - медленно, угрюмо
  На этот мир неправд и зла
  Завеса падать начала,
  И опускается без шума...
  
   2. Зараза
  
  Мне снился полдень знойным летом.
  В открытом поле воздух жгуч,
  Все залито блестящим светом,
  И небо жаркое без туч.
  И мне представилось сначала,
  Что, весела и убрана,
  Земля под солнцем ликовала,
  Красой и силою полна.
  Но тяжесть думы безутешной
  Мне скоро на душу легла,
  Сменив тоской восторг поспешный...
  Природа чахла и лгала.
  Под этой ясностию лживой
  Ни жизни нет, ни силы нет;
  И золотой полудня свет
  Над тощей издевался нивой.
  Иль смерть, или тупого сна -
  Куда ни взглянешь - гнет тяжелый!
  Земли растресканной и голой,
  Как печь, кора раскалена.
  Кой-где, как вьющиеся стружки,
  Трава сверкает, побелев;
  С пустыми гнездами, дерев
  Темнеют мертвые макушки.
  Столбом без ветра пыль взвилась.
  Все неподвижно и безмолвно,
  Лишь лист больной слетает, словно
  В бреду горячечном кружась.
  Исчезли отдых и прохлада;
  Ни одного не бьет ключа;
  По лугу выжженному стадо
  Бредет голодное, мыча.
  Не слышно птиц в лесу и в поле,
  Не виден в небе их полет;
  Нет жизни радостной на воле,-
  Никто хвалы ей не поет...
  И эти мрачные картины
  Еще больней томили взор,
  Когда порой из вязкой тины,
  Из-под камней, из темных нор,
  Из рвов глубоких злые гады,
  Шурша травой, скользя в пыли,
  Одни свободе полной рады,
  Гурьбой бежали и ползли...
  Все спалено и все убито!
  Я сам, как будто бы мертвец,
  Людьми давно уж позабытый,
  Один скитался... Наконец
  Кого-то встретил на дороге.
  С глазами, влажными от слез,
  И полон грусти и тревоги,
  <Как люди мрут!> - он произнес...
  Казалось, груз душевной муки
  Желал сложить он предо мной,
  И повторял, ломая руки:
  <Как люди мрут, о, боже мой!..>
  И он пошел со мною рядом;
  Но вдруг раздался хриплый стон -
  И пал он мертв, незримым ядом,
  Как молньей быстрой, поражен...
  Меня бросало в жар и в холод,
  И ныло сердце от тоски;
  Мне мозг давило и, как молот,
  Стучала кровь моя в виски.
  И на безжизненном просторе
  Я вновь один... Но город вскоре
  С горы громадою сплошной
  Стал открываться подо мной.
  И он был солнцем разукрашен!
  Как жар горели купола;
  Сквозила прорезь стройных башен
  Узором света и тепла...
  Но говорил мне голос тайный,
  Что к месту бед, скорбей и зол
  Тропой пустынной я пришел...
  Был слышен гул необычайный;
  И голосов несметный хор
  Волнами снизу подымался,
  Как будто там шумящий бор
  Стонал под бурей и метался.
  И, подойдя, взглянул я вниз,
  На город, где все так блестело...
  Свершалось темное в нем дело,
  И вопли страшные неслись.
  Дышала смертию повальной
  Зараза черная над ним...
  К кладбищам поезд погребальный
  Один тянулся за другим.
  Тела несли, везли возами...
  Грозила всем одна судьба;
  Живые, несшие гроба,
  Под ними умирали сами.
  Толпы бродили бледных лиц;
  Просили помощи больные,
  Стучась в ворота запертые
  У переполненных больниц.
  Иные падали, вставали -
  И в корчах падали опять;
  И с мостовой не успевали
  Тела умерших убирать.
  Объят весь город был смятеньем;
  Везде страданья, плач и страх;
  Народ с коленопреклоненьем
  Молился вслух на площадях.
  Дух истребления носился
  Над всем здоровым и живым...
  И я мучениям людским
  Невольно в землю поклонился.
  Как в безрассветной гроба мгле
  Мне тяжело и страшно было...
  И между тем как на земле
  Кончалась жизненная сила
  И уж потухшие умы,
  Нещадной смертию гонимы,
  В пустые бездны вечной тьмы
  В немой тоске летели мимо,-
  Кругом - торжественный покой
  Царил над зрелищем ужасным,
  И это солнце в небе ясном
  С своею наглой красотой!
  Зачинщик злобного обмана,
  Оно, горевшее светло,
  Как бы зияющая рана
  Болезни смрадные лило...
  И, страстным чувством увлеченный,
  Мгновенно страх преодолев,
  Сошел я в город зачумленный,
  Неся в душе и скорбь, и гнев.
  В то время шли толпой усталой
  На площадь люди. Позади
  Пошел и я. На площади
  Живых уж оставалось мало.
  Народ в унынии молчал.
  Близ нас лежала трупов груда.
  И, пламенея, я вскричал:
  <Уйдемте, братья, прочь отсюда!
  В бесславной смерти пользы нет.
  Страдать и мучиться - довольно!
  Уйдем туда, где жить привольно,-
  Велик и красен этот свет!..
  Уйдем скорей от слез и воя,
  Пока час смертный не пробил.
  Здесь мертвым стало все живое
  И нет уж места для могил...
  Что можем сделать мы? Взгляните:
  На всем - проклятия печать!
  Иль воскресенья мертвых ждать
  Мы станем здесь?.. Чего ж хотите?
  Людскою жизнью не живя,
  Дрожать пред верною кончиной?
  Или, припав над мертвечиной,
  Жить подлой жизнию червя?
  Здесь гибнет божие творенье,
  Здесь человека нет следа...
  Покинем все и навсегда
  Мы эту мерзость запустенья!..>
  
   3. Вещая Ночь
  
  Мне снилось - царство тишины...
  Я шел пространными полями;
  Небес далеких глубины,
  Мерцая бледными звездами,
  В свой мир таинственный меня
  Путем переносили Млечным,
  Все завлекая и маня
  К исчезновенью в бесконечном...
  Казалось грезой бытие -
  Так все в природе тихо было;
  И время шествие свое
  В раздумье будто прекратило.
  Одна плыла со всех сторон
  С земли до неба ночь немая;
  И чуял я, как жизнь, сквозь сон
  Избытком силы выступая
  Из лона дремлющей земли,
  Не торопилась, не боролась;
  Невольно наливался колос,
  И травы нехотя росли.
  Но на пути моем порою
  Мир, выходя из забытья,
  Как бы беседовал со мною.
  Ракит - печальная семья,
  Посеребренная луною;
  Межи прямая полоса;
  Спокойных нив простор огромный
  Вплоть до черты, где небеса
  Склонили к ним свой купол темный;
  И все, что жило, в тишине
  Тая свое существованье,
  Казалось, говорило мне:
  <Ты в наше вслушайся молчанье!>
  И был однажды тот призыв
  Так внятен мне... Я сел на землю
  И, дум волненье укротив,
  Вокруг себя гляжу и внемлю...
  Широкий мне теперь простор
  Еще громадное казался.
  Блуждал по всей равнине взор,
  Ища пределов,- и терялся...
  При свете лунном, в узах сна,
  Необозримая,- лежала
  Как символ вечности она -
  И без конца, и без начала...
  И чуткой слышал я душой,
  Как на поверхности земной
  Струился ток живого духа,
  Незрим телесности слепой
  И нем для чувственного слуха...
  В даль беспредельную смотря,
  Преданье вспомнил я родное
  О долгом, мертвенном покое
  Времен былых богатыря...
  И он воскрес передо мною,
  В земле безмолвной воплотясь...
  Текущих дней живая связь
  С давно минувшей стариною!..
  Все та же тяжкая дрема;
  И мощь без меры и предела,
  Казалось, выйти не хотела
  Из-под гнетущего ярма...
  Надолго ль ты, земля, заснула?
  Ужель на жизнь надежды нет?..
  И слышу, словно мне в ответ,
  Вся - с края в край - она вздохнула...
  Глубокий вздох!.. Что значит он?
  Твои, земля, то были ль пени
  На свой позор? на долгий сон.
  В оковах праздности и лени?..
  Была ль то жалоба судьбе?
  Освобожденья ли просила
  Похороненная в тебе
  Живая, творческая сила?..
  Или, тоской истомлена,
  Давно на подвиги готова,-
  Покуда зреют времена
  К свершенью дела мирового,-
  Ты облеклась и в мрак, и в тишь
  От вражьей зависти и злобы,
  Но плод трепещущий таишь
  Во глубинах своей утробы?..
  
  Средь нив, задернута легко
  Завесой зыбкою тумана,
  Виднелась мне недалеко
  Большая, чистая поляна.
  Являться начали на ней
  Все прибывающие тени -
  Как бы собрание людей,
  В молитве павших на колени.
  К востоку обратясь лицом
  И к небесам воздевши руки,
  Они молчали; но потом
  Все поднялись - и гимна звуки,
  Полны святого торжества,
  Внезапно хлынули, как волны,
  И ясно скорбные слова
  Средь ночи слышались безмолвной:
  
  <Многотруден наш путь, нас усталость томит.
  Где прошли мы в труде и в неволе -
  Реки слез там текут, море крови стоит...
  Сжалься, боже, над нашею долей!
  
  Где же мукам предел? И куда мы идем
  Через тьму этой ночи глубокой?
  Боже! Скоро ли день? Скоро ль свет обретем,
  Призываемый нами с востока?
  
  Хотя много уж сил жизнь у нас отняла,-
  Наших сил и теперь не измерим;
  Хоть изведали мы много горя и зла,-
  Все надеемся, любим и верим!
  
  Боже, нас не оставь и нам помощь пошли!
  Когда злая нас гонит невзгода,
  Дай нам знать, что тебе слышны стоны земли,
  Что ты видишь страданье народа!>
  
  Поднялся ветер, загудев
  Ответной песнею тоскливой
  В траве полей, в ветвях дерев;
  Шумя, заколыхались нивы -
  И стихло все... Видений след
  Исчез в разорванном тумане.
  Не слышно гимна; на поляне
  Людей молящихся уж нет...
  Но я, молитве и надежде
  Предавшись весь, на небосклон
  Смотрел и ждал... Со всех сторон
  Немая ночь плыла, как прежде;
  Все то же царство тишины
  Над беспредельными полями;
  Все так же бледными звездами
  Мерцали неба глубины...
  Святая тайна совершалась
  Недавно здесь, и слышал я,
  Как перед богом сокрушалась
  И говорила с ним земля,-
  И вот опять покой бесстрастный!
  Ужели я вотще смотрю
  В пустую тьму? Зову напрасно
  И пробужденье, и зарю?
  Благого, светлого начала
  Душа ожившая моя
  С такою верой ожидала,
  Так горячо! и снова я
  Весь в созерцанье погрузился;
  Гляжу и напрягаю слух...
  Свершает жизнь свой мерный круг,-
  Обряд идет... Но где-то дух
  Животворящий притаился...
  
   4. Эпилог [Наяву]
  
  На свободную мысль и на правду святую
  Ополчается темное зло,-
  И порой я грущу, безнадежно тоскую!
  На душе тяжело...
  
  Осквернились умы словом лживым и праздным,
  И, падению нашему рад,
  Растлевает нам дух своим старым соблазном
  Закоснелый разврат.
  
  Гаснут света лучи... Ожидаю тревожно
  Поглощения страшною тьмой,
  И пугает меня призрак жизни подложной
  Больше смерти самой.
  
  И я веру зову! С нею в мире яснее;
  На земном, многотрудном пути,
  Среди бурь, под грозой нам отраднее с нею
  Бремя жизни нести;
  
  Веру в правду, в добро, в помощь силы любящей,
  В неизбежность разумных побед;
  Веру в жизненный дух, непрестанно творящий,
  И в немеркнущий свет...
  
  Разум, движущий мир! Дух всесильный и вечный!
  В общей жизни участье нам дай,
  И, народы ведя к тайнам цели конечной,-
  Разрушай! Созидай!

Другие авторы
  • Козырев Михаил Яковлевич
  • Гуревич Любовь Яковлевна
  • Маслов-Бежецкий Алексей Николаевич
  • Багрицкий Эдуард Георгиевич
  • Аникин Степан Васильевич
  • Шеллер-Михайлов Александр Константинович
  • Туган-Барановская Лидия Карловна
  • Дефо Даниель
  • Нечаев Степан Дмитриевич
  • Габорио Эмиль
  • Другие произведения
  • Анненков Павел Васильевич - Романы и рассказы из простонародного быта в 1853 году
  • Крюков Федор Дмитриевич - Из дневника учителя Васюхина
  • Беляев Тимофей Савельевич - Песнь курайча Рифейских гор
  • Шекспир Вильям - П. Морозов. Король Ричард Третий
  • Сумароков Александр Петрович - А.Белецкий. Сумароков
  • Чернышевский Николай Гаврилович - С.А.Рейсер. Некоторые проблемы изучения романа "Что делать?"
  • Желиховская Вера Петровна - Над пучиной
  • Писемский Алексей Феофилактович - Комик
  • Хаггард Генри Райдер - Жемчужина Востока
  • Фирсов Николай Николаевич - Петр Великий как хозяин
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (10.11.2012)
    Просмотров: 241 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа