Главная » Книги

Амфитеатров Александр Валентинович - Пять пьес, Страница 17

Амфитеатров Александр Валентинович - Пять пьес


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

е александровской эпохи. Это контора. Въ глубинѣ опрятный, щеголеватыя дворовыя службы и высокая литая рѣшетка - фигурный чугунъ - дремучаго, запущеннаго сада. Ворота въ садѣ растворены. Изъ-за деревъ видать причудливый куполъ какой-то увеселительной постройки и промшенную крышу старой бани. На площадки - много дворовыхъ и разнаго зван³я пришлыхъ людей, ожидающихъ выхода князя Радунскаго. Лаврент³й Ивановичъ, дворецк³й, стоить съ закинутыми за спину руками, въ гороховомъ длиннополомъ сюртукъ, на ступеняхъ подъѣзда. Михайло Давыдокъ, Левонъ, Максимъ. Голенищевъ и Брусокъ, связанные по локтямъ, окружены вооруженными охотниками въ чекменяхъ.
  

Антипъ медленно спускается съ крыльца конторы,- осмотрѣлся, пошелъ къ Лаврент³ю Ивановичу, поклонился.

  
   Лaвр. Ив. Богомолецъ?
   Антипъ. Отъ Кеива-града, сударь Лаврент³й Ивановичъ. Богъ милости прислалъ.
   Лавр. Иван. Что это? Никакъ Антипъ Ильичъ?
   Антипъ. Звали и Антипомъ.
   Лавр. Иван. Такъ.
   Максимъ. Изъ бѣговъ, значить?
   Антипъ. Изъ бѣговъ.
   Лавр. Иван. Муфтелю являлся?
   Антипъ. Онъ меня послалъ.
   Максимъ. Ну, стало быть, поздравляемъ васъ, Дѣдушка, пришедши. Будь здоровъ.
   Антипъ. И ты будь здоровъ. Максимомъ, что ли, звать-то?
   Максимъ. Максимомъ, дѣдушка. Въ конюхахъ я теперь приставленъ еси. A тогда былъ въ фалеторахъ.
   Антипъ. Помню голосокъ твой, Максимушко. Звонки.
   Лaвр. Иван. Долгонько бѣгалъ, Антипъ Ильичъ. Мы тебя давно въ покойникахъ поминали.
   Антипъ. Десять годовъ, любезный другъ.
   Лавр. Иван. Да, помню. Ты вѣдь бѣжалъ аккуратъ въ тотъ день, какъ помереть покойной княгинѣ.
   Максимъ. Ужъ былъ денекъ!
   Михайло. Одна бѣда не ходитъ, всѣ вмѣстѣ собрались.
   Лавр. Иван. Княгиня отдала Богу душу. Матюшку - доѣзжачаго въ петлѣ нашли, тебя нелегкая унесла въ бѣга.
   Максимъ. Ха-ха-ха... Гдѣ приказчикъ? Туда-сюда... искать приказчика... Анъ, отъ приказчика и слѣдъ простылъ...
   Антипъ. Съ того и ушелъ... Матюшку возжалѣлъ, племянника... Подъ сердце подкатило.
   Левонъ. Когда подкатить подъ сердце господскому человѣку, это хуже нѣтъ.
   Михайло. Единое супротивъ средств³е: въ бѣга.
   Максимъ. A мы, дѣдъ, и по сейчасъ Матюшку поминаемъ.
   Антипъ. На томъ спасибо, добрые люди.
   Лавр. Иван. И съ чего онъ тогда? былъ любимецъ князевъ, ни разу не сѣченъ, подарки имѣлъ.
   Левонъ. Бѣсъ попуталъ.
   Максимъ. Это такъ точно: бѣсъ y насъ въ Волкоярѣ горами качаетъ.
   Лавр. Иван. Княгиня-то передъ смертью тоже была какъ обаянная.
   Левонъ. Пила, сказываютъ, шибко... Вино полюбила.
   Антипъ. Загубленный человѣкъ.
   Лавр. Иван. Всегда такъ-то, когда не пара. Князю было въ ровняхъ высватать за себя принцессу гишпанскую, a онъ мелкопоместную дворянку взялъ.
   Максимъ. Ни то она по-французскому, ни то она по-нѣмецкому.
   Лавр. Иван. Грамотъ едва знала.
   Левонъ. Красота пройдетъ - мужъ глупую жену любить не станетъ...
   Максимъ. Тутъ еще бѣда приспѣла: князь сына желалъ, a княгиня дочь родила.
   Лавр. Иван. Вызверился - и, Боже мой! Страшно вспомнить...
   Левонъ. Съ глазъ долой прогналъ княгиню-то.
   Лавр. Иван. Такъ до самой кончины, въ садовомъ павильонѣ и жила...
   Михайло. Прямо сказать: заточилъ.
   Максимъ. Послѣднее время, бывало, стукнетъ она съ горя y себя въ павильонѣ - понимаете? и пошла, очумѣлая, по саду бродить.
   Левонъ. Въ самомъ развращенномъ видъ.
   Максимъ. Пѣсни визжитъ, точно дѣвка деревенская.
   Михайло. Сама не своя.
   Антипъ. Обиженная женщина.
   Лавр. Иван. Мы ужъ ее отъ князя всею дворнею укрывали, чтобы не довѣдался, какъ пьетъ.
   Антипъ. Хорошо сдѣлала, что померла.
   Лавр. Иван. (не разслыхалъ). Именно, что хорошо умерла: заказъ мужнинъ исполнила, сына родила и честно скончалась.
   Максимъ. Напрасно, дѣдъ, ушелъ: мы тогда на радостяхъ цѣлый мѣсяцъ пьяны были.
   Михайло. Хвались!
   Максимъ. A чего нѣтъ? Не вру, правду говорю.
   Михайло. Правда-то твоя не больно красивая. Помолчать бы. Вотъ что.
   Максимъ хохочѣтъ. Русск³е люди! Не кори: татариномъ обзову!
   Михайло. Что радость, что горе, - не разобрать y васъ въ Волкоярѣ. Все равно,- всѣ пьяные. И когда только вы, черти, протрезвитесь?
   Левонъ. Милый человѣкъ! Не надо... на што?.. Въ Волкоярѣ и пьяному-то совѣстно глядѣть на свѣтъ, a ежели человѣкъ тверѣзый... и-и-ихъ!
   Максимъ. Вонъ Матвѣй-покойникъ: въ ротъ не бралъ вина... ну, и повисъ на яблонькѣ!
   Антипъ. Цѣла ль яблонька-то?
   Лавр. Иван. Цѣла. На первыхъ порахъ, впопыхахъ, забыли срубить, a послѣ князь не велѣлъ.
   Левонъ. Ежели y насъ изъ-за каждаго удавленника дерева рубить, такъ это и сада не станетъ.
   Максимъ. Да-а... Попировали, попраздновали... Княгиня въ гробу, a по селу - люминац³я, пѣсни...
   Антипъ (ядовито). Ужъ очень князь, значить, сыну обрадовался?
   Лaвр. Какъ не обрадоваться? Сколько годовъ уповалъ.
   Левонъ. Всѣ такъ полагали: ау! изсохла смоковница, анъ, глядь, врешь: взяла, да плодъ принесла.
   Михайло. A Матвея, точно, жаль. Красота парень былъ твой Матвѣй, дѣдушка.
   Максимъ. Бова-королевичъ!
   Левонъ. На что ужъ княгиня-покойница не любила нашу орду, a Матюшу - ничего, отличала между всѣми.
   Лавр. Иван. Не нажить князю другого такого слуги.
  

Выходятъ изъ-за службъ: Муфтелъ - прямо идетъ къ Антипу - и Хлопоничъ - остановился, и бесѣдуетъ запанибрата съ Лаврент³емъ Ивановичемъ.

  
   Муфтель. Ты зачѣмъ же къ намъ пожаловалъ, дѣдъ? Наскучило на волѣ?
   Антипъ. На волѣ, сударь Карла Богданычъ, никому наскучить не можетъ. Но желательно успокоить свои кости въ родной землѣ.
   Муфтель. Въ землѣ? Ишь, какой прытк³й. Земля, дѣдъ, это - глядя по покойнику. Землю, дѣдъ, надо заслужить. Велитъ князь, попъ хоть медвѣдя отпоетъ съ церемон³ей. Не велитъ, и святому не дастъ погребен³я. Такъ и будешь валяться поверхъ земли, какъ падаль.
   Антипъ. Люди не приберутъ Богъ приберетъ. Это все какъ вамъ будетъ угодно.
   Муфтель. Не изъ робкихъ, однако. Князь тебѣ не страшенъ?
   Антипъ. Что мнѣ можетъ сдѣлать хотя бы и князь? Живу осьмой десятокъ. Хуже смерти ничего не будетъ, a смерти я не боюсь. Даже очень ея желаю. Самое время, Карла Богданычъ. Зажился.
   Муфтель. Смотри, старикъ: не пришлось бы готовить спину для расчески.
   Антипъ. Да меня и драть-то не по чемъ. Пори, другъ, коли совѣсть не зазритъ. Хлопай плетью по костямъ! Все равно, что на муху съ обухомъ.
   Муфтель. Жди, доложу... Что y насъ сегодня въ запискахъ? Господи Боже мой! Двадцатый годъ ежедневно хожу на рапортъ, a вѣрите ли, господинъ Хлопоничъ, не могу, чтобы руки не дрожали.
   Хлопоничъ. Стало быть, въ дѣтствѣ куръ воровали, оттого.
   Муфтель (смотритъ въ бумаги). Между прочимъ, господинъ Хлопоничъ, имѣю докладъ о потравъ вашимъ скотомъ нашего лужка.
   Хлопоничъ. Хи-хи-хи? Какая же моя потрава? Ваши объѣдчики захватили мой скотъ на моей же землѣ.
   Муфтель. На спорной-съ.
   Хлопоничъ. Ну! Какая она спорная, Карлъ Богдановичъ? И дѣдъ мой владѣлъ, и прадѣдъ.
   Муфтель. Ужъ это вы князю объясняйте, a мнѣ отъ него велѣно, что потрава ваша.
   Хлопоничъ. А я спорить, что ли, буду?
   Муфтель. Взыщемъ съ васъ штрафъ.
   Хлопоничъ. А я заплачу. Хоть и не за что, a заплачу. Я противъ князя не спорщикъ. Угодно его с³ятельству, чтобы я былъ виноватъ, виноватъ! Угодно, чтобы платилъ - плачу! Двадцатилѣтнимъ покровительствомъ удостоенъ и ни разу имъ словечкомъ единымъ не поперечилъ. Помните, какъ онъ, князинька нашъ, свояченицу мою увезъ, Ольгу Филаретовну?
   Муфтель. Это - черномазенькую? На блоху была похожа?
   Хлопоничъ. Ничего не на блоху. Имѣла бѣлокурую косу блондинъ и глаза син³е, какъ жандармск³й мундиръ.
   Муфтель. Мало ли ихъ y насъ перебывало? Запамятовалъ.
   Хлопоничъ. Прямо изъ дома моего онъ ее выхватилъ, изъ-за имениннаго стола. Въ мою же медвѣжью шубу завернулъ, фюить! Поѣхали!.. Что же? Я развѣ протестовалъ? Бери! Шубу - такъ шубу! Свояченицу - такъ свояченицу! Твой есмь! взысканъ, благодарю!
   Муфтель. Да, капиталецъ отъ князя собрали немалый.
   Хлопоничъ. Не таю: собралъ. Потому что князь майской грозѣ подобенъ: накажетъ на грошъ, наградитъ на полтину.
   Муфтель. Не очень на грошъ: ищемъ съ васъ семьдесятъ три рубля пятьдесятъ четыре копейки.
   Хлопоничъ. Заплачу. Безъ малѣйшаго колебан³я и разговора. Съ признательностью. Съ сильнымъ не борись, съ богатымъ не судись. Такъ-то, Карлъ Богдановичъ.
  

Князь Дмитр³й въ припрыжку бѣжитъ съ подъѣзда; за нимъ бонна, нянька, Олимп³ада и Серафима.

  
   Хлопоничъ. Князенька нашъ молодой! Дому сему наслѣдникъ! Все ли въ добромъ здоровьицѣ? Солнышко наше красное! Ручку пожалуйте!
  

Нагибаясь къ князьку, становится почти на колѣни.

  
   Муфтель (смотритъ въ бумагу). Расходъ къ утвержден³ю на перекрыт³е садоваго павильона, ибо въ спальной княжны Зинаиды Александровны оказалась течь...
  

Страшно морщится и вздыхаетъ.

  
   О княжнѣ докладывать... О-хо-хо-хо-хо-хо... о княжнѣ...
  

Чешетъ переносицу карандашемъ и, отойдя къ Олимп³адѣ и Серафимѣ, горячо говоритъ съ ними.

  
   Князь Дмитр³й. Хлопоничъ! Я буду казакъ, a ты лошадь.
   Хлопоничъ. Извѣстно, что лошадь, князинька, свѣтикъ мой золотой! Го-ги-ги-го! Во всѣхъ статьяхъ сущая лошадь.
   Князь Дмитр³й (взбирается ему на спину). Ты, Хлопоничъ, будешь сѣрая лошадь.
   Хлопоничъ. Въ яблокахъ, ангельчикъ?
   Князь Дмитр³й, подумавъ. Въ яблокахъ. Пошелъ въ садъ!
   Хлопоничъ. Ги-ги-ги-го!
   Увозитъ князька. Бонна и нянька слѣдуютъ за ними.
   Олимп³ада. Нѣтъ, батюшка Карлъ Богдановичъ. Во всемъ другомъ рады служить съ великимъ удовольств³емъ, a въ этомъ - извините.
   Серафима. Вамъ самимъ хорошо извѣстно, что князь звѣремъ становится, когда ему говорятъ о княжнѣ...
   Олимп³ада. Своя рубашка къ тѣлу ближе.
   Серафима. Онъ спину-то подъ бархатъ отдѣлаетъ и съ разводами.
   Муфтель. Пожалѣетъ красавицъ!
   Олимп³ада. Какъ же!
   Серафима. Жалѣлъ волкъ кобылу, оставилъ хвостъ да гриву!
   Олимп³ада. Развѣ y него человѣческ³я чувства? Была бы дѣвка, a которая...
   Серафима. Онъ насъ, поди, и по именамъ-то не знаетъ.
   Муфтель. Врете! Врете! Обѣ врете, шельмочки! Вы y него - не какъ прежн³я, большую силу забрали. Обворожили старика.
   Олимп³ада. Не знаю, на какой вы счетъ...
   Муфтель. Вы мнѣ очковъ не втирайте, a лучше откройте хитрость вашу: какимъ способомъ вы показываете ему сатану?
   Серафима. Ахъ, вы относительно с³янсовъ?
   Олимп³ада. О спиритическомъ пришеств³и мертвецовъ?
   Муфтель. Э, полно! развѣ я не понимаю, что все вы устраиваете?
   Серафима. Ахъ, какъ много въ васъ ошибки!
   Олимп³ада. Смѣли бы мы шутить съ княземъ?
   Муфтель. Стало быть, и въ самомъ дѣлѣ черти?
   Олимп³ада. Конечно, черти, Карлъ Богдановичъ.
   Серафима. Черти!
   Муфтель. И покойники?
   Олимп³ада. И покойники.
   Серафима. Намъ съ Олимп³адой отъ этихъ с³янсовъ даже ужасно жутко.
   Олимп³ада. Хоть и не наша вина, a господск³й приказъ,- но все же какого грѣха мы набираемся?..
   Серафима. Вѣдь это волшебство! За него отвѣтъ на томъ свѣтѣ.
   Олимп³ада. Да и страшно, инда дрожимъ.
   Муфтель. Ладно! Видѣлъ я, какъ вы дрожите. Щеки отъ смѣха лопнуть хотятъ. Палецъ вамъ покажи въ то время, обѣ прыснете. Вотъ возьму и покажу палецъ
  

Дѣвушки хохочутъ.

  
   Олимп³ада. Нѣтъ, Карлъ Богдановичъ, не показывайте!
   Серафима. А то, и впрямь, неровенъ часъ.
   Муфтель. Хорошо... Хорошо... Ну, a на счетъ княжны-то?
   Олимп³ада. Пожалѣйте, Карлъ Богдановичъ!
   Серафима. Рыскъ невообразимый.
   Муфтель (грозитъ пальцемъ). Ой, дѣвушки, не ссорьтесь съ Богданычемъ. Рука руку моетъ. Сейчасъ вы сильнѣе меня y князя, это что и говорить. Но вашей сестры y него сколько хочетъ, столько проситъ, a Муфтель одинъ. И сегодня Муфтелъ передъ тобою картузъ гнетъ, a завтра Муфтель тебѣ спину деретъ.
   Князь Дмитр³й (съ гикомъ выѣзжаетъ на Хлопоничѣ обратно, треплетъ его за волосы, бьетъ кулаченками по щекамъ). Но, Хлопоничъ! Но! Ну, скачи же, Хлопоничъ! Что же ты, Хлопоничъ, не ржешь?
   Хлопоничъ. Ги-ги-ги-го!
   Князь Дмитр³й. Стой! Довольно!
  

Соскочилъ.

  
   На верхъ, къ папѣ, пускай меня Муфтель везетъ.
   Муфтель. Нѣтъ, князинька, Муфтель не повезетъ.
   Князь Дмитр³й. Отчего?
   Муфтель. Оттого, что Муфтель солдатъ, a не лошадь.
   Князь Дмитр³й. А какъ же Хлопоничъ лошадь?
   Муфтель. Ужъ такъ, видно, его Богъ превратилъ, поставилъ съ двухъ ногъ на четыре копыта.
   Князь Дмитр³й. Развѣ такъ бываетъ?
   Муфтель. Бываетъ, князинька.
   Князь Дмитр³й. Затѣмъ?
   Муфтель. A который человѣкъ подлецъ ужъ очень большой. За подлости человѣческ³я.
   Князь Дмитр³и. Ну, такъ мы съ тобою вмѣстѣ, за ручку пойдемъ?
   Муфтель. За ручку,- изволь,- пойдемъ.
  

Уходятъ.

  
   Хлопоничъ (красный, растроганный, масляный). И, что за дитя. Что за ангельское дитя!
  

Оглянулся.

  
   У, пострѣленокъ анаѳемск³й! Весь въ отца аспида... Шельма растетъ, кровоп³йца!.. Настукалъ рожу, словно барабанъ... (Къ дворовымъ). Ребята! Добегите который-нибудь до сада. Тамъ въ цвѣтникѣ на березкѣ картузъ мой виситъ,- ангельчикъ нашъ, добрый князь Митенька, закинулъ.... (Къ Олимп³адѣ и Серафимѣ). Красавицы! васъ-то мнѣ и надо, старичку. Сѣдъ-сѣдъ, a съ дѣвкою дородною пошептаться люблю... Сѣмъ-ка отойдемъ въ сторону, да поищемъ ума на два словечка.
   Антипъ. Князекъ молодой?
   Максимъ. Онъ самый, Антипъ Ильичъ.
   Антипъ. Что-й-то съ лица-то, ровно бы, совсѣмъ и непохожъ?
   Левонъ. Надо быть, въ мать удался.
   Антипъ. Хорошее дитя.
   Михайло. Одно слово: надѣжа!
   Антипъ. Самъ любитъ сынишку-то?
   Максимъ. Души не чаетъ.
   Антипъ. Хе-хе-хе-хе-хе.
   Михайло. Наслѣдникъ!
   Антипъ. A княжна Зинаида, по прежнему, въ черномъ тѣлѣ?
   Максимъ. Какъ была, такъ и сейчасъ.
   Антипъ. Хе-хе-хе-хе.
   Казачекъ (катится съ подъѣзда). Князь идетъ!
   Лавр. Иван. (вытягивается). Князь идетъ!
   Хлопоничъ (охорашивается). Князь идетъ!
  

Когда князь Александръ Юръевичъ показывается на подъѣздѣ, мертвая тишина. Муфтель слѣдуетъ за нимъ.

  
   Князь (съ подъѣзда). Этотъ лысый, сѣдой - какой человѣкъ?
   Муфтель. Тотъ самый, о которомъ я докладывалъ вашему с³ятельству: бѣглый Антипъ Пчелинецъ.
  

Антипъ подходить, кланяется въ ноги.

  
   Князь. А-а-а!.. Любопытно. (Къ прочимъ). Отойдите-ка въ сторонку... Здравствуйте, Антипъ Ильичъ, здравствуйте... Сколько лѣтъ, сколько зимъ... Нагулялся, старый чортъ?
   Антипъ (холодно). Нагулялся.
   Князь. A уходилъ куда?
   Антипъ. Бога искать. Къ Богу ближе захотѣлось.
   Князь. Отъ насъ, стало быть, къ Нему далеко?
   Антипъ. A вы какъ думали? Богъ на волъ живетъ. Въ крѣпости Бога не бываетъ.
   Князь. Философъ!
   Антипъ. Этого я не понимаю.
   Князь. Отъ меня ты къ Богу прогулялся, a отъ Бога назадъ ко мнѣ... къ Чортушкѣ!
  

Хохочетъ.

  
   Слыхалъ, старикъ, что меня сосѣди нынѣ Чортушкою зовутъ? Нашелся какой-то остроумецъ - мѣтко выдумалъ.
   Антипъ. Жизнь кончать гдѣ-нибудь надо! Не въ раю, такъ въ аду.
   Князь. Резонъ. Ну, старикъ, не знаю, набрался ли ты въ бѣгахъ ума, но дерзить выучился. Только напрасно, дѣдъ: дудки! Не выпорю.
   Антипъ. Ваша воля.
   Князь. Да. Не выпорю. Потому что очень ужъ ты напрашиваешься. A я вотъ и не трону. Что тебя истязать? Ишь какъ ты приготовился! Тебя пороть теперь одно тебѣ самодовольство. Я такого человѣка никогда пальцемъ не коснусь.
   Антипъ. Ваша воля.
   Князь. Именно, душа моя, что моя. Тебѣ вотъ мученикомъ быть хочется, a я тебѣ вмѣсто мученичества, шишъ! Розогъ и плетей больнѣе... Такъ-то, старикъ! Злись не злись, дерзи не дерзи, хоть родителей моихъ не добромъ помяни,- не выпорю. Только смѣяться буду, какъ тебя отъ злости корежитъ.
   Антипъ. Умѣете надругаться надъ человѣкомъ. Что и говорить.
   Князь (вглядывается насмѣшливо). Ходилъ ты къ Богу, Антипъ, a вѣдь Богъ-то тебя не принялъ.
   Антипъ (угрюмо). Ну, и не принялъ. Вамъ-то что?
   Князь. Не принялъ, не принялъ... Смирен³я въ тебѣ ни капли нѣтъ. Ни спокойств³я, ни смирен³я нѣтъ.
   Антипъ. Ему чистые духомъ нужны, a не так³е, какъ мы съ вами.
   Князь. А-а! Полюби насъ черненькими, беленькими насъ всяк³й полюбитъ...
   Антипъ. И вы покаетесь, да - поздно.
   Князь. Лучше поздно, чѣмъ никогда. A вотъ неудачно покаяться, какъ ты... это, должно быть, непр³ятно! Съ чего бѣжалъ-то, въ самомъ дѣлѣ? По Матвѣю заскучалъ?
   Антипъ. Такъ точно.
   Князь. Вотъ скажи, если знаешь: съ какого лиха онъ сталъ чорту баранъ? Сколько лѣтъ вспоминаю его: не могу понять. Кажется, не былъ отъ меня ничѣмъ обиженъ.
   Антипъ (потупился, съ большою и глухою злобою). Ничего мы не знаемъ, и кто можетъ знать? Знаетъ Царь небесный! Чужая душа потемки. Караетъ насъ Господь за беззакон³я наши въ чадахъ нашихъ.
   Князь. Ну, не все же за твои беззакон³я,- Матвѣй не маленьк³й былъ, небось, и свои грѣшки уже водились. А, что правда, то правда, Антипъ. Беззаконникъ ты. Кого хочешь по уѣзду спроси, всяк³й тебѣ скажетъ: бывали y князя подлецы-приказчики, a все не так³е, какъ Антипъ Ильичъ...
   Антипъ. Для васъ же совѣсть грязнилъ и славу свою въ людяхъ портилъ.
   Князь. Те-те-те! Съ больной головы на здоровую. На меня своихъ грѣховъ не перекладывай. Ты не мой слуга, покойнаго папеньки. При немъ опричничалъ. Звѣрь.
   Антипъ. Что стариною корить? Былъ звѣрь, сталъ человѣкъ. Дай Богъ всякому.
   Князь. Чудо природы: звѣрь въ люди вышелъ! Куда же мнѣ тебя, отставной звѣрь, теперь опредѣлить? Ни къ какому рабочему дѣлу ты не годишься, a нищимъ на паперти сидѣть, по деревнямъ въ куски ходить - нельзя: изъ моихъ крѣпостныхъ нищихъ не бываетъ... Муфтель! Что съ нимъ сдѣлать?
   Муфтель. Я такъ думаю, ваше с³ятельство: положить ему паекъ и поселить его въ садовой банѣ, пусть сторожитъ, дѣло не мудреное.
   Князь. Тамъ и сторожить-то нечего. Развалина. Я думаю, ея не топили уже года три. (Къ Хлопоничу). Новую строю. Видалъ?
  

Сходитъ съ подъѣзда.

  
   Хлопоничъ. Бани, ваше с³ятельство, не видалъ, a мужичковъ видѣлъ.
   Князь. Что?
   Хлопоничъ. Мужичковъ вашихъ... съ топорами... Въ моей рощѣ хозяйничали... Говорятъ: князь баню строить, лѣсъ требуется... Ничего, достаточно оголили: дубковъ до сорока.
   Князь. Ты врешь, Пафнутьичъ. Какая твоя роща?
   Хлопоничъ. A Синдѣевская, ваше с³ятельство, которая на взгорьѣ.
   Князь (топаетъ ногами). Свинья! Каналья! Съ какихъ поръ она твоя? Муфтель! Возьми его за шиворотъ, сведи въ контору, покажи планъ... Ахъ ты, глухарь! Синдѣевская роща была наша еще по екатерининской размежовкѣ... A ты, лопухъ...
   Хлопоничъ. Батюшка! Ваше с³ятельство! Не извольте безпокоиться! Развѣ я спорю? Ваша Синдѣевская роща, разумѣется, самъ говорю, что ваша. Люди по здѣшнимъ мѣстамъ безъ разума живутъ: какъ мое пользован³е рощею очень давнее, пр³обыкли къ глупому обычаю, будто бы моя. A ваша роща! Искони ваша!.. И мы ваши, и все наше ваше!..
   Князь. Такъ-то лучше. За то, что ты не упорствовалъ противъ моего слова, оцѣни срубленный лѣсъ, во сколько самъ захочешь.
   Хлопоничъ. Слушаю, батюшка, ваше с³ятельство. Благодарствую, благодетель, отецъ родной.
   Князь. Муфтель! Если онъ оцѣнитъ лѣсъ по чистой совѣсти и правой цѣнѣ, заплати ему вдвое. Если запроситъ дорого, гони его со двора въ шею: пусть ищетъ судомъ...
   Хлопоничъ. Дерзну ли я, ваше С³ятельство?
   Князь (Антипу). A ты, старикъ, ступай, не поминай меня лихомъ, живи - служи: взыска на тебѣ не будетъ.
   Муфтель (дворовымъ). Проводите его кто-нибудь.
   Хлопоничъ. Вотъ тебѣ, лысый, какая благодать: десять лѣтъ бѣгалъ и выбѣгалъ богадѣльню.
  

Максимъ уходитъ съ Антипомъ.

  
   Князь (показываетъ тростью). Бродяги?
  

Бродяги валятся въ ноги.

  
   Муфтель. Такъ точно, ваше с³ятельство. Вчера наши охотники взяли въ овсахъ.
   Князь. Ишь, честная парочка! Развязать.
   Голенищевъ (широко улыбаясь). Рученьки замлѣли...
   Левонъ (развязываетъ). Нишкни!
   Михайло. Передъ княземъ стоишь, дуракъ!
   Голенищевъ (струсилъ). Я ничего.
   Князь. Это вы y моего мужика клѣть сломали.
   Бруcокъ. Прости, государь.
   Князь. Вы что же дѣлаете, черти? Это по-сосѣдски? Когда и въ чемъ вы видѣли отъ меня обиду?
   Бруcокъ. Оголодали, государь. Лопатина худая. Лъсами шли, боялись, безъ запаса, голодомъ помереть.
   Князь. Когда вы голодны и холодны, то приходите честь честью въ контору тамъ для васъ припасено, a разбойничать на моихъ земляхъ - не смѣй! Муфтель! Обоимъ-по двѣсти лозановъ.
   Голенищевъ. Помилуй, государь!
   Князь. Потомъ накормишь ихъ, выдашь по рублю серебромъ ступайте на всѣ четыре стороны.
   Бруcокъ. Благодаримъ покорнѣйше, государь!
   Голенищевъ. Вѣкъ не забудемъ твоей милости!
   Бруcокъ. Встрѣчнымъ товарищамъ закажемъ - обижать твою хлѣбъ-соль!
  

Ихъ уводятъ.

  
   Муфтель (вполголоса). На Кортоминскомъ пустырѣ обнаружено мертвое тѣло... Ребенокъ... пуповинкою удушился.
   Князь. Родила какая- нибудь неосторожно. Пошли зарыть.
   Муфтель. Осмѣлюсь доложить, что есть огласка въ народъ... можетъ быть слѣдств³е.
   Князь. A кому отъ слѣдств³я польза? Становому, лекарю, стряпчему? Покойнику все равно, a мужикамъ раззоренье. Зарыть.
   Муфтель. Кому прикажете?
   Князь. Михаилу Давыдка пошли. Вотъ его.
  

Михайло валится въ ноги.

  
   Князь. За что?
   Муфтель. Былъ наказанъ. Благодарить за науку.
   Князь. Въ чемъ провинился?
   Михайло. Не могу знать, ваше с³ятельство.
   Князь. Муфтель?
   Муфтель. Для комплекта, ваше с³ятельство. Какъ вся наша дворня драная, онъ одинъ былъ не драный. Вашему с³ятельству было угодно приказать, чтобы другимъ было не обидно.
   Князь. Такъ и не знаешь, дуракъ, за что тебя пороли?
   Михайло. Никакъ нѣтъ... не могу знать... Ежели пороли, стало быть, есть за что. Безъ вины пороть не будете...
   Князь. Вотъ это отвѣтъ! Это слуга! Встань, рабъ любимый! Въ маломъ былъ мнѣ вѣренъ, надъ многими тебя поставлю. (Къ Хлопоничу). Люблю: души добрѣйшей и ума не дальняго. Жизнь мнѣ спасъ: на охотѣ изъ зыбучаго болота вытащилъ.
   Хлопочинъ. А с ъ рожи хоть сейчасъ въ разбойничьи эсаулы.
   Князь. Кажется, никогда и былъ таковымъ.
  

Опрашивая народъ, проходить къ службамъ; видно, какъ онъ бредетъ между ними, съ Муфтелемъ.

  
   Лавр. Иван. (Хлопоничу). Темный человѣкъ Давыдокъ. Едва-ли не изъ ухорѣзовцевъ. Слыхали про атамана Ухорѣза? На Немдѣ станами стоялъ...
   Олимп³ада. Его военная команда разбила. A шайка разбрелась. Около того времени и Давыдокъ y насъ объявился.
   Лавр. Иван. О немъ насъ не только исправникъ изъ губерн³и запрашивали.
   Серафима. Князь отписался.
   Хлопоничъ. Лихъ отписываться князь!
   Лавр. Иван. Такихъ шпилекъ начальству въ бока насажаетъ, до Питера занозъ не перетаскать!..
   Хлопоничъ. Это y него, прямо въ родѣ болѣзни стало, превредную страстишку завелъ: принимаетъ подъ свою защиту всяк³й подозрительный сбродъ.
   Лавр. Иван. Только поссорься съ земскою полиц³ей, a ужъ князь не выдастъ. Поддержитъ. Волю ненавидитъ, удаль любитъ. Мнѣ, говоритъ, нищ³й разбойникъ спорѣе богатаго мужика.
   Олимп³ада. Вотъ и теперь съ Москвы прибѣжалъ Конста, сынъ Матрены-Слобожанки... Видать, что не съ добромъ пришелъ парень: полиц³я загнала... A князь приказалъ его за садовника взять.
   Серафима. Ужъ это за материны заслуги.
  

Отходить съ Хлопоничемъ.

  
   Левонъ. Чортъ ты, Давыдокъ! Дьяволъ! Лѣш³й болотный!
   Михайло. Ну?
   Левонъ. Безъ вины подъ розги ложишься!.. Ужъ наше горькое дѣло! Холопское! A ты вѣдь бѣглый - почитай, что вольный!
  

Князь y садовыхъ воротъ встрѣтилъ Зину и Матрену и съ неудовольств³емъ возвращается, сопровождаемый ими.

  
   Михайло (Замахнулся на Левона). Убью!..
   Лавр. Иван. Тише, демоны! Съ ума сошли? У князева крыльца завели драку!
   Михайло. A онъ незамай!
   Левонъ. Чортъ бѣшеный! Право, чортъ! Кидается, ровно я ему брюхо отъѣлъ...
   Михайло. А ты зачѣмъ волею дразнишь? Не люблю... Ежели человѣкъ въ несчастьи... Я за волю-то, можетъ, людей убивалъ... Сволочь!
  

Уходить.

  
   Князь. Ну, да... ну, да... прекрасно...
   Зина. Я, папенька, только поздравить съ праздникомъ.
   Князь. Какой праздникъ? что за праздникъ? Кому нужны праздники? кто варить въ праздники? Ну-ну-ну.. благодарю... вотъ тебѣ...
  

Даетъ деньги.

  
   Зина. Благодарю васъ, папенька...
   Князь (смотритъ съ неудовольств³емъ). Какая ты большая!
   Зина. Неудивительно: мнѣ восемнадцать лѣтъ.
   Князь. Восемнадцать лѣтъ?.. Уже! Скверно! Скверно! Ну-ну-ну... Тамъ все для тебя... Муфтелю велѣно... Хорошо. Прощай. Хорошо.
   Зина. Позвольте братца повидать?
   Князь. Чего тамъ?
   Зина. Я только ручку поцѣлую...
   Князь. Хорошо. Иди.
   Зина. Пойдемъ, мама Матрена.
  

Идетъ къ подъѣзду.

  
   Лавр. Иван. (съ почтительнымъ сострадан³емъ, вполголоса, но твердо). Боковымъ крыльцомъ пройти извольте, съ параднаго не велѣно васъ допущать.
   Матрена (вспыхнула). Да, что ты, батюшка..
   Лавр. Иван. Для васъ же-съ... предупреждаю, чтобы безъ ослушан³я...
   Зина. Да, да. Благодарю, Лаврент³й... Мама Матрена, пойдемъ.
  

Уходятъ за уголъ.

  
   Князь (говорить тѣмъ временемъ съ Хлопоничемъ. Оторвался, отъ разговора и смотритъ на дочь). Не могу... И дочь, и хороша, и на меня похожа, не могу... Противна... Какъ въ колыбели ее увидалъ, комкомъ краснымъ, тогда сразу противна стала. И вотъ теперь, большая уже... Не могу.
   Хлопоничъ. Ваше с³ятельство?
   Князь. Что?
   Хлопоничъ. Осмѣлюсь почтительнѣйше спросить: какъ изволили рѣшить относительно моей симбирской деревни?
   Князь. Дорога... Семьдесятъ тысячъ просишь... больш³я деньги.
   Хлопоничъ. Ваше с³ятельство! Вы имѣн³е знаете: вдвое стоить...
   Князь. Хоть и не вдвое, a семидесяти тысячъ стоить. Да, рѣшиться, братецъ, не могу: деньги велики.
   Хлопоничъ. Развяжите душу, ваше с³ятельство!
   Князь. Спѣшишь?
   Хлопоничъ. Сыновей дѣлю.
   Князь. Хорошо. Я спрошу... посовѣтуюсь...
   Хлопоничъ. Помилуйте, ваше с³ятельство!.. Кого вамъ спрашивать? Вы сами все на свѣтѣ лучше всѣхъ знаете.
   Князь. Духа спрошу, столъ стучащ³й. Какъ онъ скажетъ о твоемъ имѣн³и, такъ тому и быть.
   Хлопоничъ. Слушаю, ваше с³ятельство.
   Князь. Сегодня же вечеромъ. Первымъ вопросомъ твое желан³е поставлю. Улыбаться, кажется, изволишь?
   Хлопоничъ. Смѣю ли я?
   Князь. Спиритизмъ великая сила. Знан³е! Понимаешь ты?
   Хлопоничъ. Слушаю, батюшка, ваше с³ятельство. Какъ вамъ угодно.
   Князь. Единственное знан³е, которое нужно человѣку... Да! О томъ, что тамъ, за перегородкою... Понимаешь?
   Хлопоничъ. За перегородкою-съ?
   Князь. О, дуракъ! За перегородкою между здѣсь и тамъ,- на тотъ свѣтъ.
   Хлопоничъ. Да-съ, если на тотъ свѣтъ... конечно.
   Князь. Живыми тѣлесными глазами не заглянешь черезъ эту перегородку, какъ ни становись на ципочки. Человѣческ³й разумъ ничтожество. Онъ - до стѣны. A за стѣною - дудки! безсиленъ! Покойная моя княгиня Матрена была дура, но она теперь знаетъ, что тамъ. A я и не глупъ, да стою въ потемкахъ, предъ запертою дверью. Догадки, теор³и лопаются, какъ мыльные пузыри. Евреи говорятъ правду: въ раю оселъ умнѣе мудрѣйшаго изъ нашихъ мудрецовъ. Поговорилъ бы я теперь съ Матреною Даниловною... много охотнѣе, чѣмъ съ живою.
   Хлопоничъ. Поговорите, ваше с³ятельство! Покойница была добра ко мнѣ. Она вамъ хорошее для меня посовѣтуетъ.
   Князь. Я часто звалъ ее, но до сихъ поръ она не приходила.
   Хлопоничъ. A сегодня вы еще позовите.
   Князь. Позову.
   Хлопоничъ. По моемъ дѣлѣ спросите?
   Князь. Спрошу.
   Хлопоничъ. Въ первую очередь?
   Князь. Въ первую очередь. (Пишетъ въ записную книжку). Видѣлъ? Вопросъ первый; "взять ли мнѣ за себя симбирское имѣн³е Хлопонича?"
   Хлопоничъ. Нижайше благодарствую вашему с³ятельству.
  

Князь подзываетъ Лаврент³я Ивановича и, опираясь на его руку, поднимается на лѣстницу.

  
   Хлопоничъ. Красавицы! Слышали? Вопросъ первый: "взять ли?"
   Олимп³ада. А, если первый, то мы на первое и отвѣтимъ: "взять!"
  

Раздается нѣсколько спирит


Другие авторы
  • Низовой Павел Георгиевич
  • Дмитриева Валентина Иововна
  • Диковский Сергей Владимирович
  • Ломоносов Михаил Васильевич
  • Подъячев Семен Павлович
  • Василевский Илья Маркович
  • Каченовский Михаил Трофимович
  • Шишков Александр Ардалионович
  • Тихомиров Никифор Семенович
  • Гумберт Клавдий Августович
  • Другие произведения
  • Толстой Лев Николаевич - Севастополь в декабре месяце
  • Данилевский Григорий Петрович - Княжна Тараканова
  • Зелинский Фаддей Францевич - В.Н.Ярхо. Ф.Ф.Зелинский - переводчик Софокла
  • Жанлис Мадлен Фелисите - Женщина-Автор
  • Салов Илья Александрович - Рассказы охотника
  • Татищев Василий Никитич - История Российская. Часть I. Глава 31
  • Ковалевский Евграф Петрович - Ковалевский Евг. П..: биографическая справка
  • Жуковский Василий Андреевич - Слово о полку Игореве
  • Теккерей Уильям Мейкпис - Базар житейской суеты. Часть четвертая
  • Кони Анатолий Федорович - Петр Iv
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (25.11.2012)
    Просмотров: 313 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа