Главная » Книги

Федоров Николай Федорович - Я и "не-я" с точки зрения философской и человеческой

Федоров Николай Федорович - Я и "не-я" с точки зрения философской и человеческой



Н. Федоров

"Я" и "не-я" с точки зрения философской и человеческой

  
   Вместе, нераздельно с чувством, с признанием своего "Я", сыновнего "Я", дается и "другое" или "другие", не чуждые, а родные ему "я" - отеческие. Только со смертью "родных я" начинает нами сознаваться существование неродного, чуждого, враждебного "Не-я", как силы отрицательной, смертоносной. Наоборот, отшедшие "родные я" чувствуются неизбежно, необходимо как причина, как предшествующее нам "великое родное Я", но уже не одинокое, как мое личное "Я", если я отделил бы себя от них, а соединенное с другими, такими же великими "Я", над коими "Не-Я" не имеет силы. Это - бессмертная троица, потому что сын и дочь здесь не отделяются от отца, остаются присно-сынами и присно-дщерями, словом и духом.
   Суждения и Шеллинга, и его противника Якоби суть суждения блудных сынов, отделившихся от отцов; они не знают разницы между "другими", "родными Я" и чужими "Не-Я", воплощениями слепой, смертоносной силы, потому что для них вне себя все есть "Не-Я", то есть все стало чужим и нет уже ничего родного. Это - философия не сынов, а граждан, стоящих на страже друг против друга, на военном, а не на братском положении находящихся.
   Нужно именно вторично родиться, нужно пожить, но не перерасти, не пережить состояние чистой детственности, чтобы понять глубокое различие "Другого, то есть родного "Я", от "чуждого Не-Я", чтобы стать истинным поклонником Пресвятой Троицы. "Другое Я", если оно приемлется как родное нам, не ограничивает, а расширяет наше бытие, тогда как "Не-я" полагает границы нашему "я", стесняет и вытесняет его, "Я" (личное), соединенное любовью с "другими, своими я", составляет царство жизни, союз сынов человеческих; "Я", обособившееся от "своих" (других, но родных), отчуждившееся и противопоставленные ему, чуждые ему и друг другу "Не-Я" - это область смерти. Она-то теперь и господствует.
   Только исполнение заповеди "будьте как дети!" и может создать учение, в котором мысль и чувство взаимно неотделимы. Наоборот, неисполнение этой заповеди привело, как наказание, к такому состоянию, о коем говорит Толстой: "мне казалось, что, помимо меня, никого и ничего нет". "Я" философской терминологии есть лишь замена "сына умерших отцов", то есть замена родственности и смертности: первой - словами "человек и человечность", а второй - отвлеченными и неопределенными понятиями "конечный, ограниченный, временный и т. п.". Этим подменом, этим подлогом вымышленного на место действительного и создается разрыв между философией чистого мышления и философией чувства и между философией и религией, несущий гибель для обеих сторон, но гибель неизбежную при забвении заповеди: "что Бог сочетал, того человек да не разлучит!"
  
  

Другие авторы
  • Успенский Николай Васильевич
  • Чеботаревская Александра Николаевна
  • Кизеветтер Александр Александрович
  • Хавкина Любовь Борисовна
  • Попов Александр Николаевич
  • Курсинский Александр Антонович
  • Энгельгардт Николай Александрович
  • Чюмина Ольга Николаевна
  • Долгоруков Иван Михайлович
  • Поплавский Борис Юлианович
  • Другие произведения
  • Черный Саша - Кому в эмиграции жить хорошо
  • Черткова Анна Константиновна - А. К. Черткова: упоминания в воспоминаниях современников
  • Розанов Василий Васильевич - Новые кандидаты от к.-д. в Госуд. Думу
  • Семенов Леонид Дмитриевич - Листки
  • Алымов Сергей Яковлевич - Стихотворения
  • Свенцицкий Валентин Павлович - Сказка для детей старшего возраста
  • Плавт - Псевдол
  • Зозуля Ефим Давидович - Парикмахерша
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Статьи и рецензии (1843-1845)
  • Горький Максим - Дело Артамоновых
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (10.11.2012)
    Просмотров: 181 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа