Главная » Книги

Херасков Михаил Матвеевич - Венецианская монахиня, Страница 2

Херасков Михаил Матвеевич - Венецианская монахиня


1 2 3 4

justify">                              Офицер
  
   Отечеству служил до старости я честно,
   Как правду наблюдал, тебе сие известно;
   Злодея укрывать ни в брате не могу,
   А на безвинного напрасно не солгу;
   Вот кая злость его неволю заслужила:
   Когда народ утих и полночь наступила,
   Последуя во всем приказу твоему,
   Я с стражею ходил по городу сему;
   Согласно было всё со тихостью ночною,
   Весь город услажден был общей тишиною,
   Как вдруг услышали мы некий шум вдали,
   Сомненья стражи всей туда нас привели;
   Приближась, видим мы под здешними стенами
   Идуща в дом послов пойманного нами;
   И как о имени его спросить хотел,
   В ответ он вдруг на нас с кинжалом налетел;
   На стражу, на меня он в ярости метался,
   Но выхвачен кинжал, наш враг в плену остался;
   И как я раз еще о деле вопросил,
   Ругательны слова он мне произносил;
   Потом признался сам, что вреден он народу.
  
                              Мирози
  
   Открыл ли вам свою невольник сей породу?
   Сказал ли о своем достоинстве он вам?
  
                              Офицер
  
   Ни слова ни о чем сказать не хочет нам;
   Но знать, что страх его к раскаянию клонит;
   Он, заключен в свои оковы, тяжко стонет;
   Страшася, может быть, последнего часа,
   Подъемлет плачущи глаза на небеса;
   "О Боже! - вопиет в признанье иль притворно,-
   Ты знаешь, должен ли я умереть позорно;
   Однако казнь сию с охотой получу,
   Я для того умру, что умереть хочу".
   Еще он, государь, знать, робость в нас влагает,
   Нередко имя он твое напоминает
   И часто вопиет, в слезах пуская стон,
   Что только о тебе одном жалеет он.
  
                              Мирози
  
   Он, может быть, во мне считая добродетель,
   Жалеет, что его мук буду я свидетель.
                (К одному из воинов.)
   Вели от уз его на время разрешить,
   Вели ко мне на суд несчастного впустить.
   О Боже мой! подай рассудку больше свету,
   Чтоб за неправый суд не дать тебе ответу;
   Открой ты истину, открой душе моей,
   Присутствуй днесь во мне и будь со мной судьей;
   Я правду наблюдал и честь хранил всечасно;
   Не дай мне осудить преступника напрасно;
   Наставь ты различать меня со правдой лжи.
   Неправой казнию меня не накажи.
   Когда ж отечеству злодей он и предатель,
   Открой завесу мне пронырств его, Создатель,
   Но се его ведут...
    
                          ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
  
                       Прежние и Коранс
    (выводится на театр под караулом)
  
                              Коранс
  
                                   Кого я вижу здесь?
            (Отступает за театр.)
  
                              Мирози
  
   Не тень ли то его? я цепенею весь.
  
                              Офицер
  
   Каким смущением твой дух поколебался?
  
                              Мирози
  
   Сей узник сыном мне, о друг мой! показался;
   Не дай при старости того мне, Боже, зреть!
   А ежели то он, дай прежде умереть;
   Скрой свет от глаз моих. Но что я сомневаюсь?
   Коль мало я на честь сыновью полагаюсь!
   Ничто его к тому не может привести;
   Сомнение мое, любезный сын, прости.
                       (К воинам.)
   Представьте узника...
  
         Коранс выводится Офицером.
  
                              Коранс
  
                                        Идти нет больше мочи;
   Не мучь мя, отврати ты от злодея очи!
             (Бросается на колени.)
  
                              Мирози
  
   Какой удар душе готовится судьбой!
   Скажите, подлинно ль зрю сына пред собой?
  
                              Коранс
  
   Несчастий в глубину злым роком погруженный,
   Став именем злодей, к преступникам причтенный,
   Я сыном не могу себя твоим назвать,
   И сына ты во мне не должен признавать:
   Уж больше он не тот, кем род твой украшался,
   Кто в славных подвигах отцу уподоблялся.
   Далеко от себя твой прежний сын ушел,
   Себя в презрение, он в стыд отца привел.
   Себе бесчестие, позор наносит роду
   И мраком гнусных дел затмил свою природу.
   Я добродетели противлюсь и бегу,
   Однако не любить я чести не могу;
   Не тот я становлюсь, себя я сам гнушаюсь,
   Я сердца своего и сам уже чуждаюсь;
   Из виду правилы достоинства гублю,
   Но в слабости моей я честь еще люблю.
   Вот где твой сын теперь, вот чем себя он славит!
   Вот память по себе какую он оставит!
   Забудь того навек, кого во мне любил,
   Не сердцем он со мной, но видом сходен был.
   Ни роду своего, ни крови не жалея,
   Не сына ты суди, отечеству злодея!
   Святую истину ты на суде хранишь,
   Нарушишь честь, когда меня ты не казнишь.
   Я враг отечеству, убивств производитель!
  
                              Мирози
  
   А я бесчестному такому был родитель!
   Едва могу сыскать пристанище уму.
   Ты сын мой! можно ли поверить мне тому?
   В каком ты образе предстал передо мною?
   Злодей! ты вечного позора мне виною.
   Наш род во славе был лет не едино сто,
   На торжище из нас не умирал никто;
   Никто из предков жизнь не кончивал бесчестно.
   Служили верно ль мы, то в мире всем известно;
   В народе нас за то знатнейшими почли,
   На первую степень мы почести взошли.
  
                              Коранс
  
   Мне стыдно, государь, что я умру в неволе,
   И стыд мой множится твоим воззреньем боле;
   Но ты не причитай ко мне злодейских вин,
   Невольник твой - злодей! однако честен сын.
  
                              Мирози
  
   Злодеем чтить тебя причину я имею,
   Но в том увериться еще совсем не смею;
   Нельзя, чтоб кровь сия, где честь всегда жила,
   Такой бесчестный плод на свет произвела.
  
                              Коранс
                            (востав)
  
   Что я не с подлою душей иду отселе,
   Я докажу тебе при смерти то на деле;
   Я в твердости отцу и в славе подражал,
   Неробким, как и он, на свете возмужал,
   При всяких бедствиях я тверд был и спокоен,
   За то любви твоей, за то я был достоин;
   На возрасте ты стал наставник мне и друг,
   Не огорчался твой, ни мой тобою дух;
   Твои дела во всем давали мне уставы,
   Вослед тебе стремясь, я мнил достигнуть славы;
   Но рок меня на сем пути остановил
   И облак предо мной препятствий положил.
   Во мраке слабостей от славных дел скрываюсь,
   Честь, честь зовет к себе, но я не отзываюсь.
   Уже к спасению я ни луча не зрю,
   Бегу всего. Люблю!.. Но что я говорю?
   Нет! тщетно сердце в том признаться принуждаю;
   Что прежде я сказал, всё то же подтверждаю:
   Злодейский умысл я, родитель мой, имел,
   Противу общего покоя встать хотел.
   А ежели о всем ты хощешь быть известен,
   Знай, кончу жизнь свою и умираю честен!
   Хотя ж злодея ты меня быть ныне мнишь,
   Но, наказав меня, невинного казнишь.
  
                              Мирози
  
   Иль рассуждение, несчастный сын, теряешь?
   Ты вдруг себя винишь, винишь и оправдаешь.
   Коль замыслы свои злодейски подтвердил,
   Ходил ли ты, скажи, в посольский дом?
  
                              Коранс
  
                                                                        Ходил!
  
                              Мирози
  
   Скажи мне точную намеренья причину.
  
                              Коранс
  
   Не можешь в том велеть невольнику, ни сыну;
   Довольно, я сказал, что явный я злодей,
   А больше из меня не вырвешь тайны сей!
  
                              Мирози
  
   Когда родителям их дети не послушны,
   Не должны быть отцы для них великодушны.
   И ты коль позабыл, что мною ты рожден,
   Рождение свое забыть я принужден.
   Упрямствуй! умножай бездельническу злобу,
   И позабудь тебя носившую утробу!
   Когда отечеству престал ты сыном быть,
   Хочу и я тебя теперь отсыновить;
   Сим честным именем не смей ты нарицатъся;
   Бесчестными детьми родители стыдятся;
   Что я отец тебе, пред всеми отрекусь
   И доказать сие моим судом потщусь.
   Коль жалости уже лишаешь ты природу,
   Какую жалость льзя к тебе иметь народу?
   Какой уж милости желать тебе посметь?
  
                              Коранс
  
   Чего желаю я?- скоряе умереть!
  
                              Мирози
  
   Умрешь, несчастливый! тебе готовы муки;
   Я первый омочу в крови злодейской руки.
   Чтоб явный стыд с себя непринужденно стерть,
   Предам тебя, предам своей рукой на смерть!
             (Хватается за кинжал.)
  
                              Офицер
                    (удерживая его)
  
   Народ уж о его неволе известился.
  
                              Коранс
  
   Не думай, государь, чтоб смерти я страшился!
   Когда намеренье имею жизнь скончать,
   Равно мне, как ее теперь ни потерять.
   Но если на себя толь гнусну должность примешь,
   То поношения от мира ты не минешь,
   И может быть еще, хоть знают честь твою,
   Приложит и тебе народ вину мою.
   Коль гнев на смерть мою тебя так строго нудит,
   Пусть вместе град с тобой на казнь меня осудит.
  
                              Мирози
  
   Ты, варвар, думаешь, что всяк, как ты, свиреп!
   Родитель как ни зол, однако к чадам слеп.
   Но что о нем жалеть? о мне он не жалеет.
   Кто сына такова, как я, теперь имеет?
   Привел меня к тому, злодей, ты наконец,
   Что должно мне забыть, что я тебе отец!
   Пойдем! Я покажу злодея скрытна граду
   И сам тебе судьей перед народом сяду.
  
                              Коранс
   (бросаясь на колени и схватя за руку его)
  
   Постой! мне в свете жить один остался час;
   Позволь сыновний долг отдать в последний раз.
   Почувствуй на сию минуту сожаленье,
   Прими последнее от сына ты прошенье.
   Я знаю, что тебе сие прискорбно зреть,
   Что сын твой как злодей обязан умереть;
   Но, чтоб в глазах твоих злодеем не казаться,
   Едино средство есть - мне с жизнию расстаться.
   Не должен для меня ты сделать ничего,
   Для прежнего смягчись лишь сына твоего;
   Любовь его к себе и честь его напомни
   И ради имени Корансова исполни:
   Он просит при конце, чтоб то, что он имел,
   Чем наградить его когда-нибудь хотел,
   Сие, несчастливой душе моей в отраду,
   Отдай живущим в сей обители в награду,
   Чтоб дщери божий о мне молились там,
   Чрез них да обрету прощение грехам.
   Когда ж на смерть меня мое осудит дело,
   Казня меня, сокрой, сокрой мое здесь тело,
   Чтоб я очиститься святым сим местом мог,
   Дабы грехи мои скоряй простил мне Бог.
  
                              Мирози
                       (подняв его)
  
   Востань! мне жалостно такое завещанье!
   Но верь, что всё твое исполнится желанье.
   О! если б ты, мой сын, не посрамил себя,
   Я мог бы положить живот мой за тебя!
   Когда б, как в мире все, ты жизни сей лишился,
   Я б меньше мучился и меньше бы крушился;
   А то, к погибели и к горести моей,
   Минется жизнь твоя, и честь минется с ней;
   Себя ты смертию позорной обесславишь,
   А мне при старости печаль и стыд оставишь.
   От многих мне детей остался ты един
   И был достойный мне наследовати сын;
   Тобой я уповал наш славный род восставить
   И сына верного отечеству представить.
  
                              Коранс
  
   Что ж делать! уж того нельзя переменить,
   И поздно о моем несчастии тужить.
   Позволь, пока еще твой сын живет на свете,
   Пред божиим судом дабы не быть в ответе,
   Да буду на земли развязан для небес,
   Я покаяние святым местам принес.
   Позволь грядущему к позорной смерти сыну
   Пред сим монастырем в мольбе пребыть едину;
   Чтоб скрылся я, о том сомненья не имей;
   Я смерти не бегу, бегу умреть скорей.
  
                              Мирози
  
   О! как меня своим отчаяньем ты мучишь!
   Останься; может быть, ты здравый ум получишь
   И, покаянием своим нашед Творца,
   Познаешь, должен ли таиться сын отца.
   Вы, стражи, от него на время отступите,
   Потом его на суд к народу приведите.
  
                       Все выходят.
  
   О Боже мой! могу ль такой удар снести!
   Поди в объятие, в последний раз прости!
   Прости - и не слыви моим ты сыном боле!
                         (Уходит.)
  
                              Коранс
  
   Прости, родитель мой! не мучь ты сына доле.
    
                          ЯВЛЕНИЕ ТРЕТИЕ
  
                              Коранс
                               (один)
  
   Питая лютостью свою жестоку грудь,
   Несчастного отца несчастный сын забудь;
   Не слушай в варварстве родительского стону;
   Противен Богу будь, народу и закону!
   На смерть позорную готовь себя, готовь!
   За что же гибнешь ты? за слабую любовь!
   Для ней ты честь свою и славу днесь теряешь,
   Для ней отца крушишь, для ней ты умираешь;
   А страсти лютой сей не ведает никто;
   Всяк мнит, что я злодей и что умру за то.
   Отечество врагом тебя решится числить,
   И для кого умрешь, та будет то же мыслить.
   Ах! не бесчесть себя, поди и объяви,
   Что произвольно ты жизнь кончишь от любви!
   Изобрази свое несчастие народу;
   Он сжалится и даст тебе и ей свободу.
   Священный чин, меня зря в горести такой,
   Святую сложит цепь с нее святой рукой;
   И только к небесам достигнет их моленье,
   Простит Господь сие нам наше преступленье.
   Но сердце от того утешится ль мое?
   Мне сердца не дадут, дав руку мне ее;
   Она, лишась меня, нимало не жалеет
   И прежния любви ни искры не имеет,
   Повсюду моего присутствия бежит.
   Умреть тебе, Коранс, конечно, надлежит!
   Народ мной раздражен, ожесточен родитель,
   Несклонна та ко мне, чей друг был, чей любитель.
   Кончайся, жизнь моя! несносен всем я стал!
   Отца, любовницу и друга потерял.
   Я должен сам себя и жизнь возненавидеть;
   Хочу лишь при конце любезную увидеть.
   Где? где ее сыщу? увы! она нейдет.
   Иль в крайности меня покинул целый свет?
   Весь свет мерзит моей соделанной виною,
   Колеблется земля и стонет подо мною;
   Разжегся гнев небес пороков от огня,
   Сверкают молнии и блещут на меня!
   Стремится страшный гром во ад мой дух низвергнуть!
   Куда я обращусь? к чему теперь прибегнуть?
   О праведны места! я прибегаю к вам,
   Спасите вы меня и дайте свет очам!
   Не смерти я боюсь, не молний дух страшится,
   С любезною хочу, кончая жизнь, проститься.
    
                          ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
  
                           Занета и Коранс
  
                              Занета
  
   Еще ль тебя любовь земная не страшит?
   Уж небо против ней сверкает и гремит.
   Что делаешь ты здесь? Беги святого места!
   Бог гонит прочь тебя и прежняя невеста;
   Беги громовых стрел, беги, спасай себя!
  
                              Коранс
  
   Уж я и так бегу, Занета, от тебя;
   Не думай, чтоб хотел от молний укрываться,
   Я рад Всевышнего оружием скончаться.
   Услышишь скоро ты пред здешним олтарем,
   Как станут вспоминать о имени моем;
   И как уж мертвого меня тебе вспомянут,
   Сильняе в сих местах, сильняе громы грянут!
   Блестящи молнии тебя повергнут в страх,
   В слезах увидишь ты у ног своих мой прах;
   Моя стеняща тень не даст тебе покою
   И станет следовать повсюду за тобою,
   И будет вспоминать сия ужасна тень
   И место нашея любви, и первый день;
   За клятвы ложные ты месть от ней получишь!
  
                              Занета
  
   Престань! за что меня такой угрозой мучишь?
   И так уж к небесам дорогу я гублю
   За то, что я слаба, за то, что я люблю.
   Люблю! Кто дерзко так сказать в сем сане смеет?
   Почто отважный мой язык не цепенеет!
   Почто порочная не каменеет грудь...
   Поди! не мучь меня и к слабости не нудь.
  
                              Коранс
  
   Ты ясно говоришь, что я тобой обманут.
   Любовники от глаз друг друга гнать не станут.
   Пойду и злость твою вселенной докажу;
   Умру и смертью сей тебя я накажу!
  
                              Занета
  
   Как можешь ты питать толь зверское желанье!
   За что готовишь мне такое наказанье?
   Проснись! любви твоей велика слепота;
   Занета, как была, поднесь к тебе вся та.
   Что чувствует Коранс, то чувствую подобно;
   Страдание мое с моим терпеньем сходно;
   Я так же мучуся и так же я люблю,
   Но больше, может быть, креплюся и терплю.
   Едина страсть с тобой, и мысль моя едина,
   Но твердости моей мой сан и долг причина.
   Ты так же, как и я, жар сердца потуши,
   Рассудком слабости преодолей души;
   Соблазнам в мысль свою не открывай ты следу,
   Терпеньем одержи над сердцем ты победу;
   Возьми меня в пример и мне примером будь:
   Я скрылась от тебя, и ты меня забудь;
   Решишься ли на то?..
  
                              Коранс
  
                                        Не требуй в том ответу,
   Тот слаб в своей любви, кто любит по совету!
  
                              Занета
  
   Того желает Бог, того желаю я,
   И требует того и честь, и жизнь твоя.
  
                              Коранс
  
   Нет в жизни никакой опричь любви мне лести,
   И нет иныя в ней, как слыть твоим, мне чести.
  
                              Занета
  
   Живи ты для себя, для света, для отца.
  
                              Коранс
  
   Не для других любовь вселяется в сердца.
   Законы отдавать велят заслуги роду,
   Полезное себе, народное народу;
   Однако долг от нас свободы не берет;
   Что сродно нам, им то на волю отдает.
   И ты отколе те изобрела уставы,
   Что хочешь у любви отнять законны правы?
  
                              Занета
  
   Из должности моей, из сердца моего.
  
                              Коранс
  
   От сердца хладного, от зверства своего!
  
                              Занета
  
   Судите, небеса, обоих нас, судите,
   Кто прав из нас, кто нрав, то сами докажите;
   Подайте способ мне уверити его,
   Бессильна я в своих речах против него;
   Меня вы перед ним невинну оправдайте.
   А если я винна, пред ним и покарайте.
  
                              Коранс
  
   Преступник завсегда к свидетельствам спешит
   И тщетной клятвою себя оправить мнит.
   На что душа твоя так много лицемерит?
   Кто был обманут кем, тому вперед не верит.
   Сколь крат ты небеса в свидетели брала?
   Какими клятвами себя ты закляла,
   Что в верности ко мне по смерть не пременишься?
   Переменилось всё, почто ж еще божишься!
  
                              Занета
  
   Когда бы в сем была обмане я грешна,
   Давно б мне райска дверь была отворена,
   Когда б пред Богом я порок сей учинила,
   В минуту бы потом прощенье умолила.
   Но ах! есть более пороки, есть за мной;
   Я, ближась к святости, теряю путь святой.
   Тревожится мое душевное терпенье,
   Мне скучно кажется мое уединенье.
   Подумаю, что я действительно грешу,
   Паду пред олтарем, не знав, чего прошу;
   Всё мучит, всё томит, печалит всё Занету!
   Смятенью своему не знаю дать ответу.
   Отдамся сну, мой дух спокоить хоть на час,
   Услышу вдруг во сне меня зовущий глас.
   Проснусь, и чаю быть геенску искушенью,
   Прибегну в трепете к усердному моленью;
   Простершись пред олтарь, я слезы лить начну;
   Олтарь затмится вдруг, отважно лишь взгляну;
   На лики божии взираю беспристрастно,
   Что в чем-нибудь грешна, сие мне кажет ясно.
   Когда затворен был к молению мне путь?
   Когда на небеса робела я взглянуть?
   Душа моя чиста, сие я знаю точно,
   Знать, впала в тяжкий грех я сердцем не нарочно?
   Страшуся за него я душу погубить.
  
                              Коранс
  
   Чего боишься ты, оставя мир?
  
                              Занета
  
                                                      Любить!
  
                              Коранс
  
   Кто что преодолел, того ли тот страшится?
  
                              Занета
  
   Не мни, чтоб больше я хотела изъясниться.
   Прости меня, Творец! мой грех уже велик,
   Что тот же о любви дерзнул вещать язык,
   Который истребить все слабости клянется,
   Которым похвала блаженству воздается.
   Беги, Коранс, беги! оставь меня одну!
   Дай мне потоком слез омыть мою вину.
   Ах! что теперь начать? пойду; но где восплачу:
   Везде мой грех со мной, повсюду Бога трачу!
  
                              Коранс
  
   Не сею тратишь ты его, не сей виной,
   Меня ты погубя, его теряешь мной.
   Противен Господу священных клятв рушитель.
  
                              Занета
  
   Дух слабый подкрепи, мой Бог и защититель!
   Прости! иду тебя забыть иль умереть!
  
                              Коранс
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 212 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа