Главная » Книги

Лажечников Иван Иванович - Вся беда от стыда, Страница 3

Лажечников Иван Иванович - Вся беда от стыда


1 2 3 4

"чудо!"

Явление VII

Те же, Гориславская и Медовицына.

  
   Сергей Петрович (Гориславской, провожая ее через гостиную до дивана, с правой стороны от зрителей, на который она и садится. Медовицына с досадою садится в некотором расстоянии; Сергей Петрович становится за Гориславской). Посмотрите, с каким восторгом все здесь вас встречает; послушайте, как общий голос называет вас царицею нынешнего вечера.
   Гориславская. Что мне теперь до безумной похвалы их!.. я никого из них не вижу, никого не слышу... Только... для одного... хотела бы я быть лучше всех.
   Сергей Петрович. Для одного?.. О! скажите мне имя этого счастливца... (Гориславская смотрит на него с любовью.) Ваши глаза говорят мне так много... Неужели... я?
   Гориславская. Кто же может быть другой?.. Видите, какая я нынче болтушка!.. Это оттого, что мне позволено... я так долго молчала. Надо же себя вознаградить!..
   Сергей Петрович. Что вы делаете со мною?.. Если б я не боялся, чтоб почли меня безумным, я бросился бы к ногам вашим... Да, я у ног ваших... я целую их с трепетом благодарности, любви, блаженства - высшего, какое только небо посылало человеку.
   Гориславская! Мы этак забудем, что на вечере, что не одни здесь. Ангажируйте меня поскорей, а то кто-нибудь предупредит вас.
   Сергей Петрович. На первый и второй танец, не так ли?
   Гориславская. С большим удовольствием... Мне надо так много говорить с вами. Ступайте... ищите себе скорей визави. (Сергей Петрович отходит несколько шагов вперед и останавливается в забытье подле Ипполитова.)
   Ипполитов. Чего ты ищешь?
   Сергей Петрович. Визави.
   Ипполитов. На одном месте, не говоря ни слова? странно!
   Сергей Петрович. Я потерял голову от блаженства и не знаю, куда идти. Укажи мне... толкни меня на кого-нибудь.
   Ипполитов. Пойди в залу, там найдешь десятки охотников стать против твоей очаровательницы. На сколько танцев ты ее ангажируешь?
   Сергей Петрович. На два. Но для чего этот вопрос?
   Ипполитов. Мне смертельно хочется подолее насладиться, как вы, в парочке с нею, обратите на себя общее внимание. Сколько перекосится хорошеньких личиков! сколько маменек перебесится! (Сергей Петрович уходит в другую комнату. Между тем Павел Флегонтыч подходит к одному молодому человеку и шепчет ему что-то на ухо; молодой человек приглашает Медовицыну и уводит ее.)
   Павел Флегонтыч (наклонясь к Гориславской, тихо). Вы будете танцевать со мною первый и второй танец?
   Гориславская. Это невозможно; вы видите, я. дала слово Леандрову.
   Павел Флегонтыч. Вы... не пойдете с ним, Эсфира! (Гориславская бледнеет и в величайшем смущении.) А если это сделаете, через пять минут все, что здесь есть, узнают, что вы дочь еврея Соломона, и Леандров первый!.. Выбирайте. Мое слово неизменно, как свят Бог! Идите со мною! решайтесь поскорей!
   Гориславская (хочет подать ему руку и приподняться с кресел и опять опускается на них). Иду. (Мухоморов подает ей руку и помогает встать.)
   Ипполитов (про себя). Великий Боже!
   Сергей Петрович (возвратившись, Мухоморову). Павел Флегонтыч, что это значит? позвольте, я ангажировал Наталью Ивановну.
   Павел Флегонтыч. Спросите у нее.
   Гориславская. Виновата... я забыла... слово дала прежде.
   Сергей Петрович. По крайней мере, на вальс.
   Павел Флегонтыч. И вальс идет Наталья Ивановна со мною. (Увлекает Гориславскую в кадриль, которая составляется, смотря с торжествующею улыбкою на Итюлитова.)
   Сергей Петрович (остается неподвижным, на одном месте; отчаяние изображается во всех его чертах).
   2-й молодой человек (встретив Гориславскую). На вторую кадриль.
   Гориславская. Я?.. на вторую?..
   2-й молодой человек. Да-с, на вторую.
   Гориславская. Извините... я... не танцую.
   2-й молодой человек. Что за странная! идет танцевать и не танцует? (Уходит в залу.)
   Ипполитов. Есть от чего сокрушаться! она недостойна твоей любви, она недостойна твоего мщения.
   Сергей Петрович. А ты почему знаешь? Разве... ты видел, слышал? Или открыл что-нибудь?
   Ипполитов. А ты не видал, какому таинственному влиянию она покорна?.. Да, я знаю более тебя, но здесь не место объясняться. Брось ее поганому Мухоморову. Чета, достойная друг друга!
   Сергей Петрович. Бросить! Нет, пока я жив! пускай возьмет ее разве у мертвого!
   Ипполитов. Стоит терять жизнь из-за такой...
   Сергей Петрович. Ради Бога, не договаривай... дай мне еще помечтать, что она не виновата. Упасть с такой высоты блаженства и в такой омут... нет! Увериться в этом, так надо с ума сойти.
   Ипполитов. Что ж сказать отцу?.. Слышишь, идет проливной дождь.. (Слуга закрывает окна.) Музыка не заглушает ужасной погоды. Я знаю твоего отца: как пылкий юноша, нетерпеливый от любви к тебе, от желания устроить скорее твое счастие, он ранее назначенного часа будет на месте.
   Сергей Петрович. Бедный отец!.. Да, надо дать знать ему, что я... сам не хочу... что я отложил... Но прошу, умоляю тебя, подожди немного, хоть полчаса.
   Ипполитов. Поди, поди, любезный... испытай еще раз чудную покорность ее господину Мухоморову; испытай новые насмешки, новое унижение; дай этому презренному орудие торжествовать над тобою. Впрочем, кто знает? на этот раз, может быть, счастие тебе улыбнется. Кокетки имеют...
   Сергей Петрович. Одно обидное слово, и мы навек рассоримся. Объявляю тебе, пойду еще на унижение... испытаю, объяснюсь... может быть, еще прежде меня дала слово, и забыла - для меня же.
   Ипполитов. Бедняк, жаль мне тебя! Впрочем, делай, как хочешь и что хочешь, а моя нога не будет более в их доме.
   Гусынина (увидев Сергея Петровича). Что это значит? Вы были всегда душою моих вечеров, а теперь убежали сюда от танцев, как анахорет от соблазна.
   Сергей Петрович. Я не нашел себе пары.
   Гусынина. У меня?.. Извините, вы клевещете на мой вечер, mon cher monsieur Леандров... Какая-нибудь размолвка!.. Мы вам поможем, мы отомстим. Пойдемте, я вам сыщу... (берет его под руку и уходит с ним в залу). Княжна... пара сокрушительных глаз... богата... как будто вас ждала... Может быть, и судьба!..
  

Кадриль кончилась. Сергей Петрович извиняется перед Гусыниной и спешит к Гориславской, которую и ангажирует на следующий танец; Гориславская на авансцене садится с левой стороны.

  
   Ипполитов (тихо Сергею Петровичу). Что?
   Сергей Петрович. Идет.
   Ипполитов. Но к ней подходит сатана; посмотрим, что будет.
   Павел Флегонтыч (Гориславской, тихо). Вы не пойдете с ним, я запрещаю.
   Гориславская (тихо). Вы?.. О! Это уже слишком много... это свыше всякого унижения.
   Павел Флегонтыч. Будете раскаиваться, но поздно.
   Гориславская. Пора вам сказать: я вас ненавижу и презираю.
   Павел Флегонтыч. Так мщение!
   Гориславская. Предпочитаю вашей любви.
   Павел Флегонтыч. Помните... мщение (начинается музыка, кадриль составляется.)
   Гориславская (подходя к Сергею Петровичу). Где наш визави? (Входят в кадриль.)
   Павел Флегонтыч (провожая их глазами, про себя). На то пошло, так я сокрушу тебя в прах, еврейка! (Задумывается.) Гениальная мысль! Прямо из преисподней!.. Она сама просила мщения... будет!.. не отложу надолго. Мое слово не ребяческое слово, оно не мимо идет, не лай пса на привязи, который разносится ветром!.. Ревность, унижение, злоба - все адские стихии смешались в душе моей, буря в ней завывает. Устроит ли против нее этот жалкий цветок? (Увидев Ип-полтпова.) Довольны ли вы моими опытами?
   Ипполитов. По горло!.. Только ради моего и вашего спокойствия, прошу подале от меня... Когда вы ко мне подходите, я всегда слышу запах серы; я всегда боюсь, чтобы новый Самиэль не выпустил на меня свои когти. (Оборачивается к нему спиною.)
   Павел Флегонтыч. И здесь неблагодарность! (Увидев первого молодого человека.) Подойди ко мне, Саша, на два слова.
   1-й молодой человек. Что вам угодно?
   Павел Флегонтыч. Вы?.. Полно сердиться. Вчера ты просил у меня взаймы пятьсот рублей; вчера их не было - нынче есть. Надо?
   1-й молодой человек. До зарезу. Моя Цирцея обещала, но не могла ничего выпросить у своего супруга; откуп, дескать, плохо идет.
   Павел Флегонтыч. Приезжай завтра, получишь. Рад товарищу университетскому услужить.
   1-й молодой человек. Избавитель!
   Павел Флегонтыч. Попрошу и от тебя услугу на доброе дело.
   1-й молодой человек. Ты знаешь, у меня сердце как воск; делай из него, что хочешь.
   Павел Флегонтыч. Мне только нужно влияние твое на хозяйку дома. Нечего скрывать, ты всемогущ над сердцем ее, а в нем неистощимые рудники добра. Недаром слывет добродетельною дамой.
   1-й молодой человек. По-моему, на чужие деньги.
   Павел Флегонтыч. Ты против себя злословишь ее. Я знаю, она готова рассыпать свое добро на бедных...
   1-й молодой человек. В чем бы ни нуждались.
   Павел Флегонтыч. Какому бы народу, какой бы вере ни принадлежали. Femme ИmancipИe, в полном, высоком значении этого слова, жорж-сандовская женщина! Дело теперь в безделице. Вот видишь, я интересуюсь несчастным семейством... Жид - это правда, но по человечеству наш брат... у него две дочери чудесной красоты.
   1-й молодой человек. Только-то? Даю слово - здесь и сейчас.
   Павел Флегонтыч. Смотри, не забудь: отец - Соломон, дочери - Рахиль и Ревекка.
   1-й молодой человек. Соломонов храм, Рашель - знаменитая актриса... Ревекка - жидовка в романе Вальтера Скотта... припомню, припомню.
   Павел Флегонтыч. Приехали сюда из Белостока к богатой родственнице, которая их не признает.
   1-й молодой человек. Жестокая! Чугунное сердце!
   Павел Флегонтыч. Опиши дряхлого, седого старика...
   1-й молодой человек.
  
   Ты зри главу мою, лишенную волос;
   Их иссушила грусть и ветер их разнес.
  
   Павел Флегонтыч. Изобрази черными красками их рубища, скажи, что если завтра утром они не получат помощи...
   1-й молодой человек. Три тени явятся следующею ночью в спальню жестокосердных дам, и - тогда горе им! вампиры припадут к груди их... Но увидишь, что ни один Массильон не действовал так на своих слушателей, как твой слуга покорный. О! я чувствую в себе красноречие целой академии! (Убегает.)
   Павел Флегонтыч. Ни один ростовщик не отдавал своих денег с такою ужасною лихвой! Подлинно, жидовские проценты! Она будет моею, или ничьей!..
  

Между тем, кадриль кончилась; танцевавшие расходятся в разные стороны, между прочими Гориславская и Медовицына садятся в гостиной на одном из диванов, ближе к авансцене. Первый молодой человек переговаривает с Гусыниной, потом горячо рассказывает что-то гостям. Гусынина берет маленькую корзинку с этажерки и обходит с нею гостей, играющих в карты и прохаживающихся по гостиной. Сергей Петрович стоит, облокотись на пьедестал Психеи и Амура, недалеко от Гориславской.

  
   Гусынина (одному из играющих в карты за столом, ближайшему к Гориславской). Ваш кошелек на минуту. (Играющий дает свой кошелек. Гусынина высыпает из кошелька деньги в корзинку и потом возвращает его.) На доброе дело - бедному, умирающему семейству еврея. (Хозяин кошелька кланяется. Гусынина подходит к пожилой даме, играющей за тем же столом.) Не откажите, я знаю ваше доброе сердце.
   Гусынина. Все-таки ближний наш и несчастный.
   Пожилая дама (сердито). Более четвертака не дам. (Кладет монету в корзину. В это время подходит к Гусыниной несколько мужчин и кладут в корзину деньги разного вида.) Вздумала обирать нас для презренного жида; у нас свои бедные есть!.. Да еще подошла ко мне после Дремухиной.
   Молодая дама (лорнируя группу мужчин, стоящих близ нее, мужу своему). Wladimir, donnez quelque chose.
   Муж. На что? сколько?
   Молодая дама (с нетерпением). Mon Dieu, une monnaie, un billet... ce que tu veux, pour un malheureux juif et deux pauvres enfans. (Муж кладет в корзину депозитку. До Гориславской доходят некоторые слова Гусыниной и гостей; грудь ее сильно волнуется, она в тревожном состоянии.)
   Павел Флегонтыч (становится позади дивана за Гориславской, тихо ей). Вы желали мщения?.. Оно не заставило себя ждать. (Гориславская ничего не отвечает; Павел Флегонтыч удаляется.)
   Сергей Петрович (кладет свой кошелек в корзинку). Несчастие имеет нынче особый доступ к сердцу моему.
   Гусынина. Вы подаете, не зная даже для кого.
   Сергей Петрович. Мне кажется, доброе дело не требует отчета.
   Гусынина. Я, однако ж, дам вам его. Приехал какой-то бедный еврей Соломон из Белостока с двумя маленькими дочерьми, говорят, дивной красоты!.. Имена романические!.. одну зовут Рахиль... может быть, новая Рашель для нашей сцены... мы об этом помолчим. Другая... виновата, забыла...
   1-й молодой человек. Вспомните жидовку из Ивангое.
   Гусынина. Ревекка!.. на память этой обольстительной еврейки!.. Думали найти в Москве помощь от богатой родственницы, которая всем обязана Соломону, и - нашли один бесчеловечный, жестокий отказ... Несчастные умирают с голоду.
   Гориславская (хватая Медовииыну за руку, тихо ей): Помогите, ради Бога!.. Выведите меня... мне дурно... (Падает без чувств на диван.)
   Гусынина (в испуге). Что с вами?.. Душа моя, ангел мой!.. (Сергею Петровичу.) Возьмите корзинку... позовите горничных... спирту! воды! что вздумается! (Сергей. Петрович бежит опрометью в боковую дверь; любопытные со всех сторон окружают эту сцену; девицы стараются загородить собою Гориславскую.) Боже мой! что я наделала!.. Воображала ли? Какие слабые нервы!..
   Один из гостей. Что такое?
   Другой. Что сделалось?
   Третий. Не мудрено, стягиваются в корсет насмерть.
   Четвертый (иронически). Может, от любви.
   Пятый (заглядывая через девиц). Как она хороша в этом положении.
   Шестой (тоже заглядывая). Как будто ждет своего Пигмалиона! (Приходят горничная и вместе с Медовицыной уносят Гориславскую в боковую комнату. Гости расходятся по комнатам и принимаются за прежние занятия. Сергей Петрович исчезает на некоторое время.)
   Павел Флегонтыч (бледный, дрожащим голосом Ипполитову, который проходит мимо него). Ловко была пущена стрела и прямо в сердце! Видите, стрелок искусный не дает промаха!
   Ипполитов (схватив его за руку и отводя в сторону). Слушайте. Это мне надоело; надо положить конец вашим проделкам. Между вами и ею есть ужасная тайна: вы должны открыть мне ее.
   Павел Флегонтыч. Теперь и я скажу: это требование и дерзко и смешно.
   Ипполитов. И я в свою очередь отвечу: ни дерзко, ни смешно, сударь, когда я вам объявляю, что от разгадки этой тайны зависит счастие моего друга. Завтра, в десять часов утра, я буду у вас и предложу вам на выбор: открыть мне эту тайну, или... если вы не подлец... разгадать тотчас на свинцовых жеребьях, вам ли молчать о ней молчанием смертным, или мне узнать ее в другом мире.
   Павел Флегонтыч. Не прочь. Но прежде хочу доказать вам, что вина не на моей стороне. В три дня тайна сама собой скажется вашему другу. Если вы после трех суток потребуете от меня удовлетворения, я к вашим услугам.
   Ипполитов. Буду ждать.
   Сергей Петрович (прибегая к Ипполитову). Слава Богу, ей лучше!.. Она уехала домой... я успел ее проводить... Едем, мы обгоним их.
   Ипполитов. Слабое существо! (Уходя.) Но мое дело предупредить отца твоего, а там что угодно.
  

АКТ III

  

Комната в квартире Виталиной.

Явление I

  
   Гориславская (одна). Как я осталась жива!.. И зачем?.. чтоб несколько лишних дней проволочить тяжелую цепь, которою судьба меня опутала. Господи, зачем ты разом не сокрушил меня? Пошли мне скорее смерть, или я потеряю свой последний рассудок...
   Не понимаю, что сделалось, когда мы въехали в Газетный переулок... Карета наша остановилась... отворяю окно... при свете фонаря увидела я отца Леандрова... Ипполитова.. и его... Он бросился к нашей карете, но Ипполитов удержал его... я услышала ясно: "Она того не стоит!" Потом раздался ужасный голос: "Пошел мимо, домой!" В этом голосе слышала я и насмешку, и какую-то злобу, но более всего презрение!..
   Не понимаю ничего; голова моя идет кругом. Ужасная ночь! хоть бы на минуту заснула... Думала, день принесет малейшее облегчение - все одно... И ночью и днем те же видения... он, мой отец, худой, изнуренный, бледный, как мертвец, в рубищах... протягивает мне руку для подаяния... две девочки-нищенки бросаются к ногам моим и просят у меня куска хлеба... А там хохочут над жестокою дочерью бедного жида!.. Куда бежать мне от этих неотступных видений? (Облокотившись на стол, склоняет голову на руки и дремлет, потом вздрагивает и вскакивает с кресел.) Да, вот он - и теперь передо мною... Отец! чего хочешь от меня?.. Научи, что должна я сделать?.. Скажи... вымолви хоть одно слово. Денег?.. Возьми все, что у меня есть; все твое... Только удались; не терзай меня... (Закрывает глаза руками.)
  

Явление II

  
  
  
  
   Гориславская и Павел Флегонтыч.
  
   Павел Флегонтыч (отворяя дверь, про себя). Одна?.. плачет!.. К лучшему!.. Авось либо образумится, и возвратится ко мне... (Громко.) Наталья Ивановна!
   Гориславская (оборачиваясь). Вы?.. пришли убить меня?
   Павел Флегонтыч. Ради Бога успокойтесь... что с вами?
   Гориславская. Что со мною? И вы спрашиваете!.. Чего хотите от меня после вчерашнего поступка со мной?.. Чтоб докончить его, стоило только войти ко мне с ножом в руке.
   Павел Флегонтыч. Назовите этот поступок низким, жестоким, адским, если хотите; я сам, пожалуй, так назову его. Теперь имена для меня ничего: я смотрю на дело. Но я спрошу вас самих, не вы ли виною моего сумасбродства? не вы ли довели меня до последней крайности? С того времени, как вы меня знаете, видали ли что-нибудь подобное от меня? падали ли когда-нибудь на вас хоть тень оскорбления? Вы назвали меня своим женихом; вы обручены со мною уже два года пред лицом Бога, которого призывали в свидетели ваших обетов. Правда ли?
   Гориславская. Не могу сказать: нет!
   Павел Флегонтыч. Вы позволили мне любить вас любовию человека, который скоро должен был назвать вас именем супруги - и я полюбил вас такою любовию доверчиво, страстно, уверенный, что ваше сердце и рука не могут никому принадлежать, кроме меня. И ждал я в этой уверенности, покорный вашей воле; я ждал минуты, когда вам самим угодно будет разрешить мои надежды. И что ж?.. Приезжаю сюда... мое место занято, сердце ваше передается другому, минутному гостю в вашем доме, руку вашу вырывают из моей руки... Нет, этого нельзя было выдержать!.. Неужели вы думали, что так легко, без боя, отдам сокровище, которое мне принадлежит по всем правилам? Одно дорого мне; спор за него должен быть ужасен; он начался... каков может быть далее, вы видели вчера поначалу!
   Гориславская. Если вы хотите, я виновата во всем, в чем вы меня обвиняете. За то мщение было ужасно... Неужели вы не могли мстить с большим благородством?
   Павел Флегонтыч. Душа, переполненная оскорблений и унижения всякого рода, не разбирает средств. Отдалите моего соперника, уничтожьте его надежды, и я - опять покорный вашей воле, вашим малейшим желаниям, я опять готов ждать... год, два, целую вечность, лишь бы вы не принадлежали никому, кроме меня.
   Гориславская. Я уж все сделала, что вы желаете. Сергей Петрович просил руки моей, и я решительно отказала. Чего ж более хотите от меня?
   Павел Флегонтыч. Вы отказали? но вчера все было приготовлено Леандровым, чтоб увезти вас с вечера Гусыниной; люди ваши были подкуплены, в деревне за десять верст от Москвы хотели обвенчать вас с Сергеем Петровичем, и все это без вашего согласия?
   Гориславская. Меня?.. увезти?.. обвенчать!.. может ли статься?
   Павел Флегонтыч. Это так верно, как вы теперь видите меня перед собою. Я все знаю... Подозреваю, что сама Софья Андреевна была в заговоре. А вы... будто и не знали?
   Гориславская (в сторону). А! понимаю теперь... Доброе, чудное существо! Вот почему убирала меня она на вечер с такою заботливостью, с такою нежностью благословляла меня; вот почему сказала мне: "Не бойся, если с тобою случится что-нибудь чрезвычайное, и будь счастлива".
   Павел Флегонтыч. Вы ничего не говорите; вы, конечно, сокрушаетесь об этой неудаче?
   Гориславская. Что скажу вам? я решительно ничего не знаю. Если б тут было мое согласие, не готовилось бы и тайного похищения.
   Павел Флегонтыч. Правда, верю вам.
   Гориславская. Но... видите... ничего не состоялось... слово "жидовка" их, конечно, испугало... не так ли?
   Павел Флегонтыч. Нет, они еще этой тайны не знают и не будут знать, если вы навсегда решительно откажетесь от моего соперника... даю вам слово.
   Горисловская. Я уверена... вчерашний поступок ваш был одна вспышка мщения... Простите, я виновата...
   Павел Флегонтыч. Так вы откажетесь от него... навсегда?..
   Гориславская (в испуге прислушивается). Карета подъехала к крыльцу... Софья Андреевна возвратилась... минуты дороги... Я имею до вас просьбу... сжальтесь надо мною. Вы сказали, что отец мой здесь... Если в вашем сердце есть хоть искра любви ко мне, умоляю вас ею, всем, что для вас дорого и свято, скажите мне, где найти мне отца. Во что б ни стало, я хочу его видеть.
   Павел Флегонтыч. Что отец ваш здесь, в Москве, я клянусь вам Богом; но... он должен остаться для меня залогом вашего слова. Никто, кроме меня и моего отца, не знает его квартиры, никто, кроме меня, не укажет вам ее, в этом даю вам также свое слово.
   Гориславская. Научите, что ж должна я сделать... как дойти к нему?..
   Павел Флегонтыч. Найти возможность быть ныне в семь часов вечера в Садовой, у Сухаревой башни... Возьмите с собою Медовицыну, скажите ей, что вы хотите посетить бедное семейство... одни, без свидетелей... Знаю ваше прекрасное сердце - это случается с вами не в первый раз... Выйдите из кареты... на углу переулка будут вас ждать... Если вы доверяетесь чести моей, я сам провожу вас к вашему отцу, но, проводив, оставлю вас.
   Гориславскдя (про себя). Тайно от maman?.. Что мне делать? Что ни будет, я должна его видеть. (Вслух.) Доверяюсь вашей чести - буду... Еще одна просьба... отдайте другим бедным.
   Павел Флегонтыч. Понимаю вас... исполню ваше желание! (Слышен голос: "Кто пустил его? я запретила".) С уговором молчать обо всем.
  

Явление III

  

Те же и Виталина.

  
   Виталина. Зачем пожаловали?.. кто вам позволил?
   Павел Флегонтыч. Вход в ваш дом был для меня свободен. Я пришел к своей невесте.
   Виталина. Невесте?.. после вчерашнего поступка вашего? Все знаю, сударь! Отныне все связи наши, все обещания разрушены. Вы сами их уничтожили. Забудьте, что мы когда-нибудь существовали. Властию матери запрещаю ей иметь какие-либо сношения с вами: власти этой над нею, надеюсь, никто не отнимает у меня; хозяйкой дома вы, кажется, позволите мне быть у себя. И потому вход ко мне запрещен вам и отцу вашему. Я уж об этом писала ему.
   Павел Флегонтыч. Вы сами дали мне одну неделю сроку на известное вам испытание... ваше слово..
   Виталина. Я давала его человеку благородному... извините меня... Ждать неделю? Да вы в один день найдете искусство убить ее: ваша душа, ваш ум, гениальные на зло, изобретут средства разом отравить свою несчастную жертву. Кинжал и яд нынче не в употреблении, но их заменили другие средства, которые искуснее убивают. Что бы ни было, кончено между нами! Слышали? (Указывает на дверь.) Или вы желаете?.. (Хватает со стола звонок.)
   Гориславская (удерживая ее). Ради меня, пощадите.
   Павел Флегонтыч. Повинуюсь, но предупреждаю вас... вы сами позовете меня. (Уходя, про себя.) Как бы мне увидеть Медовицыну? Подкараулю, когда эта гордая барыня уедет со двора.
  

Явление IV

Виталина и Гориславская.

  
   Виталина. Для чего приходил? Что говорил с тобою?
   Гориславская. Он извинялся, что вчера оскорбил меня, говорил, что причиною одна любовь...
   Виталина. Низкие души никогда не знают этого чувства. В нем только один эгоизм - ужасный эгоизм, готовый на все, чтоб только удовлетворить себя. Не говорил чего об отце твоем?
   Гориславская. Сказал, что он здесь... что...
   Виталина. Не верь; это жестокая выдумка! я везде отыскивала и нигде не нашла. Еще что?
   Гориславская. Еще сказал, что вчера Леандров хотел увезти меня с вечера Гусыниной, чтобы... Душа моя, ты была в заговоре. (Целует ей с нежностию руку.)
   Виталина. И здесь этот злой гений стал на дороге твоего счастия!..
  

Явление V

  

Те же и слуга.

  
   Слуга. Полицейский чиновник из части.
   Виталина. Ты послал бы к управителю.
   Слуга. Говорить, имеет дело до вас лично.
   Виталина (смутившись). Зови. (Слуга уходит.) Наташа, оставь нас, может быть, какое-нибудь дело по дому, которого ты не должна слышать.
   Гориславская. Господи! уж не на счет ли мой? (Уходит.)
   Виталина. Я никогда не имела дела с полицией... что-нибудь необыкновенное.
  

Явление VI

  

Виталина и полицейский чиновник.

  
   Полицейский чиновник. Смею спросить, вы госпожа Виталина, Софья Андреевна?
   Виталина. Точно так.
   Полицейский чиновник. Извините, может быть, обеспокоил вас... что ж делать? Мы люди должностные, обязаны исполнять приказания начальства.
   Виталина. Без оговорок, что вам угодно?
   Полицейский чиновник. У вас есть воспитанница Гориславская?
   Виталина. Есть, так что ж?
   Полицейский чиновник. В частной книге-с она числится дочерью чиновника 14-го класса.
   Виталина. Точно так.
   Полицейский чиновник. Изволите видеть, выходит оказия... сделан донос, что она... не прогневайтесь, не я так называю ее... что она жидовка, даже некрещеная, и фальшиво называется дочерью чиновника.
   Виталина (в смущении). Это ложь, клевета! Я знаю, из какого источника она вышла.
   Полицейский чиновник. Мы и сами так думаем-с, какие-нибудь шуры-муры. Стоит только представить актец о рождении и крещении госпожи Гориславской, ничего более-с.
   Виталина (про себя). Что мне делать? Акт о крещении явно обнаружит, что она дочь жида, а я выдавала ее за дочь чиновника. Это запутает меня в дело, может быть, уголовное. Теряю голову. Надо хоть время выиграть... (Вслух.) Вот видите, мой муж был военный, законов хорошо не знал; я женщина, я подавно... когда мы брали на воспитание от чиновника Гориславского дочь его, мы не подумали взять акта о крещении... взяли одно свидетельство, что она дочь его.
   Полицейский чиновник. Так пожалуйте свидетельство.
   Виталина. Оно... у меня... в саратовской деревне... я его выпишу и по получении... тотчас доставлю. Довольны ли?
   Полицейский чиновник. Пожалуйте письменное объяснение.
   Виталина. Разве вы мне не верите?
   Полицейский чиновник. Не смею не верить, сударыня, но дела не делаются на словах. Кстати Сказывая на письменный стол), здесь все готово для писания... Две-три строчки, и я более вас беспокоить не буду.
   Виталина (садясь за письменный стол, в сторону). Господи! надо ложь мне подтвердить письменно. До чего я дожила? (Написав объяснение, складывает руками бумагу и отдает ее полицейскому чиновнику.)
   Полицейский чиновник. Будьте покойны. Когда изволите получить требуемый акт, вы представите его куда следует. (Раскланивается и уходит.)
  

Явление VII

  
   Виталина (одна). Что я сделала?.. я сама наложила на себя руки... В мои лета, какое безрассудство!.. Куда это поведет меня? Чем это все кончится?.. Судьба запутывает нас более и более. В зависимости от презренных Мухоморовых, от каждого полицейского чиновника, Бог знает еще от кого; беспрестанно лгать, беспрестанно обманывать и стараться скрыть обман, ожидать каждую минуту, что откроется фальшивое звание Наташи... нас будут судить... Не уйти от позора!.. Какая ужасная будущность!.. с кем посоветоваться? К кому прибегнуть? Везде низкие, продажные души. (Задумывается.) Светлая мысль блеснула в голове моей. Открою все Ипполитову; этот человек благороден в высшей степени... я уверена в нем, как в себе самой... Зоркий ум его, прекрасное сердце мне помогут... Пускай делает с нашей тайной, с нашим стыдом, что придумает! (Уходит.)
  

Явление VIII

  
   Медовицына (входя, прислушивается). Обещал быть здесь, когда Софья Андреевна уедет... Вот и укатила!
   Странно все, что здесь делается! От меня прячут какую-то тайну... Замечаю что-то необыкновенное между Мухоморовыми и Натали. Особенно вчерашний вечер доказал мне это... Сейчас приходил полицейский с какими-то секретными розысками; Софья Андреевна необыкновенно смущена... Что бы ни было, а я обязана помогать Мухоморову. Унижена, презренна... мщение! мщение!
  

Явление IX

Медовицына и Павел Флегонтыч.

  
   Медовицына. Что вы хотели от меня?
   Павел Флегонтыч. В ваших руках теперь судьба моя.
   Медовицына. Приказывайте, я готова все исполнить.
   Павел Флегонтыч. Уступки ни к чему не ведут. Надо разом покончить. Вчера вы сами видели опыты моего тайного влияния на нее...
   Медовицына. Которого я однако ж не понимаю.
   Павел Флегонтыч. Теперь не время объяснять эту тайну. Сергей Петрович также видел... кажется, довольно бы для него... Что ж? понегодовал голубчик и - посмотрите - опять нынче ж будет у ног очаровательницы. Вы одни можете открыть ему глаза.
   Медовицына. Без загадок, говорите скорее. Повторяю, что я готова все исполнить, хотя бы стоило броситься в пропасть.
   Павел Флегонтыч. Будет стоить только нескольких капель чернил да прогулки к Сухаревой башне.
   Медовицына. Хоть в трущобу, говорю вам.
   Павел Флегонтыч (подавая ей бумажку). Спишите посекретней эту записку и пошлите ее поскорее от себя к Леандрову сыну.
   Медовицына (читает записку). "Платите за мою привязанность равнодушием, за преданность - неблагодарностью, я не изменю обету, которым поклялась, лишь только вас увидела; я и вдали от вас, изгнанница из рая, которого сладости дали мне видеть одно мгновение, не думаю уж о своем благополучии, а помышляю только о вашем. Оградить вас от зла для меня высшее блаженство. Что ж, когда дело идет о счастии целой вашей жизни? Вы любите другую... вы уверены в любви ее к вам - обман, коварный обман! Я должна, я обязана открыть вам глаза... это мой долг, хотя бы судьба закляла меня у алтаря, которому я посвятила свое служение". (Целует записку.) Прекрасно! как будто я сама диктовала. (Читает далее.) "Очарованные ее красотой, с мнимыми душевными качествами, вы не могли оградить от них свое сердце. Не верьте ей, она связана тайными узами с другим. Вспомните, Павел Флегонтыч воспитывался вместе с нею, был четыре года ее женихом... я видала не раз их нежные отношения... этого мало: они тайно видались... в чужом доме". Но это клевета, сущая клевета! это уж слишком много!..
   Павел Флегонтыч. Так вот ваши жертвы, ваши великие слова! Сильная, железная душа!.. Подите! где вам делать серьезные дела, где вам любить - вы умеете только сантиментальничать!..
   Mедовицына. Простите, простите, это была только минутная слабость. Я докажу, что достойна моего призвания - я решусь и на преступление, лишь бы мне отмстить за коварство, за насмешки над моею любовью! (Читает далее.) "Эта чудная, таинственная связь заставляет ее покоряться его воле. Она, может быть, и любит вас, но в то же время боится своего жениха... Никто не поверит этому, тем более вы. Но не осуждайте меня прежде времени. Хотите доказательств?.. Ныне, в семь часов вечера, он приказал ей быть близ Сухаревой башни, при повороте в Черствый переулок,- в какой дом, не знаю. Она будет. Угодно? вы увидите ее с ее властелином".
   Да, я спишу эту записку и пошлю к нему, даю вам самое святое слово.
   Павел Флегонтыч. Наталья Ивановна будет ныне просить ехать с нею... к Сухаревой башне... скажет вам, что она должна, тайно от своей благодетельницы, посетить бедное семейство... Не отказывайтесь, поезжайте. В продолжение дня старайтесь с нею сблизиться, наденьте личину дружбы, готовой на все жертвы... поклянитесь ей в сохранении тайны честью, благодарностью, Богом... У Садовой, близ Сухаревой башни, она выйдет одна из кареты; люди пускай останутся у экипажа... я встречу ее в первом переулке... Оставьте нас тогда одних на полчаса...
   Медовицына. Не понимаю вашей власти над нею, но понимаю, что в письме моем к Леандрову, в вашем намерении заключается какая-то адская штука... и я повинуюсь вам. (Подает ему руку.) До лучших минут, союзник мой! (Уходит.)
  

АКТ IV

  

Улица с Садовой на Сретенский бульвар; виден переулок; на углу влево церковь, за домами высится Сухарева башня.

  

Явление I

  

Сергей Петрович и Ипполитов останавливаются подле дома с вывескою сапожника, у фонарного столба.

  
   Сергей Петрович. Чудное место выбрано для прогулки!.. Маленький, нечистый переулок, где живут швеи, цыгане, жиды... И здесь будет она одна с ним?.. Нет, это ложь, святотатство!.. Они хотят меня с ума свести.
   Ипполитов. Если б не вечер у Гусыниной, и я сказал бы то же.
   Сергей Петрович. Дай, еще раз прочту для куражу дорогие строчки! (Вынимает письмо из жилетного кармана и пробегает его.) "Эта чудная, таинственная связь заставляет ее покоряться, его воле..." Таинственная связь? А! увидим!.. (Пробегает еще письмо.) "Хотите доказательств? Ныне, в семь часов вечера, он приказал ей быть..." Хочу ли? Вот я и здесь, ровно в семь часов, мамзель Медовицына! Верен рыцарь вашему призванию!.. Но берегитесь... если не найду их вместе, я приволоку вас к ногам ее, как подлую клеветницу.
   Ипполитов. Отсюда видно кто идет и едет по Садовой и переулку.
   Сергей Петрович. Прекрасно!.. бесподобно!.. Настоящий раек!.. О! глаза мои поймают теперь и муху, которая перелетит через переулок. Какая перспектива домиков! Все обители невинности и добродетели!..
   Ипполитов. Как будто знакомая карета едет по Садовой.
   Сергей Петрович. Карета их; узнаю ее между тысячи. Остановились... из нее выходит она!.. Дает знать человеку чтобы за ней не следовал... У угла встретил... он... ее любезник!.. Не пойти ли им навстречу? не убить ли ее позором?..
   Ипполитов. Вспомни, что сказали тебе дома: "Не забудь там, что у тебя есть отец, который никогда не обманывал твоей любви, который умрет с горя, если ты позволишь себе какие-нибудь крайности".
   Сергей Петрович. Правда, теперь одно презрение! Из чего же горячиться?.. Какое имею право?.. Она невеста его, обручена с ним, а я... что ей?.. Пококетничала со мной... разве это первая? Мне сказала ни да, ни нет... Недаром плакала!.. И что ж мне в сердце, измятом пятилетнею связью с женихом? Пускай любезничают, сколько душе угодно; я им не помеха; я сам отретируюсь в добром здоровье и пожелаю им безмятежного счастия, ненарушимых восторгов... Только посоветую поскорей к венцу... мы с тобою будем шаферами, не правда ли?
   Ипполитов. Они подходят ближе; спрячемся на дворе этого дома; здесь живет мастеровой. Сквозь худые ворота увидим, как они пройдут мимо и куда.
   Сергей Петрович. Дай мне руку; я слаб как ребенок. (Ипполитов отворяет калитку и увлекает за собою Сергея Петровича.)
  

Явление II

Те же, Гориславская и Павел Флегонтыч.

  
   Гориславская (чрезвычайно встревоженная, со страхом оглядывается; ее ведет под руку Павел Флегонтыч и несет узелок). Сердце ужасно замирает. Земля горит подо мною. (Слышен из-за ворот голос Сергея Петровича: "Проклятие!") Боже!.. Как будто знакомый голос!
   Павел Флегонтыч. Здесь живут мастеровые... может быть, драка... Пойдем скорее. (Ускоряет шаги. Они входят в переулок и останавливаются у одного ветхого домика с мезонином. Павел. Флегонтыч дает знак тремя ударами. Им отворяют калитку.)
   Гориславская. Вы здесь, по условию, оставите меня.
   Павел Флегонтыч. А назад?
   Горислав

Другие авторы
  • Достоевский Федор Михайлович
  • Ратгауз Даниил Максимович
  • Спейт Томас Уилкинсон
  • Гольцев Виктор Александрович
  • Стерн Лоренс
  • Рачинский Григорий Алексеевич
  • Беранже Пьер Жан
  • Холев Николай Иосифович
  • Шатров Николай Михайлович
  • Хартулари Константин Федорович
  • Другие произведения
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Пёс и воробей
  • Зиновьева-Аннибал Лидия Дмитриевна - Мошка
  • Вяземский Петр Андреевич - Князь Василий Андреевич Долгоруков
  • Остолопов Николай Федорович - Открытие в любви духовного человека
  • Брюсов Валерий Яковлевич - Метерлинк-утешитель (О "жёлтой опасности")
  • Давыдов Денис Васильевич - Г. Серебряков. Денис Давыдов
  • Кони Анатолий Федорович - Каролина Павлова
  • Измайлов Владимир Васильевич - Ростовское озеро
  • Козачинский Александр Владимирович - Знакомство с "Сопвичем"
  • Сумароков Александр Петрович - Идиллии
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 134 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа