Главная » Книги

Бальмонт Константин Дмитриевич - Перси Биши Шелли. Освобожденный Прометей, Страница 11

Бальмонт Константин Дмитриевич - Перси Биши Шелли. Освобожденный Прометей


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

gn="justify">  
   Пока твоя стыдливая сестра,
  
  
   Ведущая непостоянный месяц -
  
  
   Холодную луну, - не взглянет с лаской
  
  
   На более горячее светило,
  
  
   И сердце у нее, как снег, растает,
  
  
   Чтоб в свете вешних дней тебя любить.
  
  
  
  
  Дух Земли
  
  
   Не так ли, как ты любишь Прометея?
  
  
  
  
   Азия
  
  
   Молчи, проказник. Что ты понимаешь?
  
  
   Ты думаешь, взирая друг на друга,
  
  
   Вы можете самих себя умножить,
  
  
   Огнями напоить подлунный воздух?
  
  
  
  
  Дух Земли
  
  
   Нет, мать моя, пока моя сестра
  
  
   Светильник свой на небе оправляет,
  
  
   Идти впотьмах мне трудно.
  
  
  
  
   Азия
  
  
  
  
  
  
  Тсс! Гляди!
  
  
  
   (Дух Часа входит.)
  
  
  
  
  Прометей
  
  
   Мы чувствуем, чт_о_ видел ты, и слышим,
  
  
   Но все же говори.
  
  
  
  
  Дух Часа
  
  
  
  
  
  Как только звук,
  
  
   Обнявший громом землю с небесами,
  
  
   Умолк, - свершилась в мире перемена.
  
  
   Свет солнца вездесущий, тонкий воздух
  
  
   Таинственно везде преобразились,
  
  
   Как будто в них растаял дух любви
  
  
   И слил их с миром в сладостном объятье.
  
  
   Острее стало зрение мое,
  
  
   Я мог взглянуть в святилища вселенной;
  
  
   Отдавшись вихрю, вниз поплыл я быстро,
  
  
   Ленивыми крылами развевая
  
  
   Прозрачный воздух; кони отыскали
  
  
   На солнце место, где они родились,
  
  
   И там отныне будут жить, питаясь
  
  
   Цветками из растущего огня.
  
  
   Там встану я с своею колесницей,
  
  
   Похожей на луну, увижу в храме
  
  
   Пленительные Фидиевы тени -
  
  
   Тебя, себя, и Азию с Землей,
  
  
   И вас, о нимфы нежные, - глядящих
  
  
   На ту любовь, что в наших душах блещет;
  
  
   Тот храм воскреснет в память перемен,
  
  
   Вздымаясь на двенадцати колоннах,
  
  
   Глядя открыто в зеркало небес
  
  
   Немым собором, с фресками-цветами;
  
  
   И змеи-амфисбены...
  
  
  
  
  
  Но увы!
  
  
   Увлекшись, ничего не говорю я
  
  
   О том, что вы хотели бы узнать.
  
  
   Как я сказал, я плыл к земле, и было
  
  
   До боли сладко двигаться и жить.
  
  
   Скитаясь по жилищам человека,
  
  
   Я был разочарован, не увидев
  
  
   Таких же полновластных перемен,
  
  
   Какие ощутил я в мире внешнем.
  
  
   Но это продолжалось только миг.
  
  
   Увидел я, что больше нет насилий,
  
  
   Тиранов нет, и нет их тронов больше,
  
  
   Как духи, люди были меж собой,
  
  
   Свободные; презрение, и ужас,
  
  
   И ненависть, и самоуниженье
  
  
   Во взорах человеческих погасли,
  
  
   Где прежде в страшный приговор сплетались,
  
  
   Как надпись на стене у входа в ад:
  
  
   "Кто в эту дверь вошел, оставь надежду!"
  
  
   Никто не трепетал, никто не хмурил
  
  
   Очей угрюмых; с острым чувством страха
  
  
   Никто не должен был смотреть другому
  
  
   В холодные глаза и быть игрушкой
  
  
   В руках тиранов, гонящих раба
  
  
   Безжалостно, покуда не падет он,
  
  
   Как загнанная лошадь; я не видел,
  
  
   Чтоб кто-нибудь с усмешкой спутал правду,
  
  
   Храня в своей душе отраву лжи;
  
  
   Никто огня любви, огня надежды
  
  
   В своем остывшем сердце не топтал,
  
  
   Чтобы потом, с изношенной душою,
  
  
   Среди людей влачиться, как вампир,
  
  
   Внося во все своей души заразу:
  
  
   Никто не говорил холодным, общим,
  
  
   Лишенным содержанья языком,
  
  
   Твердящим нет на голос утвержденья,
  
  
   Звучащий в сердце; женщины глядели
  
  
   Открыто, кротко, с нежной красотою,
  
  
   Как небо, всех ласкающее светом, -
  
  
   Свободные от всех обычных зол,
  
  
   Изящные блистательные тени,
  
  
   Они легко скользили по земле,
  
  
   Беседуя о мудрости, что прежде
  
  
   Им даже и не снилась, - видя чувства,
  
  
   Которых раньше так они боялись, -
  
  
   Сливаясь с тем, на что дерзнуть не смели,
  
  
   И землю обращая в небеса;
  
  
   Исчезли ревность, зависть, вероломство
  
  
   И ложный стыд, торчащий из всего,
  
  
   Что портило восторг любви - забвенье.
  
  
   Суды и тюрьмы, все, что было в них,
  
  
   Все, что их спертым воздухом дышало,
  
  
   Орудья пыток, цепи, и мечи,
  
  
   И скипетры, и троны, и тиары,
  
  
   Тома холодных, жестких размышлений,
  
  
   Как варварские глыбы, громоздились,
  
  
   Как тень того, чего уж больше нет, -
  
  
   Чудовищные образы, что смотрят
  
  
   С бессмертных обелисков, поднимаясь
  
  
   Над пышными гробницами, дворцами
  
  
   Тех, кто завоевал их, - ряд эмблем,
  
  
   Намек на то, что прежде было страхом, -
  
  
   Видения, противные - и богу,
  
  
   И сердцу человека; в разных формах
  
  
   Они служили диким воплощеньем
  
  
   Юпитера, - мучителя миров, -
  
  
   Народности, окованные страхом,
  
  
   Склонялись перед ними, как рабы,
  
  
   С разбитым сердцем, с горькими слезами,
  
  
   С мольбою, оскверненной грязью лести -
  
  
   Тому, к кому они питали страх;
  
  
   Теперь во прахе идолы; распались:
  
  
   Разорван тот раскрашенный покров,
  
  
   Что в дни былые жизнью назывался
  
  
   И был изображением небрежным
  
  
   Людских закоренелых заблуждений;
  
  
   Упала маска гнусная; отныне
  
  
   Повсюду будет вольным человек,
  
  
   Брат будет равен брату, все преграды
  
  
   Исчезли меж людьми; племен, народов,
  
  
   Сословий больше нет; в одно все слились,
  
  
   И каждый полновластен над собой;
  
  
   Настала мудрость, кротость, справедливость;
  
  
   Душа людская страсти не забудет,
  
  
   Но в ней не будет мрака преступленья,
  
  
   И только смерть, изменчивость и случай
  
  
   Останутся последнею границей,
  
  
   Последним слабым гнетом над движеньем
  
  
   Души людской, летящей в небеса, -
  
  
   Туда, где высший лик звезды блистает
  
  
   В пределах напряженной пустоты.
  
  
  
   ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ Сцена. - Часть леса вблизи пещеры Прометея. - Пантея и Иона спят; в течение
  
   первой песни они постепенно пробуждаются.
  
  
  
  Голос незримых духов
  
  
  
   Звезды, бледнея, ушли,
  
  
  
   Свет их потух;
  
  
  
   Солнце вдали,
  
  
  
  Их быстрый пастух,
  
  
  
  В выси голубой
  
  
  
   Блеском своим
  
  
  
   Гонит стада их домой, -
  
  
  
  Встает в глубине рассвета,
  
  
  
  Метеоры гаснут за ним
  
  
  
  В волнах голубого света,
  
  
   И близкие звезды к далекой звезде
  
  
   Спешат, отдаваясь предутренним играм,
  
  
  
   Толпятся, как лани пред тигром.
  
  
  
   Но где же вы? Где?
   Длинный ряд темных форм и теней смутно проходит с пением.
  
  
   Идем мы к забвенью,
  
  
   Несем к погребенью
  
  
   Отца отошедших годов;
  
  
   Уносим мы в вечность
  
  
   Времен бесконечность,
  
  
   Мы тени погибших Часов!
  
  
   Не зеленью тиса,
  
  
   Не сном кипариса,
  
  
   А мрачностью мертвых цветов, -
  
  
   Не светлой росою, -
  
  
   Почтите слезою
  
  
   Царя отошедших Часов!
  
  
   Скорее, скорее!
  
  
   Как тени, бледнея,
  
  
   Бегут пред сиянием дня,
  
  
   Небесной пустыней,
  
  
   Бездонной и синей,
  
  
   Развеются в брызгах огня, -
  
  
   Так пеной мы таем,
  
  
   Бежим, пропадаем
  
  
   Пред чадами лучшего дня;
  
  
   И ветры за нами
  
  
   Чуть плещут крылами,
  
  
   Чуть плещут, крылами звеня!
  
  
  
  
   Иона
  
  
   Кто там шествует толпой?
  
  
  
  
  Пантея
  
  
   То минувшие Часы
  
  
   Мчатся длинною тропой
  
  
   В свете гаснущей росы.
  
  
  
  
   Иона
  
  
   Где же все они?
  
  
  
  
  Пантея
  
  
  
  
   Ушли.
  
  
   Вон уж там, вдали, вдали,
  
  
   Обогнали молний свет, -
  
  
   Лишь сказали мы, их нет.
  
  
  
  
   Иона
  
  Ушли, но куда? К Небесам? Или к морю огромному?
  
  
  
  
  Пантея
  
  Ушли навсегда к невозвратному, к мертвому, к темному.
  
  
  
  Голос незримых духов
  
  
   Сбираются тучи и тают,
  
  
   И звездные росы блистают,
  
  
  
  Редеет туман,
  
  
  
  Высоты безмолвны,
  
  
  
   Встал Океан,
  
  
  
  Пляшут шумящие волны;
  
  
  
   В синей воде
  
  
  
  Рождается грохот,
  
  
  
  Панический хохот.
  
  
  
  Но где же вы? Где?
  
  
   Бессмертные сосны-громады
  
  
   Поют вековые баллады;
  
  
  
  Их голос могуч,
  
  
  
  Звенят их вершины;
  
  
  
   Плещется ключ,
  
  
  
  Музыке внемлют долины,
  
  
  
   Радость везде,
  
  
   В восторге истомы
  
  
   Рождаются громы.
  
  
   Но где же вы? Где?
  
  
  
  
   Иона
  
  
   Кто они?
  
  
  
  
  Пантея
  
  
   Где они?
  
  
  
   Полухор Часов
  
  
   Заклятия духов Земли и Лазури
  
  
   Порвали узорное кружево сна;
  
  
   Мы спали глубоко в дыхании бури.
  
  
  
  
  Голос
  
  
   Глубоко?
  
  
  
   Полухор второй
  
  
  
   Глубоко: где спит глубина.
  
  
  
   Полухор первый
  
  
   Над нами во мраке склонялись виденья,
  
  
   Бежали столетья, враждою полны,
  
  
   И мы открывали глаза на мгновенье,
  
  
   Чтоб встретиться с правдой -
  
  
  
   Полухор второй
  
  
  
  
  
  
  Страшнее, чем сны.
  
  
  
   Полухор первый
  
  
   Любовь позвала нас, и мы задрожали.
  
  
   Внимали мы лютне Надежды во сне,
  
  
   И, веянье Власти услышав, бежали -
  
  
  
   Полухор второй
  
  
   Как утром волна убегает к волне.
  
  
  
  
   Хор
  
  
   Носитесь, кружитесь по склонам зефира,
  
  
   Пронзайте напевом немой небосвод,
  
  
   Чтоб день торопливый не скрылся из мира
  
  
   В пещере полночной, за дымкою вод.
  
  
   Когда-то Часы беспощадной толпою,
  
  
   Голодные, гнали испуганный день;
  
  
   Теперь он не будет долиной, ночною
  
  
   Бежать, как бежит полумертвый олень.
  
  
   Сплетем же, сплетем полнотою певучей
  
  
   И песни и пляски в живое звено,
  
  
   Чтоб духи блаженства, как радуга с тучей,
  
  
   С Часами сливались.
  
  
  
  
  Голос
  
  
  
  
  
  Сливались в одно.
  
  
  
  
  Пантея
  
  
  
  
  
  
  
   Толпятся Духи разума людского,
  
  
   Закутаны, как в светлую одежду,
  
  
   В гармонию напевов неземных!
  
  
  
  
  Хор Духов
  
  
  
  В восторге своем
  
  
  
  Мы пляшем, поем,
  
  
  
  И дикие вихри свистят;
  
  
  
  Так с птичьей толпой
  
  
  
  Над бездной морской
  
  
  
  Летучие рыбы летят.
  
  
  
  
  Хор Часов
  
  
   Откуда вы мчитесь? Безумен ваш взгляд!
  
  
   На ваших сандалиях искры горят,
  
  
   Стремительны крылья, как мысли полет,
  
  
   Во взорах любовь никогда не умрет!
  
  
  
  
  Хор Духов
  
  
  
  Из людского ума,
  
  
  
  Где сгущалася тьма,
  
  
   Где была слепота без просвета;
  
  
  
  Там растаял туман,
  
  
  
  Там теперь океан,
  
  
   Небеса безграничного света.
  
  
  
  Из глубоких пучин,
  
  
  
  Где лишь свет - властелин,
  
  
   Где дворцы и пещеры - хрустальны,
  
  
  
  Где с воздушных высот
  
  
  
  Вьется Дум хоровод,
  
  
   Где Часы навсегда беспечальны.
  
  
  
  Из немых уголков,
  
  
  
  Где в прозрачный альков
  
  
   Никогда не заглянут измены;
  
  
  
  Из лазурной тиши,
  
  
  
  Где улыбки Души
  
  
   Зачаруют, как песня сирены.
  
  
  
&

Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
Просмотров: 139 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа