Главная » Книги

Неверов Александр Сергеевич - Н. Степной. Семья. Роман в трех частях под редакцией и с предисловием Евг. Лукашевича.

Неверов Александр Сергеевич - Н. Степной. Семья. Роман в трех частях под редакцией и с предисловием Евг. Лукашевича.



А. Неверов.

Н. Степной. Семья. Роман в трех частях под редакцией и с предисловием Евг. Лукашевича. Самара. Государственное Издательство, 1922 г., стр. 152.

   На Всероссийском конкурсе Лито роман Степного "Семья" получил первую премию. В предисловии своем Евгений Лукашевич пишет, что Степной писатель пролетарский: "первый еще в 1919 году подошел вплотную к современности. Взял жизнь в том разрезе, который нам ближе всего, который нам больнее всего - взял семью и самое интимное, самое сокровенное, скрашивающее все беды, придающее смысл всему нашему существованию, - призвание человека взял, творчество проснувшейся личности, коллектива в искусстве и литературе. Взял семью новую и литературу новую, писателя нового, только что вырвавшегося из низов к творчеству, - жадного, торопящегося жить, но еще неопределившегося, бескрылого. В романе этом обнажен и поставлен ребром вопрос: "быть или не быть семье".
   Действительно, Степной взял наболевший вопрос - "Семью" - в условиях нашей современности, в период военного коммунизма и развертывает картину за картиной домашнего семейного ужаса, в котором гибнет творческое, живое, в лице писателя Евгения. Он живет общественной жизнью, занимается литературой, читает лекции по рабочим клубам, проповедует новую семью, общность детей, где говорит:
   - Мое и твое должны быть уничтожены, дети должны быть общими. Я признаю только коммунальную семью. Дети должны принадлежать обществу. Слова: мой муж, моя жена, мой ребенок - нечестны, мелкобуржуазны. Пока старая семья существует, нет коммуны.
   А Надя, жена, отвечает ему:
   - Дурак ты! Ты должен жить, как все живут. Вот, смотри: сосед продал свои папиросы, купил масла, получает паек, а сам не курит. Он еще сапоги получил по твердым ценам, а ты не можешь, жеманничаешь.
   Утверждая в жизни общества "Дом матери и ребенка", литератор и коммунист Евгений горячо доказывает, что если в "Доме матери и ребенка" умерло на триста пятьдесят - двести ребят, то почему же наш ребенок должен остаться? Защищать, так всех, для всех заботиться, а не для одного своего. Умирать, так всем.
   А Надя мещанка, Надя обывательница, Надя индивидуалистка, дороже всего на свете ставящая своего ребенка, исступленно кричит:
   - Молчи! Уходи от меня и производи свои эксперименты, свои опыты над дураками, а я больше дурой не хочу быть. Что за мерзость! Вошь, грязь, нечистоплотность, неряшество. Уходи! К чему ни прикоснешься, все портится, мнется, ломается. Чистенькая клееночка была, а ты грох фуражку на стол, который собирал микробов по улицам. Тебе потому и с большевиками нравится жить, что ты самое обыкновенное животное. Я первого человека вижу, как ты, никакого понятия о красоте.
   У самой Нади все понятия о красоте сводятся к своим горшкам, к своим пеленочкам, к хлебу, молоку, дровам, маленькому домашнему уюту, ради которого она и грызет ежедневно Евгения, литератора-коммуниста, отрывает его от общественной работы на общую пользу, отравляет жизнь истерическими выкриками, упреками, руганью, семейным эгоизмом.
   В минуту раздумья Евгений ставит вопрос:
   - У меня не остается ни минуты свободной. Это смерть. Почти год славной революционной жизни я отдал семье. Нет, надо уйти. Долой семью, она отняла так много.
   Но и тут опять кричит Надя на него:
   - Ты просто или озорник, или дегенерат. Ты где одеяло развесил? Оно хватает до грязной твоей шинели.
   У Евгения не было родных, для него не было предела и он в сто первый раз убеждает жену-мещанку:
   - Ты зовешь остановиться и обзавестись отдельной своей хибаркой. Мне это не с руки, для меня весь земной шар - хибарка. И если у меня нет своей хибарки, мне принадлежащей, то весь свет для меня приют - и мое твое мне непонятно: все общее, вся земля, весь свет, все есть дело моих рук и рук таких же, как я, творцов жизни - рабочих. Я и мои товарищи, если еще не создали коллективом такую жизнь, то создадим. Я не пойду один, баста.
   Евгений храбрым оказывается только на словах, а в душе, в своих действиях похож на пораженного интеллигента. Ему хочется выйти из круга, в который заперла его семья со своими узко-эгоистическими интересами, но на это не хватает воли. Топчется, кружится, нервничает, кается перед собой, мечтает о широком будущем и не может двинуться с места.
   Написан роман неровно. На-ряду с прекрасными картинами, полными трагизма и глубокой лирики, есть чрезмерные излишки, длинноты, повторения, так невыгодные в целом для общего впечатления. На художественной работе в романе лежат следы торопливости, непродуманности, вообще-то свойственной Степному. Он уже писатель немолодой, имеет несколько печатных трудов, и все они, обнаруживая в авторе талант бытописателя и горячий живой темперамент свободолюбивого жизнелюба, неприятно раздражают подчас неряшливостью языка, поверхностностью разработки тех мест, которые необходимо художественно углубить.
   Автору необходимо обратить самое глубокое и серьезное внимание на свой язык, на художественный рисунок. Чувствуется, что он богат опытом, наблюдениями, случаями и картинами, схваченными им из настоящей жизни, но все это выливается не в меру, затопляет художника.
   Издана книга хорошо. Самара вообще является одним из литературных центров Поволжья и обнаруживает несомненный вкус литературной техники. Недурно сделан художественный рисунок на обложке - работа Самарского художника М. Зыкова.
  
  
  
  
  

Другие авторы
  • Мей Лев Александрович
  • Бутков Яков Петрович
  • Гливенко Иван Иванович
  • Эрберг Константин
  • Голицын Сергей Григорьевич
  • Теплова Серафима Сергеевна
  • Лоскутов Михаил Петрович
  • Дон-Аминадо
  • Суворин Алексей Сергеевич
  • Кушнер Борис Анисимович
  • Другие произведения
  • Туган-Барановский Михаил Иванович - Джон Стюарт Милль. Его жизнь и научно-литературная деятельность
  • Готфрид Страсбургский - Из поэмы "Тристам и Изольда"
  • Маяковский Владимир Владимирович - Алфавитный указатель ко второму и четвертому томам Полного собрания сочинений В. Маяковского
  • Воровский Вацлав Вацлавович - Идеи и "коммерция"
  • Модзалевский Лев Николаевич - Вечерняя заря весною
  • Андерсен Ганс Христиан - Ночной колпак старого холостяка
  • Неизвестные Авторы - Пламед и Линна
  • Толстой Лев Николаевич - Крейцерова соната
  • Кедрин Дмитрий Борисович - Рембрандт
  • Юшкевич Семен Соломонович - Гора
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (10.11.2012)
    Просмотров: 189 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа