Главная » Книги

Гриневская Изабелла Аркадьевна - Баб, Страница 22

Гриневская Изабелла Аркадьевна - Баб


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

align="justify">                       Багкир.
  
             Что он святой, я думал сам,
             Но мы тут видели: не верует он в Бога.
             Еще немного -
             С лица земли навек исчезнет наш Ислам.
             Пред всем собраньем
             Не постыдился он над всеми вознестись!
             Из уст его лились
             Слова позорные. Их повторять не станем.
             Он издевался над Кораном.
             Чтобы народ извлечь из тьмы,
             На смерть его все осудили мы.

(Народ некоторое время слушает со смущением, но при последней фразе слышны слабые крики сочувствия к осужденному и слабый ропот).

  
                       Мухамед Салиха.
  
             Меня послушайте, о братья!
             Я муджтахид
             Мухамед Салиха... Проклятье!
             Не вынес я обид -
             И я в тюрьме... Но все ж я муджтахид.
             Когда заря с лазури взглянет
             На Божий мир, меня... не станет...
             Не может лгать язык
             В такой великий миг!
             Он осужден, друзья, противно шариату.
             Муджтахид говорит вам то. Закон
             Я знаю лучше всех. И будет он казнен
             Вне правды! Он святой!
             Вот здесь он догмат веры
             Ислама произнес. Казнить его нельзя
             За изуверство, нет... То могут изуверы
             Лишь учинить, друзья!
             Подобные бывали уж примеры!
                   (С сдержанными слезами).
             Оплакивать его придется вам века.
             Но если потечет из ваших глаз река
             Горчайших слез - она не смоет
             Тяжелого греха... Его и тьма не скроет
             От зорких глаз людских...
  
                       Багкир.
  
             Он лжец, он душегуб,
             Он самозванец.
  
                       1-й.
  
             Нет! Нет, он меджуб...
  
                       2-й.
  
             Святой!
  
                       Слепой старик.
  
             Небес посланец!..
  
                       4-й.
  
             Сеид он, он сеид,
             Потомок Магомета...
  
                       5-й.
  
             О, стыд...
  
                       2-й.
  
             За нас молился он перед Каабой!
  
                       6-й.
  
             Так он хаджи, хаджи! Его освободить!..
  
                       5-й.
  
             Как дети все мы слабы.
             Что делать нам?
  
                       Музафер.
  
             Его освободить!
             Родить
             Не может нам земля другого Баба...
                   (Показывая на Багкира).
             Не может быть без праведных Кааба!
             Освободить его, освободить...
  
                       Другой.
  
             Да, да, довольно им
             Над нами издеваться!

(Окружают Баба. Стража хочет их оттолкнуть, но толпа отстраняет ее и громко кричит).

  
                       Музафер.
  
             Готовы с жизнью мы расстаться.
             Его мы защитим!
  
                       Багкир.
  
             Его мы смерти предадим.
  
                       Агка (решительно).
  
             Его освободим!
             Из города он в город был гоним
             За то, что речь его была, как манна неба
             Для голодающих, для ждущих корку хлеба!
             И вот свершили суд над ним.
             То не был суд людской, то суд зверей, суд страха!
             Воздвигнется для праведника плаха...
             Как убегает мгла от солнечных лучей,
             Так прочь бежит порок от праведных очей.
             Из чистых жил Али струи прольются крови!
             Красноречивей слов та кровь заговорит,
             Тьму мстителей она мгновенно зародит,
             Борьба начнется снова...
  
                       Музафер.
  
             Нет, не свершится суд над ним!
             Его казнить мы не дадим!
             Пускай его берут! На камне камень
             Здесь не останется один!
             Мы дом тут подожжем, и адский пламень
             Здесь все пожрет сейчас! Слуга и господин
             Истлеют равно здесь... Мы именем Аллаха
             Все разотрем тут в прах, всех, всех, скорей, чем плаха
             Их примет головы!
  
                       Народ.
  
             Аллах! Аллах! Али!..

(С криком окружают обвиняемых и стараются оттеснить их к выходу. Совет и начальство - бледные молчат).

  
                       Сеид Ахмед.
  
             Спасите нас.
  
                       Народ.
  
             Спасти мы вас пришли!
  
                       Баб.

(Слушавший Мухамед Салиха в волнении, еле сдержав свои чувства, дрожа от ужаса и жалости, говорит сначала громовым голосом, а затем речь его становится тихой и проникновенной).

  
             Что говорили тут... Так говорить не надо!
             Чью кровь прольете вы! Кровь братьев и отцов!
             Не говорите так, не надо этих слов!
             Вы овцы, овцы все заблудшегося стада...
             Ах, все вы, все вы здесь, и те, что за оградой,
             Вы люди жалкие, жалейте же людей!
             Вы люди жалкие: и добрый, и злодей,
             Вы овцы, овцы все заблудшегося стада...
             Где мщение, туда и не войдет отрада,
             Где мщение, туда добро и не войдет,
             Где мщенье явится, настанет мрака гнет.
             Ах, овцы, овцы вы заблудшегося стада!
  
                       Музафер.
  
             Не отдадим на смерть тебя!
             Ты наш святой. Ты наш. Пусть будет смерть тиранам!
  
                       Старик.
  
             Тиранам смерть, что над Кораном
             Насилие творят, святых своих губя!
             Пред злодеянием пусть содрогнутся страны!
  
                       Музафер.
  
             Да, смерть тиранам!
  
                       Баб.

(Громко и повелительно. Далее речь его стихает. Временами останавливает свой взор на Мохамеде Салиха).

  
             Но все мы, все тираны.
             Ничтожнейший из нас
             Над жертвою своей глумится каждый час...
             Что лучше мы, вы мните?
             В сердца свои, в сердца взгляните!
             В них справедливость ли живет?
             Ко всем ли мы добры и равно справедливы?
             Ах, тайники души, сердец извивы
             Хранят не розы лишь... О, часто в них гниет
             Неправда черная. Сердца у всех нас зыбки -
             Сегодня мы добры, а завтра дышим злом...
             И кто из нас, людей, не омрачал улыбки
             Нам близких. За добро мы платим не добром,
             Мы злобой дышим...
             Несчастных не всегда мы стоны, вопли слышим,
             И мало ль топчем мы нам преданных сердец!
             И как ленивый жнец
             Колосья лучшие на ниве покидает,
             Так покидаем их. Для каждого из нас
             Наверно кто-нибудь страдает.
             Родятся люди каждый час,
             И каждый час тиранов зарождает
             На тронах, в хижинах, в лачугах и в дворцах.
             И если захотим мы с мщением в сердцах
             Тиранов всех низринуть,
             Придется без конца потоки крови лить.
             Пока останется один, что меч покинет.
             Но не захочет жить тот человек. Остынет
             В нем жажда жизни... Острый меч
             С тоскою схватит вновь он в трепетные руки,
             Чтоб жизнь свою навек пресечь
             За горести, обиды, муки,
             Что сеял он кругом. Нет, мщения не надо...
             Мне жалко вас, овец заблудшегося стада.
  
                       В народе (движение).
  
             Ты двери истины! Ты Баб...
  
                       Баб.
  
             Господень жалкий я, ничтожный, жалкий раб.
             Не свету служите, а тьме - мечом и злобой:
             С рожденья своего до гроба
             Стремитесь к свету вы,
             Не поднимая головы
             От грязи низменной, не отвращая взора
             От помыслов земных, когда с простора
             Небесного потоки солнце льет!..
             Страданья гнет
             Мечем не уничтожим,
             Мы им несчастия умножим!
             Недуги грозные и времени полет,
             Что ясный взор мутит и сушит наши груди,
             Нам их не отвратить ударами меча...
             А смерть, что косит всех с плеча,
             Останется всегда... Вот вам оружье, люди,
             И будет с ним легка житейская борьба:
             Желанье, слезы и мольба...
             Желание - оно божественная сила.
             Желанием одним мир создал наш Творец...
             Желайте горячо до самой вы могилы...
             Все сбудется, друзья, все станет наконец.
             Желайте - встанут горы,
             Желайте - стены упадут,
             Раскроются затворы,
             И с неба ангелы сойдут.
             Мольба поможет жить, она вам даст надежду,
             Страданья усмирить, раскроет ваши вежды
             Для лицезрения иных, иных миров,
             А слезы робкие без слов
             Растопят горы бед; все унесут печали
             Потоки слез.
             И там, где плакали, где горько вы страдали,
             Там ясный мир взойдет прекрасных чистых грез...
             Ах, бросьте же мечи... Мечи раздора спрячьте,
             И так, плечо в плечо
             Желайте горячо,
             И плачьте, плачьте!
             (Все падают на колени).
             Был суд несправедлив,
             Что осудил всех нас. О, братья,
             Наш дух смирив,
             Пойдем с улыбкою мы к смерти, к ней в объятья!
             Из тучи молния нас всех сразить могла...
             Ничья рука тогда б не поднялась для мщенья,
             И суд, неправый суд - то Божия стрела.
             Приму ее в смиреньи...
  
        &nb

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 121 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа