Главная » Книги

Розанов Василий Васильевич - Земство и народные учителя

Розанов Василий Васильевич - Земство и народные учителя


   В. В. Розанов

Земство и народные учителя

   Кому верят, тот должен оправдывать доверие. Земство выходит из того частью подозрительного, частью презрительного к нему отношения, которое держалось предпоследнее время. Но эта реабилитация должна заключаться не в том, что его хвалят, а в том, чтобы самому стать похвальным. Только тогда его положение станет независимо от всяческих "течений", ибо невозможно себе представить, чтобы кто-нибудь покусился на значение и целость вещи, явно очевидно и непререкаемо полезной.
   Вот отчего производит такое удручающее впечатление вторичное известие, на небольшом промежутке времени, "о бегстве народных учителей", - на этот раз из земских школ Суздальского уезда. На двух заслугах, в отношении народного здоровья и в отношении народного просвещения, держится признание авторитета земства. Оно заботливо лечило и заботливо обучало грамоте деревню. С двумя фигурами: земского врача и земского учителя или учительницы, неотделимо связана и, так сказать, этическая фигура земства. Больно поэтому отозвался всякий разлад между докторами и земством. Но доктора in corpore могут говорить с земством как равный с равным: образование и возможность приложить труд свой не становит доктора в молчаливо-покорное положение к представителям земства. "Хочу - служу, не хочу - не служу; хочу у тебя служу, но могу и у всякого другого".
   Совершенно иное отношение к земству народного учителя и учительницы. Здесь разговоры даже и не кратки: их вовсе нет. Учителя и учительницы, по небольшому их образованию, мизерному общественному положению, по их общей многочисленности и по личной каждого малости, суть мелкий служилый люд, подчиняющийся всяким условиям существования, в какое их поставят. И между тем в полной своей совокупности учителя и учительницы уезда образуют духовную его физиономию, как территории, как страны. Косвенное их значение, отражающееся на последующем труде крестьян, на последующей жизни каждого бывшего ученика, огромно. Оно незаменимо, если хорошо; и неисцелимо, если плохо. Духовная и нравственная сторона в учителе и учительнице значительнее, чем во всяком другом виде службы, чиновнической, конторской, или чем в службе земца-распорядителя. Учитель, учительница не должны быть раздражены, измучены, унижены; и это не только по человеколюбию, но и для выгоды самих крестьян и детей крестьянских.
   Жалованье в 20 р. в месяц, с прибавкою чрез десять лет службы пяти рублей и еще чрез пять лет пяти рублей, на чем и кладется предел улучшения их положения, - эти условия службы в Суздальском уезде, вызвавшие "бегство учителей", дают возможность квартировать только "с холодком" и есть "с голодком". Это приходится 66 коп. в сутки, т.е. не меньше чем выстирает поденщица-прачка в городе и гораздо, несравненно меньше, чем выработает на сталелитейном заводе всякий рабочий, бьющий молотом по металлу. Мысль о горечи своего положения не может, при этих сравнениях, не растравлять сознанья учителя. Из Суздальского уезда учителя и перекочевали в другие уезды, не покидая учительской деятельности, очевидно, успев привязаться к ней, но не в силах будучи выносить долее еду впроголодь и житье впрохолодь, но это такая печальная картина, которая окутывает местное земство в самый печальный флер. И здесь о дружной, единой работе земца, врача и учителя около темной деревни не может быть и речи.
   Конечно, уездное земство может сказать: "У нас нет на лучшую оплату труда средств". Однако соседние земства, куда в лучшие условия ушли 60 учителей, имеют же эти средства? За отказом: "нет более средств" часто скрывается более равнодушное: "обойдутся и на эти средства; ведь больше некуда деваться". Но главное возражение лежит не в этом, а в том, что кто не имеет средств на училище, и не открывает училища; а все те же училища, какие есть, должны быть поставлены надлежащим образом. Ведь суздальское земство не распорядится же, ссылаясь на малые свои средства, отпускать из земских аптек вместо хины хину с мелом. Почему только несчастное учебное дело таково, что, в противоположность медицинскому, судебному, полицейскому, железнодорожному, его одно можно стричь и обстригать со всех сторон сколько и как угодно. И обстригать именно всегда на счет труженика-учителя. "Ен стерпит", - как говорят кулаки на деревне, нанимая крестьянина; но дух и приемы кулачества весьма неприглядны в земстве, которое изначала получило известную идеальную окраску как в себе самом, так и во взглядах на него страны и общества.
  
   Впервые опубликовано: "Новое Время". 1903. 8 дек. N9973.
  
  
  
  

Другие авторы
  • Мандельштам Исай Бенедиктович
  • Гершензон Михаил Осипович
  • Бердников Яков Павлович
  • Колычев Е. А.
  • Григорьев Василий Никифорович
  • Скабичевский Александр Михайлович
  • Уткин Алексей Васильевич
  • Самарин Юрий Федорович
  • Мин Дмитрий Егорович
  • Мицкевич Адам
  • Другие произведения
  • Аксаков Иван Сергеевич - Madame Пузина
  • Державин Гавриил Романович - М. Альтшуллер. Несколько уточнений к текстам стихотворений Г. Р. Державина
  • Розанов Василий Васильевич - Петрушка в Думе
  • Огарев Николай Платонович - Предисловие к "Думам" Рылеева
  • Михайлов Михаил Ларионович - Женщины, их воспитание и значение в семье и обществе
  • Шекспир Вильям - Вот каково иметь корзину и белье
  • Островский Александр Николаевич - Комик семнадцатого столетия
  • Черный Саша - Королева - золотые пятки
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Дети
  • Толстой Лев Николаевич - Отрочество
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (10.11.2012)
    Просмотров: 194 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа