Главная » Книги

Вентцель Николай Николаевич - Лицедейство о господине Иванове

Вентцель Николай Николаевич - Лицедейство о господине Иванове


  
  
   Н. Н. Вентцель
  
  
   Лицедейство о господине Иванове
  
  
  
   Моралите XX века
  Русская театральная пародия XIX - начала XX века
  М., "Искусство", 1976
  
  
  
   УЧАСТВУЮЩИЕ
  Поэт.
  Девица Иванова.
  Господин Иванов.
  Мысль Гадкая.
  Госпожа Иванова.
  Мысль Хорошая.
  Иванов-сын.
  Уголовный кодекс.
  
  
  
  
   Поэт
  (просовывает голову между двумя половинками занавеса и говорит
  
  
  
   таинственно)
  
  Сейчас поднимется занавес,
  
  Вы будете присутствовать при лицедействе
  
  О господине Иванове-с
  
  И об его семействе.
  
  Я - поэт. Режиссеры, контролеры, кассирши
  
  На сцену меня с трудом пустили, -
  
  Но я хотел объяснить, что мои вирши
  
  В самом новом, в архиновейшем стиле.
  
  В них затронуты многие проблемы
  
  Как мужеска, так и женска пола...
  
  На шатком поплывем корабле мы
  
  Под дыханием бурным Эола.
  
  Моим виршам ваш свист не страшен, -
  
  Слышали бури свист они,
  
  Оттого они так корявы...
  
  Теперь в них, как в надежной пристани,
  
  Бросить можете якоря вы.
  
  Как в сказке о подводном граде Китеже,
  
  Мы над таинственным приподнимем завесу...
  
   Сзади оттаскивают поэта. Слышится голос.
  
  
  
   Голос за сценой
  
  Пустите, господин поэт... Пустите же...
  
  Пора начинать пьесу...
  
  
  
  Занавес поднимается.
  
   Комната. Господин Иванов лежит на диване.
  
  
  
   Господин Иванов
  
  Я - господин Иванов.
  
  Я пролежал уже десяток диванов.
  
  Теперь, в настроении самом мрачном,
  
  Я рассуждаю о союзе брачном.
  
  Я томлюсь под игом супружества,
  
  Но свергнуть его у меня нет мужества.
  
  О, семейный очаг...
  
  Чтобы сдвинуть тебя, найду ль я рычаг?
  
  Мне в рамках обыденных тесно,
  
  Мне все кажется скучно и пресно,
  
  Нарушить бы тьму условностей,
  
  Изведать бы сладких греховностей...
  
  Возбудить содроганье в почтенных лицах,
  
  Стать бы притчей для всех во языцех.
  
  Повернуть бы всей судьбы колесо бы...
  
  Появляются Мысль Гадкая и Мысль Хорошая в виде двух
  
  
  
  фантастических женщин.
  
  Что это за диковинные особы?
  
  Сказать ли "рассыпься" я им должен сейчас?
  
  Прикрикнуть на них грозно, брысь ли?
  
  
  
  
   Поэт
  
  
   (высовывая голову из-за кулисы)
  
  Не бойтесь, г-н Иванов, - это лезут на вас
  
  Ваши же собственные мысли...
  
  
  
   Мысль Гадкая
   (особа в костюме довольно откровенном; манеры развязные,
  
  
  обращение с г. Ивановым фамильярное)
  
  Я мысль гадкая, подлая, мерзкая,
  
  Мысль разнузданно дерзкая...
  
  Я мысль мерзкая, подлая, гадкая,
  
  До всего извращенного падкая...
  
  Я всегда от тебя поблизости,
  
  Я шепчу тебе всякие низости
  
  И советы свои бесстыдные,
  
  Наставленья свои ехидные
  
  С поздней ночи тебе до утра даю,
  
  И внимаешь ты мне с отрадою.
  
  Их с утра даю вплоть до ночи я
  
  И гоню я все мысли прочие...
  
  
  
   Мысль Хорошая
   (особа худая, высокая, степенного вида, в старомодной
  
   шляпке с огромным бантом под подбородком)
  
  Ты узнал ли меня, мысль хорошую?
  
  Ты честил меня старой калошею,
  
  Ты дубиной зовешь несуразною,
  
  Величаешь салопницей грязною,
  
  Ты бранишь меня злющею ведьмою,
  
  Говоришь, что "ломаю комедь" мою
  
  Пред тобою всегда из притворства я...
  
  Ты твердишь про меня, что я черствая...
  
  
  
   Мысль Гадкая
  
  Ну, довольно, старое чучело,
  
  Ты и так уж ему наскучило...
  
  
  
   Мысль Хорошая
  
  Я должна открывать людям истину
  
  И тянуть их усердно в гору...
  
  
  
   Мысль Гадкая
  
  
  
   (вызывающе)
  
  Ну, а я так людей всегда вниз тяну...
  
  И за мной все идут без спору...
  
  
  
   Господин Иванов
  
  Мысли мои ссорятся.
  
  Ну, что ж... пускай поборются...
  
  Буду я в этом деле нехитром
  
  Беспристрастным супер-арбитром.
   (Складывает руки на груди по-наполеоновски. Мысль Гадкая и
  
  
  Мысль Хорошая начинают бороться.)
  
  
  
   Мысль Хорошая
  
  
  
  
  (к Гадкой)
  
  Мне не страшны твои нападки.
  Уверенно проходит к Гадкой Мысли, схватывает ее за руки, валит на
   пол и уже собирается победоносно насесть на нее; в это время г-н Иванов, с волнением наблюдавший за борьбой, потихоньку подкрадывается
  сзади к Мысли Хорошей и дает ей подножку, затем с невинным видом опять
  садится на диван, скрестивши руки. Хорошая Мысль опрокидывается назад. Гадкая Мысль пользуется благоприятным моментом и прижимает ее плечи к полу.
  
  
  
   Мысль Гадкая
  
  
  
   (торжествующе)
  
  Уложила на обе лопатки...
  
  
  Мысль Хорошая сконфуженно уходит.
  
  
  
   Мысль Гадкая
  
  Ушла-таки, тварь лицемерная, -
  
  Теперь будет нам раздолье...
  
  
  (Хочет присесть к нему на колени.)
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  
  
   (испуганно)
  
  Тише, тише... Идет благоверная,
  
  Скрывайся-ка скорее в подполье...
  
  
  Мысль Гадкая моментально исчезает.
  
  
  
  Входит г-жа Иванова.
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  
  
   (кивает головой)
  
  Здравствуйте, здравствуйте, госпожа Иванова...
  
  
  
   (В сторону.)
  
  О, мечты... Где же вы? Я опять при старом корыте...
  
  
  
  (Собравшись с духом.)
  
  Я хочу перестроить отношенья все наши заново.
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  
  
   (язвительно)
  
  Откуда в вас столько прыти?
  
  
  (Впадая вдруг в сентиментальный тон.)
  
  Где же твой прежний пыл?
  
  Отчего слова твои так ядовиты?
  
  Отвечай мне скорей... Ты разве забыл,
  
  Как когда-то клялся мне в любви ты?
  
  Ты мне говорил тогда...
  
  Унесись со мной из мира реальностей
  
  Куда-нибудь дальше, дальше, дальше...
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  Ну, довольно этих миндальностей...
  
  Терпеть не могу этой фальши...
  
  Поймите, - мы умудрены уже опытом.
  
  Пусть себе толкуют разные остолопы там,
  
  Будто брачные узы незыблемы...
  
  Так что ж, - по их мнению, не из пород рыб ли мы?
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  Вы, господин Иванов, не разводите бобы-то...
  
  Значит, прошлое все забыто?
  
  Мне придется в одиночестве мыкать горе?
  
  Вам не жаль детей ваших, Мани и Бори?
  
  Кто же, кто моя супостатка?
  
  Отчего не могу уничтожить ее без остатка?
  
  
  
  (Убегает, ломая руки.)
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  Свергнул супружества иго я.
  
  Выражу свою радость, прыгая...
  
  (Делает несколько стилизованных прыжков.)
  
  Кого же теперь полюбить мне пылко?
  
  Брак для меня был ссылка...
  
  В места отдаленные... от всех страстей...
  
  Я встречал жен и девушек разных мастей...
  
  Меня пленяли иные...
  
  И в том не видел большой вины я,
  
  Но свои чувства должен был держать под спудом.
  
  Например, "Фрейлейн Анхен". Все в ней было чудом -
  
  Ее бюст, уста, очи, лоб ли...
  
  Но безжизненна, холодна, подобно вяленой вобле...
  
  Вобла... Милая, маленькая воблочка...
  
  Ты пронеслась надо мной, как мимолетное облачко.
  
  Я чувствую, что встречу в своей жизни ту я,
  
  Которая не будет безжизненная статуя.
  
  Я чувствую, как сердце, екая,
  
  Предвещает о времени скором,
  
  Когда возлюбленная моя далекая
  
  Предстанет перед моим взором...
  
  Все мое существо встревожено...
  
  Ах, кто же, кто же? Ах, кто ж она?
  
  Ласкать и целовать буду кудри я...
  
  Девы ли, полной целомудрия,
  
  Иль женщины пылкой, исполненной ревности,
  
  Подобно тем, что в далекой древности
  
  Числились в свите Дионисовой?
  
  
  
   (Решительно.)
  
  Надо выпить в его честь анисовой.
  
   (Подходит к шкафчику, вынимает бутылку и
  
  
  отхлебывает из нее часть содержимого.)
  
  Иль, как сатир я, с дикой козой, в пещере...
  
  
  
   (Прислушивается.)
  
  Что это? Как будто шаги моей дщери?
  
  
  
  Входит девица Иванова.
  
  
  
  
  Девица
  
  Папочка, скажи, ты не видал ли мамочки?
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  
  
  
  (умильно)
  
  Какие у нее восхитительные ямочки...
  
  Какая изысканная шея...
  
  С каждым днем, с каждым часом все хорошея,
  
  Стала наконец она просто совершенством.
  
  
  
  
  Девица
  
  Папочка, твое лицо светится блаженством...
  
  Но отчего ты мечешься так беспокойно?
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  Новая страсть загорелась во мне знойно,
  
  Прелести твои для меня как магниты...
  
  Во мне зажгла, безумная, огни ты.
  
  Ближе подвинься, ближе к своему папочке.
  
  
  
  
  Девица
  
  Ах, я боюсь тебя. Ты как волк в "Красной шапочке".
  
  Появляется Мысль Гадкая и нашептывает г-ну Иванову.
  
  
  
   Мысль Гадкая
  
  Смотри на нее - она прекрасней лилеи...
  
  Действуй смелее, действуй смелее...
  
  Слушай ее голосок, - мелодичней он флейты, -
  
  Действуй же, действуй же, действуй смелей ты.
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  
  
   (решительно)
  
  Говори, вправду ли ты мне дочка?
  
  Или от дочки у тебя только оболочка?
  
  
  
  
  Девица
  
  С глаз моих как будто спадает завеса.
  
  О, папочка... О, милый шалун... О, повеса!
  
  В озаренье, внезапном припадке я
  
  Постигла все твои чувства сладкие.
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  Что же ты скажешь, дочерью моей бывшая.
  
  Мне новые радости открывшая?
  
  
  
  
  Девица
  
  
  
   (потупив глаза)
  
  Пойдем объявить о нашей помолвке маме,
  
  Ведь мы будем с нею знакомы домами.
   Г-н Иванов и Девица Иванова уходят. Немного погодя входят
  
  
   г-жа Иванова и Иванов-сын.
  
  
  
  
  Иванов-сын
  
  Как меня огорчают слезы милой маменьки...
  
  Не будьте же, мой друг, так упряменьки,
  
  Откройте мне причину, откройте мне свойство
  
  Вашего смятенья и чувств ваших расстройства.
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  О, дитя мое, ты не поймешь моих страданий жгучесть,
  
  Ты не знаешь, какая ждет тебя участь:
  
  Ты будешь жить при новом семейном режиме.
  
  Знай, - твой отец и я стали друг другу чужими...
  
  
  
  
  Иванов-сын
  
  О, радость!.. Мои чувства к вам могут расцвесть на свободе...
  
  Ах, я всегда мечтал о чем-нибудь в этом роде.
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  Сын мой... Разве тебе ничего не говорит голос крови,
  
  И как я сама себе буду вместо свекрови?
  
  
  
  
  Иванов-сын
  
  Ах, маменька, у нас будет любовь "стиль-модерн".
  
  Не отставать же нам от века и от всех его скверн?
  
  
  (Становится перед ней на колени.)
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  Я задыхаюсь от счастья... Мне давит корсаж...
  
  Так ты меня любишь? Да?
  
   Вбегает девица Иванова, за нею - г-н Иванов.
  
  
  
  
  Девица
  
  Ах, какой пассаж...
  
  
  
   Г-жа Иванова
  
  От стыда я вся зарделась на манер вишни.
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  Мне все понятно... Объясненья излишни...
  
  
  
   (Торжественно.)
  
  Мы не увяли в предрассудков паутине...
  
  Мы устроим жизнь нашу не по рутине...
  (Соединяет руки г-жи Ивановой и Иванова-сына, сам берет за руку
  
  
  
   девицу Иванову.)
  
  Ну, а теперь, после всех пертурбаций,
  
  Следует выпить, как говорит Гораций,
  
  Да и насчет съестного...
  
  Недурно бы вкусить и рыбного и мясного...
  
  А пока проглотить хотя бы бутербродик-с...
   Внезапно появляется Уголовный Кодекс, персонаж мрачного
  
  
   вида, весь одетый в черное.
  
  
  
   Уголовный Кодекс
  
  Господин Иванов... Я - Уголовный Кодекс...
  
  Из-за ваших гнусных затей
  
  Нарушено несколько моих статей,
  
  Трактующих о дочерях и женах;
  
  Вы ответственны за нарушение оных -
  
  Да будет это известно всем "урб_ эт орби".
  
  
  
   (Исчезает.)
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  О, нет границ и пределов моей лютой скорби...
  
  Ее не выразить самыми жалкими словами...
  
  В это время стены комнаты и потолок пошатнулись.
  
  Что это? Все рушится над нашими головами...
  
  
   (Обращаясь к окружающим.)
  
  Нам остается живописными группами
  
  Пасть на землю бездыханными трупами. Все ложатся на пол в живописных позах, декорации падают и покрывают их.
   В отверстие, образовавшееся в одной из упавших декораций,
  
  
  просовывается голова г-на Иванова.
  
  
  
  
  Г-н Иванов
  
  
  
   (трагически)
  
  Смотрите и поучайтесь, дети...
  
  Несчастный я человек на этом свете...
  
  
  
  
  Занавес
  
  
  
  
  
  
  
  
   БЕНЕДИКТ
  
  1912
  
  
  
   Комментарий
  
  
  
  УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ:
  "А" - журнал "Артист"
  AT - Александрийский театр
  "Б" - журнал "Будильник"
  "Бр" - журнал "Бирюч"
  "БВ" - газета "Биржевые ведомости"
  "БдЧ" - журнал "Библиотека для чтения"
  "БТИ" - "Библиотека Театра и Искусства"
  "ЕИТ" - "Ежегодник Императорских театров"
  "ЗС" - "Забытый смех", сборник I и II, 1914-1916
  "И" - журнал "Искра"
  "ИВ" - "Исторический вестник"
  "КЗ" - А. А. Измайлов, "Кривое зеркало"
  "ЛГ" - "Литературная газета"
  "ЛЕ" - "Литературный Ералаш" - отдел журнала "Современник"
  MT - Малый театр
  "МТж" - журнал "Московский телеграф"
  "HB" - газета "Новое время"
  "ОЗ" - журнал "Отечественные записки"
  "ПИ" - "Поэты "Искры", под редакцией И. Ямпольского, Л., 1955
  "РП" - журнал "Репертуар и Пантеон"
  "РСП" - "Русская стихотворная пародия", под ред. А. Морозова, М.-Л., 1960
  "С" - журнал "Современник"
  "Ср" - "Сатира 60-х годов", М.-Л., 1932
  "Сат" - журнал "Сатирикон"
  "Т" - журнал "Театр"
  "ТиИ" - журнал "Театр и Искусство"
  "ТН" - "Театральное наследие", М., 1956
  ЦГАЛИ - Центральный государственный архив литературы и искусства
  "Э" - "Эпиграмма и сатира", т. I, М.-Л., 1931
  
  
  
   Н. Н. ВЕНТЦЕЛЬ
  
  
   ЛИЦЕДЕЙСТВО О ГОСПОДИНЕ ИВАНОВЕ
  
  
  
   Моралите XX века
  Впервые - "Лицедейство о господине Иванове. Моралите XX века. Сочинение Бенедикта". Изд. "Театральные новинки", Спб., 1912, стр. 1-9. Впервые поставлена в "Кривом зеркале", 1912 г. "Лицедейство" является одной из самых остроумных пародий на символистскую драму (прежде всего на драматургию Ф. Сологуба). Автор - Николай Николаевич Вентцель (1855-1920), поэт, писатель и критик. Печатался под псевдонимами: Бенедикт, В. В., Фуриозо, Юрьин Н. и др. в "Театральной газете" (1904), "Дневнике театра" (1900-е годы "НВ", "Лукоморье" (1915-1916). Ему принадлежит сборник юмористических и пародийных стихов "На жизненном базаре" (Спб., 1903) и ряд театральных пародий, поставленных в основном на сцене "Кривого зеркала". К ним принадлежат: "Гишпанский замок, фантастическое представление в 1 действии", Спб., 1912; "Чудище многоглавое. Фантазия в 1 действии", Спб., 1912; "Прекрасная дама - публика. Фантазия в 1 действии", Спб., 1912. Наиболее известны две его пародии: "Лицедейство об Иванове" и "М. и Ж. Философическое произведение в одном действии. Сочинение Бенедикта", Спб., 1912. В некрологе Вентцеля указывалось, что "после покойного остался ряд неоконченных произведений: перевод "Гамлета", инсценировка романа Бульвера-Литтона "Кола де Риенце", написанная по заказу "Московского нового театра"; либретто онеры "Царь Грез" и др. ("Вестник театра", М., 1920, стр. 76-77).

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 207 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа